Юрий Корчагин – Бастард из Центра Мира (страница 47)

Ближе к закату, когда до опушки леса оставалось несколько минут, нам пришлось немного ускориться, чтобы заночевать в относительной безопасности. Вышли мы из подлеска в совершенно другом месте, относительно того, где мы вошли, но это мелочи. Разбивать лагерь мы решили по-простому, в том смысле, что нашу юрту мы с Миэль разворачивать не стали, не то, что я так уж не доверяю свои временным попутчикам, просто не стоит их соблазнять лишний раз богатым убранством и сокровищами, скрытыми в юрте. Разложив спальные мешки и разведя небольшой костёр, Миэль осталась кашеварить, а я отправился развешивать амулеты по периметру, дозорный-дозорным, а магическая сигнализация всё равно надёжней.

Сидя у костра и поглощая густой бульон из оленины с сухарями, попутчики немного расслабились, и начали делиться своими переживаниями: Гарт боялся, что его теперь не возьмут в стражу, монах сетовал на то, что несмотря на все тренировки воли и самоконтроля, он попал под очарование, ну а единственная девушка в трио авантюристов разрывалась между желанием прирезать всё ещё лежавшего без сознания барда и страхом перед своей хозяйкой, а если точнее бордель-маман. Да, девушка в вызывающих одеждах оказалась проституткой из достаточно приличного борделя, по её словам. И если история того, как в столь хреновую ситуацию попали парни оказалась весьма прозаична, то вот девушке, которую, кстати, звали Лайзой, было действительно опасно возвращаться в город.

По её словам, бард, которого пришлось ещё раз стукнуть по голове, так как он начал приходить в сознание, не просто заставил её покинуть место работы, но и перед этим залезть в казну борделя. Много она оттуда не взяла, но вот сам факт воровства, мог поставить жирную точку на её относительно спокойной жизни. Единственное что я мог ей предложить — это просто рассказать правду, тем более, она действительно была не виновата, однако всё равно, пока ситуация с бардом-очарователем не разрешиться, я посоветовал ей далеко от меня не отходить.

Закончив с трапезой, мы начали устраиваться на ночлег, спальные мешки, парочка которых благополучно лежала в безразмерной сумке на всякий случай, заняли Миэль и Лайза, первая потому что… просто потому что, а вторая, потому что мёрзла в своей лёгкой одежде на ночном холоде. Оставшийся мешок поделили между собой монах и Гарт. Я же поудобней устроился под боком у Фрэки и почти мгновенно заснул, предварительно засунув пленнику кляп в рот.

Ночь прошла спокойно, и утреннее настроение портил только полный гнева взгляд барда, который, кажется, готов был загрызть меня зубами. Связанный по рукам и ногам, он пытался вырваться и яростно мычал. Один лёгкий удар, и он вновь отправился в страну грёз.

Быстро перекусив и свернув лагерь, мы отправились дальше. Путь вдоль полей, на которых работали крестьяне, был быстр и прекрасен, и всё бы хорошо, вот только все они настороженно смотрели как на огромного волка, так и на связанного человека на его спине, я даже заметил, как несколько мальчишек на маленьких конях ускакали в сторону города. Точно надо покупать коня и ездить с прикреплённым знаменем с личным гербом, сразу столько проблем в восприятии крестьян пропадёт.

Недалеко от городских ворот нас уже ждали: несколько стражников с копьями во главе со своим командиром, и стоящий перед ними, судя по одежде, чиновник. Напряжённые лица, позы, указывающие на то, что они готовы начать действовать в любой момент, ну и несколько лучников на стене говорили только об одном — нас заочно считают преступниками, непонятно только почему. Вроде ничего противозаконного мы пока не совершили, да и шли, ни от кого не скрываясь.

— Именем закона, остановитесь! — пафосно произнёс чиновник.

Собственно, мы и остановились, и пока остальные переминались с ноги на ногу, я достал тубус с грамотой. Чиновник же, медленно и не спеша направился в нашу сторону.

— Вы обвиняетесь в похищении человека, — не менее пафосно заявил он, — немедленно сдайте оружие!

— Сначала, ознакомьтесь с этим, — протянув грамоту, я стал ждать его реакции.

За что я уже полюбил Талдор, так это за его отношение к рыцарям. Красивая грамота на плотном пергаменте давала просто великолепные преимущества, судить или задерживать меня могли только равные или выше меня по статусу, моё слово ценилось выше, чем слово даже самого высокопоставленного простолюдина, ну и в целом у меня был ряд весьма приятных преимуществ. Не будь большинство рыцарей и дворян Талдора по-настоящему честными и благородными людьми — такая система могла привести к огромным проблемам.

— Ваша милость, — слегка дрожащим голосом произнёс чиновник, уперев взгляд в землю.

— Путешествуя по ближайшему лесу, я обнаружил эту группу авантюристов, — рукой указал я на застывшую на месте троицу, — которых окружили гоблины. Спася их, — некоторые стражники, уже успевшие оценить состав группы, одобрительно закивали, — я заметил странность в их поведении. После нескольких вопросов, я заподозрил, что они могут быть под влиянием очарования, что впоследствии подтвердилось. Поэтому, я прошу вас, — уважительно обратился я к чиновнику, чтобы тот не сильно опасался за свою жизнь и карьеру, — вызвать в ратушу городского мага и алхимика, для подтверждения моих слов.

— Конечно, ваша милость, — тут же отозвался чиновник, — Карл, ты со своим десятком отправитесь сопровождать сэра Эрика, а я предупрежу мэра.

— Будет исполнено, — кивнул усатый стражник с небольшой проседью в волосах.

— Тогда, мы можем пройти? — решил задать уточняющий вопрос я.

— Да, ваша милость, только ваш волк… — замялся десятник, — как бы он не перепугал половину города…

— Я вас понял, только тогда его, — указал я пальцем на немного подёргивающееся тело барда, — вам придётся тащить самим.

— Эт мы всегда, ваша милость, — без приказа произнёс один из рядовых стражников, за что тут же получил подзатыльник.

— Хорошо, только держите его крепко, чтоб не сбежал, — сказав это, я быстро развязал ремни, удерживающие барда, отчего тот сразу рухнул на землю, подняв небольшое облако пыли.

Двое стражников мигом подскочили ко мне, немного замешкавшись от направленного на них взгляда Фрэки, но быстро справились с собой и подхватили пленника под руки. Я же, посмотрев в глаза своему фамильяру, положил левую руку ему на лоб. Секунда, и огромный волк исчезает в переплетении чёрно-красных линий, отчего со стороны зевак раздался изумлённый вздох.

— Всё готово? — спросил я, и, получив утвердительные кивки, произнёс, — Тогда не будем задерживаться, у нас ещё много дел.

Наше шествие по городу сопровождалось множеством изумлённых взглядов, кто-то обсуждал уже успевшие распространиться слухи об огромном волке, кто-то рассказывал сказки о том, что доблестный рыцарь поймал замаскированного гоблина, ну а кто-то и вовсе заявлял, что в лесу нашли сына соседнего барона. В общем, народ уже активно придумывал несуществующие детали.

На подходе к мэрии нас встретила небольшая суета, и несколько десятков человек, которые собрались поглазеть на бесплатное представление. Следуя за десятником, который твёрдым шагом шёл к главному в ходу в мэрию, меня не покидало чувство, что к вечеру мой поступок обрастёт таким количеством подробностей, что из них можно будет собрать отдельный сборник сказок.

Услышав небольшой шум за спиной, я тут же обернулся. Стоящие на входе в мэрию стражи, спокойно пропустив меня и Миэль, перегородили проход трио, отчего Гарт уже готов был начать возмутиться, но я его опередил.

— Они со мной, — коротко бросил я, и стражи тут же отошли в стороны.

Десятник же, увидев несколько жестов от своего коллеги, тут же повернул направо, ведя нас в ведомом только ему направлении. Через несколько минут мы подошли к двери, за которой оказался просторный зал, где нас уже ждали два человека: полноватый мужчина с массивной цепью на груди, скорее всего мэр города, и суровый на вид мужчина, с несколькими шрамами на лице и в добротном доспехе, судя по тому, как он сидел и как был закреплён меч на его поясе — перед нами опытный ветеран, и скорее всего начальник городской стражи.

— Сэр Эрик, — тут же подскочил мэр, — прошу, проходите, присаживайтесь. Прошу сразу простить моего подчинённого, за то, что он голословно обвинил вас, сами понимаете…

— Не стоит беспокоиться, — ответил я, — это ваша работа, да и наверняка мы выглядели подозрительно.

— Ну что вы, просто… — замялся мэр, — впрочем, неважно. Мой подчинённый, забежавший сюда несколько минут назад, сбивчиво поведал мне весьма занимательную историю, но боюсь, я плохо разобрался в ней. Не могли бы вы рассказать, что произошло и почему этот молодой человек связан?

— Конечно, — посмотрев на Миэль, я дал ей знак выложить найденный при барде флаконы, сам извлекая из рюкзака сломанную арфу, — маг и алхимик уже оповещены?

— Да, конечно. Но сами понимаете, они пожилые люди и похвастаться особой прытью не могут, так что прибудут немного позже.

— Тогда, начну с самого начала. Несколько дней назад, почти сразу после прибытия в ваш город…

Рассказывая свою историю, опустив такие неаппетитные подробности как срезание ушей и сжигание трупов гоблинов, я рассказал, как заподозрил барда в одурманивании, и что произошло потом. Указав на флаконы и сломанную арфу, мною было высказано предположение, как именно бард действовал и зачем заманил стоящих в углу комнаты неудавшихся авантюристов в лес. Пока мэр, обладающий весьма богатой мимикой, переживал, начальник стражи всё больше хмурился. Под конец моего рассказа, в комнату вошли два благообразных старичка, судя по одежде которых, можно было предположить, что они имеют отношение к магии.