Юрий Корчагин – Бастард из Центра Мира (страница 102)

— Беру пока только Рассеивание, за остальными приду позже, — прервал бесконечный поток восхвалений я, который не прекращался всё время, которое я размышлял.

— Прекрасный выбор! — воодушевился продавец и крайне ловко засунул свитки обратно по тубусам, один из которых протянул мне, — Прошу, с вас 450 золотых.

Отдав команду Магическому Помощнику извлечь нужную сумму, я дождался, пока несколько аккуратных мешочков окажутся на прилавке. Парящие мешочки с золотом зажгли в глазах продавца немалое восхищение, и как только они опустились на твёрдую поверхность, он тут же сграбастал их и начал пересчитывать, что было немного невежливо.

— Всё правильно, — отчитался гном, но заметив мой взгляд, немного стушевался, — прошу простить, ведя дела в нашей глуши, приходится быть недоверчивым.

— Ничего страшного, — сохраняя лицо, ответил я, — приятного дня.

— И вам.

Выйдя из лавки и оценив по положению солнца, сколько прошло времени, я твёрдым шагом направился к лавке оружейника, надо было как от разного хлама, найденного в путешествиях избавиться, так и договориться об аренде. Лавка оружейника произвела на меня лучшее впечатление, чем волшебная: идеальная чистота, ровные ряды оружия на стенах, приятный свет от явно магических светильников.

Сидящий за прилавком подмастерье, после взаимного приветствия с радостью купил найденный за последние несколько месяцев металлический хлам, дав за него даже немного больше чем надо, но вот с арендой он мне помочь никак не смог. По его словам, о таком надо договариваться напрямую с владельцем кузницы, а заодно главой городского кузнечного цеха, который сейчас находился в отъезде. Узнав, когда его хозяин вернётся, я вежливо попрощался с юношей и решил сразу отправиться в таверну, где мы решили встретиться с Миэль.

Внутри таверны было на удивление многолюдно, несколько десятков торговцев, ещё больше путешественников и целая толпа наёмников, если я всё правильно считал по их одежде. Провожаемый сотнями глаз, я занял место за единственным свободным столиком в углу. Заказав себе выпить и что-нибудь перекусить, мне оставалось только ждать, впрочем, я всегда с собой таскаю что почитать, да и лишние пару часов посидеть за изучением новых заклинаний — будет не лишним. Одной рукой держа книгу, а другой попеременно или закидывая себе в рот сушёную рыбу, или поднося кружку с неплохой эль, я то и дело прислушивался к чужим разговорам, стараясь игнорировать бездарные завывания барда на небольшой сцене.

Говорили вокруг меня много и громко, вот только ничего интересного я вычленить из общего гомона не смог. Подскочившие на треть цены на зерно меня, конечно, интересовали, но не сильно. Новость об очередной эпидемии, разразившейся в Иобарии тоже. Как и слухи о том, что из Украденных Земель, ничейной земли на территории Речных Королевств к северо-западу от города, в этом году почти не лезло монстров, а значит, в следующем их будет целая орда.

Посмотрев на вторую пустую кружку и слегка захмелев, я окончательно устал от завываний барда, и собрав свою поклажу, двинулся в его сторону. Собравшиеся в таверне представители самых разных профессий, видя мой порыв, предвкушающее заулыбались. Выйдя на сцену и грозно посмотрев на барда, я добился того, что он икнул, сжал свою лютню и свалился с табурета, на котором сидел, под дружный хохот толпы. Призвав магическую лютню, я ударил по её струнам, проверив звучание, после чего начал наигрывать мелодию. Толпа затихла в предвкушении.

— Не знаю, как вы, а я устал слушать завывания про неразделённую любовь, — обратился я к публике, — поэтому: Сага о Наёмниках.

Налейте наёмникам полные чаши

Им завтра снова в поход

Привыкший сражаться не жнёт и не пашет

Иных хватает забот

Он щедро сулил, этот вождь иноземный

Купивший наши мечи

Он клятвы давал нерушимее кремня

Сильнее чем солнца лучи

Сказал он, что скоро под крики вороньи

Взовьётся стрел хоровод

И город нам свалится прямо в ладони

Как спелый вызревший плод

Мы там по трактирам оглохнем от здравниц

Устанем от грабежей

И смело утешим белогрудых красавиц

Оставшихся без мужей

Когда перед нами ворота раскрыли

Мы ждали вынесут ключ

Но копья взлетели из облака пыли

Как молнии из-за туч

Смеялись на небе весёлые боги

Кровавой тешась игрой

Мы все полегли не дождавшись подмоги

Но каждый пал как герой

Давно не держали мы трусов в отряде

На том зеленом лугу

Из нас ни один не просил о пощаде

Никто не сдался врагу

Другие утешили вдов белогрудых

Собрали в мешки казну

А мы за воротами сном беспробудным

Которую спим весну

Жестокую мудрость, подобную нашей

Постигнут в свой смертный час

Так налейте наёмникам полные чаши

Пусть выпьют в память о нас

(Дом Ветров. Сага о Наёмниках.)

— Пусть выпьют в память о нас… — повторил я последнюю строчку песни, и поднял взятую с собой кружку с элем.

Больше половины зала повторило мой жест, а остальные разразились оглушительными аплодисментами — это был успех. Чего-то другого ожидать было сложно: хорошая песня, красивый голос, спасибо моему происхождению, и сносная игра на лютне, всё же в последнее время я подзабыл совершенствоваться ещё и в игре на музыкальных инструментах. Посмотрев на горящие взгляды публики, стало понятно — они хотят ещё, а значит, надо вспоминать хорошие песни.

Баллада о борьбе, зашла на ура, даже учитывая, что большинство присутствующих знали о книгах только то, что это набор листов пергамента в них есть непонятные закорючки, вызвав у некоторых суровых мужиков слёзы на глазах. Следом пошли поучительные сказки в исполнении Короля и Шута, которые хорошо зашли публике, закончить же я решил лучшими балладами, которым меня давным-давно научил Ульфар, скальд и путешественник, присматривающий за мной в детстве.

Бросив взгляд на мутное окно, я понял, что пора откланяться, дело шло к закату, а мне ещё надо было найти Миэль и вместе с ней дойти до арендованной фермы. Развеяв лютню, я несколько раз поклонился толпе, которая восхищённо улюлюкала, и направился на выход, пока Магический Помощник ловил брошенные мне монеты в воздухе и складывал их в сумку.

Вдохнув морозный воздух, который казался особо сладким после спёртой атмосферы таверны с кучей пьяных мужиков и не только, я направился в сторону алхимической лавки. Только там могла сейчас находиться моя спутница, излишне увлёкшаяся или разговором с местным алхимиком, или занимаясь с ним экспериментами и обменом знаниями. Был, конечно, вариант что её похитили, но так как в городе ничего не горело, и взрывов я не слышал, этот вариант был смело отброшен.

Дверь лавки алхимика была открыта, вот только в зале с кучей расставленных везде, где только можно колбочек никого не было. Зато из-за приоткрытой двери в глубине дома доносились обрывки фраз, и пробивалось лёгкой свечение, а значит мне туда.

Шагая тихо и аккуратно, чтобы резким звуком не прервать важный эксперимент, я зашёл в прекрасно оборудованную мастерскую алхимика: куча самых разнообразных колб, реторты, пестики из разных материалов, перегонные кубы, чего тут только не было. Даже странно было видеть столько богато оборудованную мастерскую в таком небольшом городке как Мевон.

В самой мастерской находилось четверо, сама Миэль, которая по капле добавляла какую-то светящуюся жидкость синего цвета в оранжевую светящуюся жидкость. Рядом с ней, чётко отсчитывая капли, стоял серокожая женщина-тифлинг с рогами как будто из металла, а уже за ними восхищённо застыли двое малышей, скорее всего подмастерья.

— Всё, хватит, — тихо произнесла рогатая женщина, — реакция началась, сейчас подождём несколько секунд и можно начинать выпаривание.

— Волшебно, — пробормотала Миэль, следя за тем, как жидкость в колбе перед ней ежесекундно меняет цвет, — и после этого получится алхимическая взрывчатка?

— Да, — подтвердила её собеседница, — не самого лучшего качества, но для бомб вполне подойдёт, но если на третьем этапе добавить…

— Кхе-кхе, — негромко откашлялся я, привлекая к себе внимание, — Миэль, мы во сколько собирались встретиться?

— Эрик? — моя спутница подняла на меня слегка покрасневшие и удивлённые глаза, — разве у меня не полно времени?

— Нет, — покачал головой я, — до заката пара часов, так что мы должны поспешить, чтобы успеть до закрытия ворот.

— Правда, — недоумённо спросила она, — а я думала…

— Кажется, мы немного увлеклись, — сняв с себя тонкие перчатки, произнесла женщина-тифлинг, — а вы как я понимаю Эрик, друг детства и не только? — многозначительно сделала она акцент на последнем слове.