Юрий Копытин – Золотой дурман. Книга третья. Месть золотого идола (страница 14)

– Г-мм… – нервно проглотив слюну, удивлённо уставился на Степана Никита. – Вот это слух!

– Не охотник ты…– утвердительно качнув головой, бросил тот…

– Засада! – жадно хватая ртом воздух, выкрикнул запыхавшийся Филин с опаской, оглядываясь назад. – Шныря кончили!

– Обложили, – прищурив глаз, сделал выводы Атаман. – Много их?

– Не знаю – за камнями попрятались, а мы и выскочили на них.

– Вот что…– почесал затылок главарь. – Похоже, здесь двое, а сколь там мы не знаем. Ежели с двух сторон полезут – людей много потеряем, коли будем брандычить53. Укроемся в пещерах, пущай сюда с вараки54 попробуют спуститься – как мух перешлёпаем, заодно и прикинем, много ль их на нашу душу пожаловало. А как стемняется уходить будем, коль окажется не по силам сладить…

Держа на изготовке ружья, бандиты перебежками стали отступать к гротам, входы в которые тут же ощетинились ружейными дулами…

– Спугались! – воодушевлённый успехом, вскочил Макар Недосекин. – Давай-ка ребята…– захлебнулся он, от прозвучавшего из большого грота выстрела.

– Макар!.. – не успел остановить служивого Ефим.

– Жену и деток моих…– еле слышно вымолвил тот, стараясь уцепиться за гладкие края валуна…

– Эх, Макар… – скорбно произнёс Ефим в наступившей гробовой тишине. – Прямо под сердце… – покачал он головой.

– Сидеть и не высовываться! – строго крикнул командир. – Все здесь ляжем, коли рыпнемся… Хоть и назад казакам отступать не пристало, но и на погибель идти глупо. Сколь нас? – теперь уже одиннадцать: двое мальцы, двое только луками размахивают – вот и получается – семеро… Наших дождёмся, а там будем думать, как бандитов из этого логова выкурить.

– Из логова выкурить?.. – глядя в никуда, задумавшись, повторил Фёдор. – А это мысль, – загадочно посмотрел он на Ефима.

– Ты чего ещё удумал? – непонимающим взглядом ответил тот.

– Так, так… – как бы рассуждая с самим собой, продолжил Фёдор. – А ну-ка, снимай портки, – повернулся он к Антипу Сорокину.

– Чаво-оо? – по-деревенски растягивая слова, выпучил глаза служивый.

– Снимай!..

– Да вы шо, ваше благородие? У меня одни только. Как же без их? – повернулся Антип к командиру, словно прося поддержки.

– Х-мм…– не понимая, пожал плечами Ефим, решив не вмешиваться в затею товарища.

– И чаво вам, господин хорунжий, мои портки снадобились, – ворча, стал выполнять приказание служивый.

– Тут всё с умом нужно сделать, – не слушая Антипа, бормотал себе под нос Фёдор. – Ну-ка, мужики, принесите: живицы кедровой или пихтовой, охапку травы свежей и сухой, да листьев любых поболе.

– Зачем? – удивлённо открыл глаза Ефим, заинтригованный затеей хорунжего.

– Долго объяснять – увидишь, коли получится.

– Хорошо… – кивнул командир и дал указание Сыгыру выполнить просьбу Фёдора…

Только тот скрылся за поворотом тропы, как оттуда появились Степан и Никита, сзади, виновато опустив голову, плёлся Поликашка.

– Ты чего к бандитам в логово сунулся и Захара с собой совратил?! – строго взглянул на сына Ефим. – Выпорю дома – сейчас не время.

– Мы-мы… хотели помочь…– всхлипнул Поликашка.

– За такие выходки будешь у печки матери помогать – там тебе место…горе-вояка, – назидательно-осуждающе закончил Ефим.

– Макара убили, – кивнул в сторону бездыханного тела Фёдор.

– Макара? – дрожащими губами повторил Поликашка.

– Макара…– с горечью подтвердил Ефим.

– Вот и отвоевался казак, – тяжело вздохнул Степан, опустившись на торчащий из-под земли камень…

– Хворосту бы – костёр развести, – после непродолжительного скорбного молчания отозвался Фёдор.

– Разводи – не перед кем уже таиться…Епифан, поищи чего для костра, – отправил служивого на поиски дров Ефим…

Вскоре, под удивлённые взгляды товарищей, Фёдор вымачивал три куска нижней части каждой из штанин в разогретой живице.

– Та-аак… – шепча себе под нос, словами сопровождал он свои действия. – Теперь всё это порохом посыплем и ещё внутрь пороху заложим, концы завяжем – один не так туго, чтобы прутик, смазанный живицей и порохом, вставить, да и приспособу тогда не разорвёт. Пусть теперь живица захряснет и запихаем всё это в кусок штанины поболе, туда же травку вокруг и прутик наружу…Ну вот – теперь только водичкой хорошенько смочить верхнюю штанину, чтобы от травки дыму поболе было. А в две другие штанины ещё и листьев добавим – дым погорше будет, и фитильки поставим покороче.…

– И откуда Федя ты всего нахватался? – поняв затею товарища, удивлённо произнёс Степан.

– С мальчишками в детстве баловались, – коротко бросил тот.

– Раз твоя затея – командуй, что нам дальше делать, – хлопнул Фёдора по плечу Ефим.

– Тебе, Стёпа, начинать… закинь-ка вот эту с длинным фитильком поближе к разбойничкам, далее: мы с тобой берём две другие дымовухи и подобравшись к гротам, зажигаем фитили и забрасываем внутрь. Вы же, – обернулся он к Ефиму, – спрячетесь недалече и возьмёте под прицел оба грота.

– Ну ты, Фёдор и стратег! – уяснив задумку, с восхищением воскликнул Ефим. – Ну с Богом!.. Давай!..

Дымовуха с зажжённым фитилём, запущенная мощной рукой Степана, упала недалеко от потухшего костра. Вырвавшийся сноп пламени тут же сменился едкими клубами дыма, заполнившего всё пространство вокруг гротов.

– Пошли!.. – махнул рукой Фёдор. – Ты к малому, я к большому гроту…

Пробравшись сквозь дымовую завесу, казаки почти одновременно забросили самодельные дымовухи в отверстия убежищ и тут же поспешили к засевшим неподалёку товарищам.

Через некоторое время удушливый кашель и проклятия донеслись из обоих гротов. Дым, разъедающий горло и глаза, гнал лиходеев наружу. Боязливо озираясь по сторонам и водя дулами ружей, они стремились скорее выбраться из окутавшего их лагерь смога, но выбравшись падали под прицельным огнём казаков. Постепенно воздух стал проясняться и только из чрева ниш понемногу исходил скопившийся там чад…

– Неужто всех побили? – осторожно выглянул из-за валуна Корней Герасимов.

– Ан – нет!.. – прицелился он в, высунувшуюся из-за укрытия физиономию Кулака.

– Эй вы, каплюжники! – всматриваясь глазами затравленного зверя, выкрикнул он.

– Постой! – резко опустил руку на ствол ружья Корнея Степан.

– Чево скудрошились55?.. За камнями прячетесь… Али уже в шкеры наложили? – видя, что казаки не стреляют в безоружного, вышел из своего укрытия лиходей.

– А ну!.. У кого без пушки супротив меня буркала не заиграют?! – раскинув руки, сжал он огромные кулаки.

– Давай-ка со мной, – отложив пистолет, поднялся Степан.

– Стёпа, куда ты?! – постарался задержать его Ефим.

– Ну что?!…Врукопашную?! – не слушая командира, засучил рукава Степан.

– Ага! – злорадно оскалившись, выхватил спрятанный за спиной пистолет Кулак.

Прозвучавший выстрел, вырвал клок сукна на плече казака, окропив кровью мундир.

– Тьфу! – зло сплюнул бандит, выхватив второй пистолет, тщательно целясь он поспешно отступал к своему укрытию.

– Ах ты, зараза! – схватился за ружьё Ефим.

Но, прозвучавший с боку выстрел опередил его. Пистолет в руке бандита клюнул дулом вниз, Кулак изогнулся и испуская проклятия рухнулся на землю.

– Так-то оно лучше, – приподнявшись, произнёс Никита.

– За мной должок! – зажав ладонью рану, сквозь боль улыбнулся Степан.

– Стёпа, что ты как малое дитя?!.. С кем на честный бой вышел?.. Давай перевяжу, – отчитал товарища Ефим. – Благодари Бога, что жив остался.

– Ну-ка, казачки, пойдём, глянем, что там, – зазывающе махнул рукой Фёдор…

– Одиннадцыть, господин хорунжий, – отрапортовал Антип Сорокин.

– Вижу, что не все, – задумчиво бросил Фёдор.