Юрий Каменский – Витязь специального назначения (страница 25)

 --Добрый вечер, -- произнёс за спиной приятный низкий женский голос.

 Друзья резко обернулись. Из за ближайшего дерева, навстречу им, вышла статная темноволосая красавица.

 --Вам нужна моя помощь? - спросила она низким звучным голосом.

 --Здравствуй, красавица, -- поклонился Барс. Прочие последовали его примеру.

 --Стой, витязь, -- властным движением руки остановила она его, -- времени совсем нет, ваш друг в беде, поторопитесь за мной, мы ещё успеем.

 Схватить оружие и набросить плащи было минутным делом. Вся четвёрка поспешила за женщиной. Казалось, она просто шла быстрым шагом, но даже бегом они только что не отставали, не говоря уже о том, чтобы перегнать. Впереди вдруг послышался шум схватки - крики, стук, рёв, звяканье и визг сшибающихся клинков.

 Выскочив из-за деревьев, они увидели, сбившиеся у сваленной лесины телеги, валявшиеся тела и как с людьми рубятся их недавние знакомцы - чёрные орки. Вокруг схватки крутились поджарые волки, злобно грызущие нечисть. Хищники работали грамотно, в обычной своей манере -- полоснул клыками ногу и отскочил, кровь струёй хлещет из вспоротой артерии, а волк уже к следующему--короткий, выверенный прыжок к глотке, почти неуловимое движение головы и вновь струя крови.

 От стаи волков отбиться немыслимо, слишком умны, коварны и изворотливы. А ещё железная дисциплина. Их можно сравнить, разве что, с диверсантами--по сути, тот же почерк. Максимум эффекта при минимуме затрат. Это вам не Ван Дамм - эти с поднятой ножкой, как шавка на забор, стоять не будут. Вон скольких орков положить успели, чисто волчья ухватка. При виде подмоги звери моментально скрылись в кустах.

 Впрочем, бой уже практически был закончен. Убитые орки валялись на земле, среди них лежали тела людей. Пять или шесть гоблинов, захваченных живьём, уже связывались суровыми бородатыми мужиками в зелёных плащах. Увидев новых людей, выскочивших из-за деревьев, трое из них направили на пришельцев копья.

 --Стойте, коли честные люди, -- зычно скомандовал пожилой воин, по всему - старший, -- кто будете, что тут делаете?

 --Витязи Великого Кнеза, следуем по служебной надобности, -- коротко, за всех, ответил Акела.

 --А грамота есть? -- недоверчиво поинтересовался главный.

 Акела молча достал свою грамоту и, держа в руках, развернул перед допросчиком. Сам он читать руны ещё не научился, но содержание ему прочёл Малыш. Грамотка дейст­вительно была убойной. Лицо дружинника подтвердило это весьма недвусмысленно, такое он явно видел впервые в жизни.

 --Не серчай, витязь, -- он резко сбавил тон, -- служба, сам должен понимать.

 --Да я и не серчаю, -- махнул он рукой, -- что случилось тут?

 --Проезжали мы по дороге и увидели, как чёрные орки на обоз напали. Двух человек убили они сразу, а третий то ли жив, то ли преставился уже.

 --Покажи!

 Пройдя за лесным стражником, он увидел два залитых кровью трупа сельчан и безжизненное тело Клима, над которым уже сидела давешняя красавица, положив руки на окровавленный лоб.

 --Жив он?

 Женщина подняла глаза.

 --Выживет, голова цела.

 --Тройная прокладка, -- вспомнив Портоса, улыбнулся Акела.

 --По всему, живьём они хотели его взять, -- тихо сказал из-за плеча старший, -- когда мы подоспели, этих они уже уходили. А вот его пытались уволочь с собой, только волки им помешали. Впервой такое вижу.

 --Похоже, мы кому-то очень нужны, -- тихо резюмировал Андрей. В это время Слава открыл мутные от боли глаза.

 --Мужики... -- тихо произнёс он, -- вы откуда?

 --Из тех же ворот, что и весь народ, -- "вежливо" отозвался Акела, -- как тебя угораздило, чадушко?

 --Подождите, -- твёрдо сказала красавица, -- сейчас у него боль в голове пройдёт, а потом он всё расскажет.

 --Да, считай, прошла, -- Клим сел, придерживая, однако, на своей голове руку женщины, -- ты-то откуда взялась?

 --Потом расскажу.

 --Стойте! -- вдруг всполошился Толстый, -- а гоблин-то мой где? Он же мне жизнь спас.

 --Гоблин, да ещё твой? - засмеялся Андрей, -- ты что, без нас гоблинов разводил? Мало тебе поросят?

 --Здоровый такой, светловолосый. Говорю же, если бы не он - хана мне.

 Посерьёзнев, Акела отошёл от Клима и вернулся на дорогу. На земле лицом вниз лежали пятеро связанных орков. Один из них действительно был светловолосым. Он обернулся к десятнику.

 --Допрашивали их?

 --Сейчас допросим. Чем ворота подпирают.

 Тон дружинника ничего доброго пленным не сулил. Всё правильно--за чем пришли, то и нашли, а как иначе? Здесь условные наказания не в ходу, и слава Богу. Так, а где же этот климовский спаситель? Акела шагнул к оркам и перевернул блондина на спину.

 --Ты был с ними? -- кивком головы он указал на лежащих рядом орков.

 --Нет. Я провожал людей. Напали чёрные, их было больше.

 --Понял, -- достав нож из-за голенища, витязь перевернул гоблина на бок и одним махом рассёк путы.

 --Ты что?.. -- десятник схватил его за плечо. Наткнувшись на взгляд Акелы, он убрал руку, но повторил настойчиво: "Ты что делаешь?"

 --А ты, что, не видишь? -- подчёркнуто спокойно спросил он, -- Я развязал того, кто спас жизнь моему другу. А у тебя что, другие намерения были?

 Десятник, насупившись, глянул исподлобья.

 --Из рук лесной стражи орки живыми не уходят, не бывало такого.

 --Чтобы орки людям жизнь спасали - тоже не бывало. С этими делай что хочешь, а белого вернём тому, кому он служил.

 Яровит (так звали стражника) нехотя кивнул и потерял к гоблину всякий интерес. В дорогу трогаться уже не стали. Распрягли умотанных передрягами лошадок и расседлали верховых, предоставив возможность в волю пощипать сочную траву. Хотя после отваров и примочек, мастерски изготовленных Девой, Климу стало гораздо легче, но был ещё слабоват. Да и время было к ночи. Собранные здесь волею случая, люди все подобрались бывалые. Сноровисто разбив бивуак, занялись приготовлением горячего ужина. А плотненько подкрепив тело пищей--вспомнили и о душевном. Вечер у костра друзья провели в беседе.

 --Вы-то каким чудом тут оказались?

 --Да нет никакого чуда, Славик, -- ответил Барс, -- ехали мы по своим делам, а навела нас на эту заваруху твоя знакомая, которую ты Девой зовёшь. Кто она, кстати, если не секрет?

 --Василич, ну какие у меня от вас могут быть секреты? Она... Как бы это сказать, ну, Баба-яга здешняя или, по-другому, Лесная Дева. Она нас уже один раз выручила и теперь вот снова.

 --Значит, теперь, как порядочный человек, ты обязан жениться. Тем более если она ещё дева...

 --Борисыч, ну его на фиг.... Не шути с ней.

 --Да ушла она. Извини, ляпнул, не подумав.

 Ну и в чудной же мир они угодили. Девы, они же Бабы Яги, орки, эльфы, они же берендеи, драконы-Горынычи... Прямо коктейль из Толкиена и русских народных сказок. А, может, оно так всё и было? Иначе очень трудно объяснить--почему в одной стране в сказках одна нечисть, а в соседней стране другая? Она, что, границы людских государств чтила пуще мамы родной? Позвольте усомниться. Скорее всего, действительно, нечисть была та же самая, просто называли её каждый по-своему. И, видимо, отношение к ней тоже разнилось--кого-то в одной стране чтили, а в другой наоборот. Плюс недостаток информации, щедро дополненный народными метафорами.

 --А у вас тут уже свои дела появились? - деликатно перевёл разговор на другое Клим.

 --Я так думаю, что они и твоими тоже станут, -- пояснил Акела, -- нанял нас Великий Кнез для выполнения некоторых деликатных поручений. А куда же мы без тебя? Кстати, а Соловушка наш где? Как это получилось, что ты без него оказался?

 --Пропал Васька. То ли сгорел, то ли Змей его сожрал, но в живых его, скорее всего, уже нет.

 --Расскажи-ка поподробнее, а то я не всё понял.

 --Это уже после вашего ухода, недели через три. Налетел змей, деревню, считай, выжег полностью. Народу уцелело от силы четверть.

 --Милёна?

 --Жива, Борисыч, с ней всё нормально. Этот раздолбай, сынок её, тоже уцелел, он в это время по лесу шарахался. Милолика жива, кузнец жив, Любава жива, а вот куда Васька пропал - убей, не пойму.

 --Так он где был, когда это случилось?

 --Василич, так в том-то и дело,-- Клим с досадой ударил себя кулаком по колену, -- что он со мной рядом был! Я, когда змея скрадывать начал, его отправил к лесу. Потом следом той же дорогой рванул. Все, кто этим путём бежали, все на месте, а Соловей как сквозь землю провалился.

 --Жив он, -- уверенно заявил Акела.

 --Откуда знаешь?

 --Ну, во-первых, рождённые в год Обезьяны так просто не пропадают. Во-вторых и в последних, гадалка та на базаре нам сказала, что один наш друг вот-вот попадёт в беду, то есть ты. А второй, она сказала, считается погибшим, а на самом деле брагу хлещет и баб трахает. Если это не наш Соловушка, то я -- испанский лётчик.

 --Борисыч, хочешь хохму? -- Клим улыбался.