Видимо, любит и помнит…
Дверь опечатана, сломан звонок,
Явно домами ошиблась!
С лентами чёрными чей-то венок,
Ей это точно приснилось!
Дверь у соседей открылась слегка,
Мальчик стоял на пороге.
Лишь до замка доставала рука,
Взгляд его полон тревоги.
Он объяснил ей, что умер сосед,
Кладбище сразу за домом.
Дедушка сделал на крестик портрет,
Был с этим дядей знаком он.
Сын словно взгляд от неё отводил,
С яркого в рамочке фото.
Будто прощенья оттуда просил,
Не за себя, за кого-то…
Сбился на шее промокший платок,
Сердце стучало, как камень.
– Вместе мы будем с тобою, сынок,
Грех отпусти своей маме…
Секрет семейного счастья…
Банкетный зал собрал гостей под вечер,
У стариков сегодня юбилей!
На торт едва все уместились свечи,
Зашла старушка, дедушка за ней…
На стол они с опаской посмотрели,
Дед закачал с упрёком головой.
Кому всё это? Надо жить скромнее.
Зачем собрались эдакой толпой?
Вино разлито, пир пошёл горою,
Хотел здесь каждый что-то пожелать.
Кричали «горько» пьяною гурьбою,
Но дед был мастер шутки пресекать.
Сидели скромно. изредка краснея,
Бабулька тихо плакала в платок.
Дед галстук снял, уж шея онемела,
Супругу тихо взял под локоток.
Сынок привёл «наследника» с невесткой,
Вдвоём они произнесли свой тост.
Со сцены песню спели для довеску
Про распрекрасный над рекою мост.
Махнув вина, ребята осмелели,
И стали спрашивать – в чём счастья их секрет?!
Супруги сразу как-то обомлели,
Но всем сказали, что секретов нет!
Видать не ссорились, прожили душа в душу,
И дом был чаша полная у вас.
Никто упрёками не прогрызал вам уши,
И пили в жизни только чай, да квас.
Работа, дом и всё по распорядку,
Любили в жизни лишь её одну.
Бурчали, видно, просто для порядка,
Встречая вместе новую весну!
Ты знаешь, деточка! Мы жизнь прожили сложно.
Обняв старушку, вдруг ответил дед.
Не стану я кормить вас сладкой ложью,
Хватило в жизни горя нам и бед.
Ютились в хате с глинобитным полом,
Колодец печка, на зиму дрова.
В мороз рубаха становилась колом,
На огороде – только лебеда…
Любил гульнуть, любил повеселиться,
В ночи красивых девок зажимал.
Порой хотелось просто удавиться, 
