Юрий Калугин – Ключи от неба... (страница 4)

Храмы жгли и топтали псалтырь.

Тем, кто вас истреблял поголовно,

Вы даёте снаряды и хлеб.

Жаль, что нет той статьи уголовной,

По которой нести вам ответ.

Всем сочувственно люди кивали,

Натерпелся, мол, бедный народ.

Столько лет по пустыне гоняли,

Слава Богу, живут без забот.

Вы личину свою показали,

Всему миру и в полной красе.

Жизни тысяч детей забирая,

Ад кромешный творя на земле.

Так скажите мне, чем же вы лучше

Тех бендеровцев в «Бабьем яру»?

Вы сегодня сильнее и круче,

Превращая в руины страну.

Кто сказал, что вы избраны Богом?

Этот миф вы внушили себе.

Уж поверьте, всё выйдет вам боком,

Жизнь расписана в каждой судьбе.

Униженья, скитания, смерти

Никогда и никто не простит.

Не солдаты убиты, а дети,

И за всё ВАМ придётся платить!

Снимем береты...

Счастье даётся тому, кто стремится вперёд,

С каждой минутой оно по шажочку всё ближе.

Пусть наша жизнь из ухабов и в темечко бьёт,

Часто на нервах дождём барабанит по крыше...

Редко кому - то в пути попадался пророк,

Вечно с собою несём чью-то боль и печали.

Вот наконец я ушёл от разбитых дорог,

Что уводили частенько в далёкие дали.

Вновь по привычке в кулак на балконе курю,

Стал забывать, когда сны по тревоге будили.

Богу за это спасибо всегда говорю,

Что небеса неземную любовь подарили.

Нет больше затхлого запаха съёмных квартир,

Радует глаз белизна, чистота и порядок.

Не разорвут позывные в ночи мне эфир,

В жизни гражданской немного другой распорядок.

Начал недавно смотреть я без выстрелов сны,

Снова луга и поля мне объятья открыли.

За десять лет я немного отвык от войны,

Воздух упругий во сне расправляет мне крылья.

Я для себя открываю загадочный мир,

Стала милей и родней глухомань, чем столица.

Мягким теплом согревает меня кашемир,

Только пробитая снайпером ноет ключица.

Ну, а для тех, кто уже не вернётся с войны,

В памяти место своей я конечно оставлю.

Будут всегда молодыми мои пацаны,

Как ни хотелось, но этого я не исправлю.

Снимем береты, не чокаясь выпьем за них,

Тридцатилетних, седых, молодых офицеров.

Милых, застенчивых, храбрых, до боли родных,

Кто до конца воевал и не делал карьеры...

За деньги?

Кто такое сказал , что воюем за деньги?

Здесь металл выгорает, здесь ужас и кровь...

Бьются доблестно насмерть отцы наши, дети

Не за хищную алчность и к деньгам любовь.

Муж и сын ваш, контракт никогда не подпишут,

Карту в банке свою никогда не возьмут.