Юрий Харитонов – Поступь Мрака (страница 8)

Перед ней стоял бородач в грязной, засаленной рабочей одежде. С виду – обычный мужик, такой же, как и те, что рылись в лесу. За его спиной столпились женщины и дети, их лица и тела носили следы побоев и насилия. Мужики же, деловито хватая сухие ветки, таскали их из леса и сваливали в кучу у ног Юлии.

Окинув взглядом окружение, графиня с ужасом узнала место: это был лес рядом с замком ди Ванэско, где она так любила гулять с Ваней, слушая пение птиц. Ещё вчера Глория заставила её покинуть это место…

Сегодня же лес будто вымер. Ни одна птица не смела издать ни звука. Зато люди вели себя разнузданно. Они расположились на любимой поляне Юлии, под сенью вековых лип, устроив там подобие лагеря. Слегка скосив глаза и заглянув за плечо, можно было разглядеть за спинами людей массивные глыбы давно разрушенной скалы, напоминающие лежащего каменного исполина.

Но вместо гранитных глыб Юлия уставилась на старую женщину, привязанную к такому же вкопанному в землю стволу дерева, что и она сама, только слева. Под ноги старухе так же кидали хворост. А крестьянин все не унимался, сыпля проклятиями:

– Вы будете казнены!

– За что же, Виктор? – тихонько спросила старуха. Она была одета в простую серую хламиду, а на шее у неё болтались амулеты Справедливости. Возможно, эта женщина была служительницей Храма Справедливости, который вот уже двадцать лет стоял не только в Корнуэлле, но и во всех крупных городах Тантары. Но почему же она тоже оказалась в плену? Ведь эта религия была официальной верой крестьян.

– Ты ни о чем не догадываешься, Сабрина? – с сарказмом в голосе протянул Виктор. – Неужели даже мысли не промелькнуло, почему мы здесь учинили самосуд над тобой, графиней, да и над этим…

Рядом послышалась возня, конское ржание – значит, Корин не сбежал! – и возмущённый крик Энцо Барвоа, которого конь волочил по дороге, когда Юлию оглушили и схватили. Что ж, судьба подлецов всегда одинакова – кара настигнет каждого, а над Энцо Барвоа она откровенно издевалась – не отпустила мерзкого ведьмака, не дала сбежать. Наверняка, не одну семью он подвёл под казнь. Видимо, давно и упорно промышлял этим ремеслом, погрязнув в долгах Справедливости. Вот она и настигла его…

– Да вы знаете, кто я?! А?! – взревел Барвоа, яростно размахивая руками. – Да вы вообще представляете, на кого подняли руку, челядь?!

– Привяжите его рядом, – хладнокровно приказал Виктор, и Юлия с отвращением увидела, как брыкающегося Барвоа подтащили к столбу справа от неё и крепко привязали. Взбешённый тем, что его вопли не производили ни малейшего впечатления на крестьян, он продолжал орать:

– Я ведьмак! Официальный ведьмак короля Эльмира Третьего! И эта женщина, – он с ненавистью указал на графиню, – ведьма! Вы… вы препятствуете моей работе! Вы изменники! Все здесь! Вы изменяете Эльмиру Третьему!

Один из крестьян, не выдержав его истерики, влепил ему звонкую пощёчину, и Барвоа, захлебнувшись, затих.

– После того, как королевские солдаты сожгли наши дома, – спокойно возразил Виктор, – и изнасиловали наших женщин, он нам не король! Мы официально отрекаемся от его власти. Можешь это ему официально передать, – Барвоа, похоже, воспрянул духом после этих слов, видимо, подумав, что его отпустят, но Виктор добавил: – но вряд ли получится, уважаемый ведьмак. Твои угольки будут тлеть в отместку так же долго, как и угли от наших домов и жителей, оставшихся в тех домах! Ты, как и они, сгоришь дотла! Вместе с графиней! – он перевёл взгляд с замолчавшего Энцо на Юлию. Она не отвела глаз, но и не пыталась возразить. Вглядываясь в лица женщин и детей, сидящих за Виктором, она читала в них вселенскую усталость, скорбь и понимала их мотивы.

– Она поплатится за то, что граф ди Ванэско навлёк на своих подданных беду! – яростно воскликнул мужчина, сжимая кулаки. – Её ждёт расплата за грехи отца, и мы не будем так снисходительны, как люди короля, поглумившиеся над нашими жёнами и дочерями!

– А где же ты был, Виктор, когда солдаты Эльмира творили все эти зверства? – резко перебила его Сабрина, её голос дрожал от негодования.

Виктор, стараясь не встречаться с её взглядом, буркнул:

– Я ждал и готовился…

– Струсил! – пронзительно крикнула старуха. – Ты, как и все остальные никчёмные мужики этой деревни, прятался в лесу, дрожа от страха, вместо того чтобы защитить своих жён и дочерей! Вы даже пальцем не пошевелили, чтобы спасти их от этих похотливых тварей!

– Замолчи! – взревел Виктор, но его голос звучал неуверенно.

– Нет уж, я договорю! – не унималась Сабрина. – Вы, как крысы, затаились в своих норах, пока враги бесчинствовали! И вместо того, чтобы пролить кровь за своих женщин и отомстить, вы напали на беззащитную графиню и меня! Переложив на нас чужую вину, а по сути – свою собственную! Да вы просто не достойны своих женщин!

– Заткнись, старая карга! – Виктор не выдержал и бросился к Сабрине. Мужик по имени Канас, тот самый, что оглушил Юлию на поле, подскочил к ним и несколько раз ударил старуху по лицу. Но Сабрина, лишь гордо вскинув голову, сплюнула кровью на кучу сухих веток под ногами.

– Вы только и можете, что с женщинами воевать! – презрительно прошипела она. – И не пыхти тут, как старый чайник! Это меня не пугает! Что ты мне можешь сделать? Я стара и немощна, но даже огонь мне не страшен! А вас всех ждёт расплата!

– Это Бог Справедливости, которому ты служишь, хранит этот мир? – вскричал Виктор. – Где же он был, когда безумные солдаты терзали Корнуэлл? Где?! Неужели он тоже струсил? Ты тоже сгоришь, старая ведьма! Мы принесём тебя в жертву твоему же безмолвствующему богу! Пусть он хоть что-нибудь сделает для этого мира! Пусть спасёт вас троих, если это справедливо! Тогда я поверю в него и буду до конца дней каяться во всех грехах, о которых ты тут кричишь! Но пока я не вижу вашего бога! Для меня его не существует! Око за око, зуб за зуб – вот мой закон! И неважно, кому мстить – убитых уже не вернуть!

– Одумайся, Виктор! – в отчаянии воскликнула Сабрина, хватая его за руку. – Ты же, как никто другой, чтил Справедливость! Что с тобой стало? Твой разум помутнён Мраком! Разве ты не видишь, что творится вокруг?

Виктор, вырвав руку из её рук, с язвительной усмешкой произнёс:

– И что же? Расскажи-ка нам, как этот твой бог Справедливости собирается нас спасти?

– Нет же, ты глупец! – гневно взревела старуха. – Его нет! Справедливости нет! Разве ты не понимаешь? Кто-то пытается убить нашего бога, а может быть, уже и убил!

Виктор, хмыкнув, презрительно хохотнул:

– Убить бога? Да как такое возможно? Ты в своём уме, старая карга? Что же это за бог такой никчёмный? И зачем ему поклоняться? Зачем следовать его путям?

– Обычный бог! – воскликнула Сабрина. – Такой же, как и все остальные. И их всех можно уничтожить! Если ты так же глуп, как моя старая подружка Астания, то это не значит, что все такие же!

– Слушай, ты, старая карга! – Виктор побагровел от гнева. – Осторожнее со словами!

– А ты осторожнее с делами! – парировала монахиня. – Иначе всё как обычно глупостью обернётся!

– Ну так объясни же нам, в чем эта глупость заключается! – Виктор, взбешённый, выхватил из рук Канаса пылающий факел. – Нам невдомёк, как быть, когда наших близких насилуют и убивают! Мы не знаем, что делать! Давай же, говори быстрее, иначе огонь возмездия, или, как ты нам пела все эти годы, огонь Справедливости, поглотит тебя саму!

Старуха, подняв руки к пылающему ночному небу, провозгласила:

– Богов на свете великое множество, но в нашем мире главные – Аспекс, Владыка Света, и Азраид, Владыка Мрака. А между ними стоит Владыка Справедливости, если ты забыл мои проповеди. Он-то и блюдёт баланс между Светом и Мраком. Его ещё называют Весами Справедливости, или Балансором. Он зорко следит за тем, чтобы боги не перекраивали мир под себя. Можно сказать, он главный среди них…

– И где же он сейчас? – хриплым голосом спросил Виктор.

– Он не может, как и другие боги, появиться на земле, а посему действует через людей. Сестры Справедливости – люди Балансора, наши храмы – его обиталища. И они все находились к западу от Великого Хребта Аспекса, разделившего наши земли в древние времена. В каждом городе, каждой деревне… – и Сабрина принялась перечислять. – В Биндасе и Киорке, Статфиле и Оурдэне, Триде и Катре, Эвендере и Олуоке, здесь, конечно же, в ди Ванэско и в далёком северном Ангонланде…

– Перечисление добродетелей не делает дела яснее, — заявил Виктор, хмуро глядя на Сабрину. Чумазые, испуганные и измождённые люди за его спиной жадно ловили каждое слово старой женщины. – Я всё ещё не понимаю, где этот бог, о котором ты твердишь. Куда он делся? И если он такой всемогущий, как ты утверждаешь, почему не защитил нас, их… – Виктор махнул рукой за спину, указывая на женщин и детей.

– Потому что вы не защитили его храмы! – спокойно парировала Сабрина, встречая его взгляд без тени страха.

– Что за чушь ты несёшь, старая карга?! – взорвался Виктор, а за его спиной послышался гневный ропот. – Мало того, что я никогда не слышал о других богах, так ты ещё и хочешь сделать меня виновным в том, что солдаты короля разорили мою деревню, убили мою жену и… – его голос дрогнул, и он не смог договорить.

– Послушай же себя, Виктор! Прислушайся к своему сердцу! – Сабрина умоляюще смотрела на него. – Ты пытаешься убить невинных людей…