Юрий Хабибулин – Русская «Синева». Война невидимок (страница 26)

Говард эти книги читал. Вспомнил возникший у него после прочтения вопрос:

– Что же можно построить с тем народом, который есть в Америке сегодня?

– Скорее всего, определенную модификацию социализма, с учетом ошибок и заблуждений прошлого, с элементами частного предпринимательства и с полной государственной собственностью на землю, ресурсы, на крупные и средние предприятия, банки.

С полным восстановлением прав мужчин, института патриархальной семьи, морально-нравственных ценностей, хорошего бесплатного образования для всех и… конечно же, справедливости во всем.

– Хорошо, Нэнси, а что тогда, если не новую форму капитализма, по-твоему, будет выстраивать на Земле «центр Сатаны»? Модернизированный феодализм? – вкрадчиво спросил сенатор.

– Сложно сказать, что получится. «Центр Сатаны», по-моему, собирается строить на Земле подобие феодально-рабовладельческого строя, что-то по типу глобального концлагеря, над которым будет стоять новый мировой олигархат из членов «центра», вооруженных идеологией трансгуманизма.

– Что это такое – трансгуманизм?

– Трансгуманизм – это мировоззрение, которое на основе неких научных принципов говорит нам, что человек плох и его можно улучшить по всем направлениям. Люди несовершенны, и можно сделать их сильнее, умнее, продлить жизнь с помощью технологий и науки.

При этом надо «расчеловечить» прежних людей. Сделать их «сверхлюдьми», мутантами. Модифицировать и улучшить с помощью специальных проектов.

Возможно, будут пересаживать сознание, память богачей в новые тела доноров или в искусственно созданных биороботов. На этих трансгуманистах, «нелюдях», живущих только для себя, скорее всего, и закончится история человечества.

Миссис Браудер вздохнула:

– Если вы хотите больше узнать о трансгуманизме и о том будущем, к которому он ведет, прочтите, например, книгу «Трансэволюция. Эпоха разрушения человека» Даниэля Эстулина. Если я буду об этом рассказывать сейчас, уйдет слишком много времени.

Дуглас достал из кармана блокнот, записал название книги и автора. Затем посмотрел долгим взглядом на хозяйку кабинета:

– Хорошо, Нэнси, я обязательно ознакомлюсь с этим изданием. Но вот ответьте, пожалуйста, в свете того, что вы нам сейчас поведали о самой мощной в мире тайной организации, о ее методах, ее планах на будущее, то… как вы сами, с вашими взглядами и ресурсами, вписываетесь в стратегические замыслы «центра Сатаны»? ПОЧЕМУ он вам помогает?

Наступила тишина. Генерал и сенатор впились глазами в лицо Нэнси, ожидая, что она ответит.

Миссис Браудер помолчала, посмотрела в окно на громады соседних небоскребов и негромко сказала:

– Я – план «Б».

Глава 8

Авиабаза Хмеймим. Прикрытие

Почти до самого Гибралтарского пролива рейд проходил без неприятных сюрпризов. Лодка шла быстро, в подводном положении, лишь изредка всплывая ночью для проведения сеансов связи и прогулок под звездами жаждущего подышать свежим морским воздухом экипажа.

На время всплытия включались режимы оптической и радионевидимости. Кто-то из старших офицеров даже пошутил, что при наличии такой великолепной маскировки, как «шапка-невидимка», можно было бы плыть на подлодке, как на круизной яхте, вообще не погружаясь и дыша круглые сутки чистым атмосферным воздухом. Режим скрытного перемещения при этом нарушен бы не был.

К глубокому сожалению того офицера, да и всей команды, на такое нарушение устава пойти было никак нельзя. Возрастали риски всяких случайностей, системы невидимости потребляли большую мощность и через какое-то время перегревались, в военно-морских силах западных стран давно уже существовали не только радары и системы видеоконтроля, но и высокочувствительные акустические сенсоры, магнитные датчики, детекторы радиации, регистраторы кильватерной струи и многое другое.

Нужно было соблюдать все предписанные меры предосторожности.

Пряничному до Гибралтара пришлось только дважды вмешаться в управление движением субмарины. Один раз Дмитрий задолго до сонара обнаружил идущую прямо на «Верхотурье» чужую подводную лодку большой массы и, доложив командиру, добился резкого изменения курса, что, как потом оказалось, спасло российский ракетоносец от обнаружения американцами.

Во второй раз Дмитрию удалось предвидеть масштабные учения кораблей НАТО как раз в том квадрате, через который был проложен маршрут. И здесь удалось избежать проблем.

А вот на самом подходе к проливу стали попадаться подводные «сюрпризы» – спрятанные на дне или у самого дна разные натовские ловушки: «контролеры», регистраторы-обнаружители российских подводных лодок. Погружаясь в сеанс сверхчувствительности и дальновидения, Дмитрий «видел» эти хитрые устройства, порой содержащие в себе целые аналитические лаборатории с контролем температуры подводных течений, измерениями колебаний электромагнитных полей от движения металлических объектов вблизи датчиков-регистраторов.

Не все чужие системы удавалось обмануть или вызвать в них сбои, неисправности, поэтому лодке приходилось осторожно маневрировать, уходя от чутких электронных сторожей.

Гибралтар прошли ночью, в режиме невидимости, пристроившись к корме гигантского танкера. Какой-то отрезок пути шли в надводном положении, затем, на критическом участке, для перестраховки, лодка поднырнула и пристроилась под килем нефтеналивника.

Несколько опасных моментов было, когда винты танкера на неглубоком отрезке дна чуть было не задели рубку «Верхотурья», но обошлось. Маневры команда лодки провела ювелирно, а средствами технического контроля по всей длине и глубине пролива российскую АПЛ чужим наблюдателям так и не удалось обнаружить.

До Латакии, района нахождения российской авиабазы и военных кораблей России, добрались быстро и без приключений.

Встали на якорь недалеко от береговой линии, рядом с большим десантным кораблем ВМФ. Под прикрытием «шапки-невидимки» на катере, высланном с корабля, переправили на берег весь секретный груз и часть команды «Верхотурья» для помощи специалистам авиабазы.

Среди командированных на берег оказались и Нестругин с Пряничным.

Проверка документов. Разгрузка катера. Размещение в сборном домике. Инструктаж. Представление начальнику авиабазы и согласование работ по сборке-установке привезенного оборудования, срокам обучения персонала.

Текучка…

Зато как приятно после недель стерильного очищенного воздуха на внутренних палубах подводного ракетоносца подышать свежим и вкусным воздухом тропического рая морского побережья Сирии!

На авиабазе стояла деловая суета, проезжали бензовозы-заправщики, транспорты с бомбами и ракетами, сновали военные.

Над всей территорией слышался почти постоянный гул авиационных двигателей. По взлетной полосе двигались «сушки» – одни вылетали на задание, другие, выпустив боезапас по целям, возвращались с пустыми баками и подвесками.

Рядом с полосой, на стоянках, техники деловито осматривали самолеты, заправляли и загружали их «гостинцами» для террористов. Каждый был занят своим делом, собран, праздношатающихся не наблюдалось.

Район авиабазы хорошо охранялся, в воздухе время от времени барражировали вертолеты, по периметру стояли сторожевые вышки, проволочные заграждения, сигнализация. Безопасность персонала и техники обеспечивали российские морпехи и спецназ.

Командированные специалисты с «Верхотурья» получили в спецчасти временные пропуска, пообедали в столовой и до времени сбора на инструктаж разбрелись, кто отдохнуть, кто осмотреть авиабазу.

Дмитрий медленно шел по чистенькой улочке мимо аккуратных рядов сборных домиков, когда небольшая табличка с надписью на одном из них привлекла внимание.

«Библиотека», – удивленно прочитал Пряничный. С любопытством подошел, осторожно открыл дверь и вошел внутрь вытянутого, как пенал, прямоугольного помещения.

Напротив входа, под потолком, висел работающий кондиционер и гнал прохладный воздух в комнату. У закрытого окна под кондиционером стоял письменный стол, за которым сидел молодой парень в форме прапорщика и что-то, морщась, писал.

По стенкам комнатушки были установлены стеллажи, заставленные книгами.

Дмитрий пробежал глазами по корешкам, заметил, что литература тут в основном была художественной.

Прапорщик, услышав стук захлопнувшейся двери, поднял голову:

– Здравия желаю, товарищ старший лейтенант! Заходите, присаживайтесь. Могу чем-нибудь помочь?

Рядом со стеллажами стояли небольшие офисные столики со стульями. Дмитрий присел на один из них, с удовольствием потянулся от приятной прохлады и давно забытого ощущения комфорта и спокойствия. Ответил прапорщику:

– Здравия желаю! Я только сегодня прибыл. Осваиваюсь. Если можно, я тут немного посижу, посмотрю книги, почитаю.

– Сидите, сколько хотите. Здесь вот холодная водичка есть, если вдруг пить захотите. Если что подсказать надо будет – обращайтесь. Библиотека работает с девяти до двадцати одного часа.

Прапорщик дружески улыбнулся и опять углубился в свою писанину.

Дмитрий неторопливо осмотрел ближайший к себе стеллаж. Потом встал, обошел и внимательно изучил все остальные, читая названия книг на обложках и переплетах. Нашел полочку с отечественной фантастикой.

Ефремов, Стругацкие, Маркеев, Громов… Выбрал себе томик Маркеева «Неучтенный фактор». Поудобнее устроился на стуле, облокотился о столешницу и погрузился в чтение.