Юрий Хабибулин – Рассказы (страница 39)

Пульт от кондиционера пробовали прятать, чтобы выжить, но Лариска ходила в соседнюю фирму на этаже, одалживала пульт там и продолжала свое чёрное дело. Эту идею оставили, а других не было…

Когда столбик термометра за окном пересек отметку в сорок градусов, наконец, наступил предел терпения. Стало уже совершенно невыносимо…

Как только Лариска отпросилась с работы на встречу с очередным "спонсором" или предполагаемым женихом-миллионером, за пять минут до начала перерыва в маленькую комнатушку с запретной надписью ввалилась толпа сотрудников, которые сидели в зале с Задолбакиной

— Дмитрий Данилович, отец родной! Выручай! — взмолилась толпа хватающими за сердце голосами измученных постоянной пыткой страдальцев.

Димыч оторопело уставился на коллег

— Вы чего, люди? Что случилось-то?

— А то Вы не знаете? Всё то же! Сил больше нет терпеть и здоровья не осталось — возмущённо и одновременно просительно заговорила Александра Ивановна, самая старшая из "народа", шестидесятилетняя бухгалтерша, — сами-то как выдерживаете ещё? Тут у вас вообще газовая камера натуральная! Одна надежда осталась, Дмитрий Данилович, на ваш технический гений! Сделайте что-нибудь, придумайте какой-то выход из этой дурости беспросветной, чтобы удалось ситуацию миром разрешить. Ей-богу, никаких сил уже не осталось терпеть эту стерву! Если не поможете, придется дружно всем писать заявления об уходе. Работа, конечно же, нужна, но жизнь дороже! Короче, спасайте людей!

В поддержку экспрессивной тирады Александры Ивановны за её спиной раздался одобрительный гул, похожий на гул хмурящегося моря, предвещающего двенадцатибалльный шторм, а так же нестройные выкрики, часть в поддержку ораторше, а часть — в виде угроз обидчице. Угрозы были не всегда цензурными и не сулящими ничего хорошего ни Лариске, ни будущему сего славного предприятия.

Разрешить эту ситуацию одним только словом мог бы директор фирмы, но, к сожалению, это было не в его стиле… Пень, он и есть пень!

— Заявления все напишем и уйдем нафиг! — заявила Леночка, маркетолог, серьёзная, обычно всегда безукоризненно вежливая и сдержанная девушка, — но сначала всем миром отлупим эту дрянь, как следует! И пусть наш придурок-директор с этой коровой сам тут корячится, а нам хватит! Сколько терпеть можно! Ни стыда, ни совести у девчонки нет! Дохнешь тут каждый день, как в подводной лодке без воздуха, а она — ноль внимания! Холодно ей, видите ли! Ещё бы совсем голышом сидела, чтобы "бойфренды" сбегались как мухи на мёд!

Димыч остолбенело хлопал глазами

— Ну, а я чего тут могу сделать-то? Я ж не директор!

— Как чего? — раздался выкрик из толпы, — вы ведь у нас инженер, вот и сделайте так, чтобы Лариска не смогла выключать кондиционер, какую-нибудь техническую "штучку" придумайте, больше ведь просто некому.

Мысль оказалась плодотворной, кто-то даже сказал "Эврика!". Все осознали, что вот именно ЭТО и надо было давно сделать. Решение было найдено. Коллеги приостыли и с надеждой уставились на своего инженера. В комнатушке повисли томительное ожидание и спёртый воздух.

Димыч попал в неловкую ситуацию. С одной стороны он прекрасно понимал, что этот нарыв рано или поздно должен был лопнуть, но как обойтись без скандала и мордобоя, каковые в таких случаях обычно происходят, не представлял.

Какой-нибудь выход надо было постараться найти. Прежде всего, нужно выговорить хоть немного времени, чтобы всё как следует обдумать.

Инженер неловко поерзал на стуле, помолчал и, когда коллектив уже начал проявлять признаки нетерпения, высказался

— Ну, хорошо, дайте мне хотя бы два-три дня, попробую придумать что-нибудь, только, конечно, заранее ничего обещать не могу.

В комнате прошелестел выдох облегчения, Александра Ивановна озвучила общую надежду

— Вы, Данилыч, придумаете. Обязательно! Сколько нам всякой техники перечинили, а с таким пустяком не справитесь? Да и нашу дурочку тоже надо как-то уму-разуму учить, раз папа с мамой не справляются. Одним словом, давайте, думайте! Если чем помочь сможем, только скажите!

Люди разошлись немного успокоенные, появилась какая-то надежда на скорый конец пытки.

После окончания рабочего дня, когда в офисе никого не осталось, Димыч разобрал кондиционер и тщательно изучил системы его питания и управления. Потом, собрал всё обратно, нашел в Интернете нужные схемы этого типа кондиционера и долго рассматривал их на экране монитора. В принципе, он уже понял, что нужно сделать, останавливали только этические соображения и сильное нежелание вмешиваться и "воспитывать" взрослую женщину. Но тут в голову пришли мысли о последствиях.

Например, Александра Ивановна тоже женщина, пожилая и притом гипертоник с больным сердцем. Было ещё несколько других немолодых женщин и мужчин, которым эти невыносимые условия были просто опасны для жизни. Ситуация сложилась как перед применением огнестрельного оружия, которое по закону владельцам допускается использовать только в двух случаях — крайней необходимости и необходимой обороны. По всем статьям выходило, что сейчас именно такой случай. Кто-то может просто умереть от духоты, недостатка кислорода. Да и не огнестрельное оружие ведь он собирается применить…

Нет, всё-таки дураков и хамов надо учить!

Приняв решение, Димыч, наконец, отправился домой, а три последующих дня, когда все уходили, он оставался на работе допоздна, всё что-то мастерил и переделывал кондиционер.

В пятницу, перед выходными, всё было готово.

Заинтересованные лица, заранее оповещённые о сборе, дождались ухода Лариски и толпились в лаборатории, стараясь не сопеть от любопытства и даже не дышать. Явственно ощущалось ожидание близкого начала крупной военной кампании, грядущих решительных боёв за освобождение от невыносимых условий служебной каторги и за светлое, прохладное будущее.

Димыч оглядел решительные фигуры замерших "ополченцев" и понял, что, несмотря на некоторый комизм ситуации, всем давно уже не до смеха и люди воспользуются любой морально допустимой возможностью, чтобы только остаться на работе и живыми.

Демонстрация "оружия возмездия" была короткой и впечатляющей.

Маленький самодельный пульт с двумя кнопками, перехватывающий и блокирующий работу основного, штатного пульта и главного выключателя на самом кондиционере.

Это было то, что нужно.

Димыча атаковали женщины, благодарно целуя его в щечку и слегка прижимаясь к своему "спасителю", чем его сильно смутили.

План "решающего сражения" был прост и ни у кого не вызвал вопросов.

Главная проблема для всех была одна — удержаться от хохота во время "битвы". И не проявлять никаких эмоций.

Все дружно пообещали не "сорваться".

Суббота и воскресенье пролетели незаметно и вот, настал долгожданный момент.

Вначале всё шло, как обычно. Пришла Лариска, одетая как всегда, то есть, в коротенькую миниюбочку и почти совсем прозрачную блузку, через которую можно было рассмотреть чуть ли не во всех подробностях её замечательный бюст. Как на выставке.

Небрежно бросив всем общее "здрасьте", офис-менеджер спокойно подошла к столику, взяла пульт, выключила кондиционер и, положив пульт обратно, уселась на своё рабочее место, не обращая ни на кого внимания. Углубилась в чтение очередной книжной новинки "Как влюбить в себя любого".

Прошло несколько минут…

Кондиционер вдруг самопроизвольно включился и зашумел, пропуская через себя и охлаждая кубометры горячего воздуха. Никто из сотрудников, сидящих в зале, не обратил на это никакого внимания. Все невозмутимо продолжали заниматься своим делом.

Лариска фыркнула, с ненавистью посмотрела на противный ящик, встала, и, подойдя к столику с пультом, взяла его в руки. Найдя нужную кнопочку, выключила кондиционер и вернулась на место.

Прошло десять минут.

Кондиционер почему-то опять включился.

Лицо у Лариски стало злым и некрасивым. Пульт лежал на месте, его никто не трогал. Прошипев что-то сквозь зубы, Задолбакина опять встала, и, подойдя к кондиционеру, выключила его, очень сильно утопив кнопку пульта. Окинула всех подозрительным взглядом и вернулась на место.

Прошло десять минут и…

После пятого или шестого раза Лариска сидела уже с пультом и, как только кондиционер включался, выскакивала из-за стола, подбегала к своему "мучителю" и, разозленно направляя ему в "морду" дистанционный пульт, с наслаждением нажимала на кнопку "OFF".

После двенадцатого отключения, ненавистный прибор почему-то вообще перестал реагировать на нажатие кнопки. Лариска растерянно направляла пульт на красное окошечко дистанционного приемника кондиционера и яростно нажимала кнопку, страдая от бессильной злобы.

Ничего не помогало.

В зале, между тем, была обычная рабочая обстановка, все невозмутимо занимались своими делами, будто происходящее никого не интересовало. Хотя, если бы офис-менеджер не была столь раздражена, возможно, она бы и заметила некоторую неестественность поведения и блестевшие в уголках глаз некоторых сотрудников самые настоящие слезы. Леночка почему-то засунула в рот платок и прикусила его, сдерживая непонятные судороги…

Поскольку Лариска не была законченной дурой, она решила, что сели батарейки в пульте. Тут же вынула старые батарейки и убежала в магазин за новыми.

За несколько минут отсутствия обманутого противника, в зале стоял дружный хохот. Такого веселья тут давно никто не помнил. Александра Ивановна чуть не выпала с кресла. Но обошлось…