Юрий Хабибулин – Рассказы (страница 16)

Полураздетая Настя лежала на спине почти поперёк кровати и громко храпела, иногда сбиваясь со взятой ноты и матерясь на кого-то во сне. Крашеные волосы спутались, лицо и подушка были перемазаны потекшей тушью и ярко-красной помадой. Рядом, на тумбочке, возвышалась недопитая пол-литровая бутылка водки "Кремлёвская", на полу валялись пустой пакетик из-под чипсов, пустая пачка от сигарет и гора окурков. В горенке стояли тяжёлый сивушный дух и табачная вонь.

На глаза Зои Петровны навернулись слезы, а душа рухнула куда-то вниз, наверное, к вратам в самую преисподнюю.

— Настенька, моя Настенька! Неужели это ты, моя дорогая девочка? Как же я только дожила до такого? — мысли бились в сознании и трепыхались, как раненые птицы.

Как только у человека появляются проблемы с передвижением, его мир резко сужается. До размеров доступного пространства. Сейчас пространство Зои Петровны состоит из трёх комнатушек маленького домика с кухней и туалетом. Что будет, когда это пространство сократится до размеров её постели? Она будет полностью предоставлена самой себе, не сможет добраться даже до уборной… Господи, какой стыд…

Неужели ей предстоит вот так умереть, в одиночестве, в загаженной кровати и без единой живой души рядом? И Настеньке будет неприятно даже близко подойти к завонявшей и противной "старой обезьяне"? Бедная девочка!

Как же уйти из жизни, чтобы не доставить Настюше неприятностей? Что такое сделать? Кого просить и о чём? Вокруг только чужие люди…

Дура я, дура! — думала Зоя Петровна, — надо было что-то придумать раньше, когда была здоровее, когда работала еще голова, и когда можно было определить Настеньку туда, где кто-то мог за ней приглядеть, чтобы девочка не сбилась с праведного пути. Понадеялась на себя и вот… А теперь поздно, ничего уже не изменишь…

Несчастная, непослушными руками вращая колеса и, стараясь, чтобы коляска и старые половицы не скрипели, тихонько покатилась к образам в своей комнатушке.

У икон силы оставили её…

Голова бессильно склонилась на высохшую грудь, глаза закрылись, тело перестало ощущаться. Зоя Петровна опять провалилась в какое-то странное забытьё, с одной стороны, она сидит, точнее, безвольно лежит в коляске, а с другой стороны опять парит над Землей, как горлица, поднимаясь всё выше и выше, удаляясь от оставшегося внизу немощного тела, пролетая меж белых облаков и глядя, как планета под ней снова превращается в огромный глобус.

Зоя Петровна видит этот бесконечно родной и тёплый шар, обнимает его, заполняет пространство вокруг него всем своим существом, как мать обнимает и укутывает своего ребенка, закрывая собой от невзгод и опасностей. Что отдать этому миру, что оставить после себя людям, как хоть чуточку сделать их жизнь лучше? Скоро уже уходить. Что у неё есть, кроме тепла и любви в сердце к Настеньке, к этому свету, к живущим в нем людям?

Внезапно, в мятущемся сознании наступила спокойная пронзительная ясность. Что-то вмешалось извне или это Зоя Петровна сама нашла где-то в глубине себя какой-то таинственный островок или источник непознанных возможностей и силы? Что бы там ни было, но её душа неожиданно обрела опору в какой-то тверди, которая питалась мощными энергетическими потоками от колоссального аккумулятора силы. Женской силы, той, что дарует жизнь, той, что природа дала только женщинам, а мужчин заставила оберегать женщин, имеющих добрую душу и эту силу. Силу материнства и самопожертвования. Каждому творец дал своё предназначение, и каждого поставил на своё место…

Зоя Петровна ощутила себя частью огромного живого существа, которое доверяет ей, щедро наполняет невиданной мощью. Это существо ранено или нездорово, оно надеется, что Зоя Петровна найдет способ, как распорядиться этой силой, как вылечить его и этот больной, и безумный мир вокруг. Она чувствует это существо как своего больного ребёнка, так же, как когда-то чувствовала внутри себя первенца Васеньку.

И вдруг Зоя Петровна поняла, что должна сделать — она должна как-то помочь этому доверившемуся ей существу, отдать ему всё, что у неё осталось: всю невостребованную этим миром любовь к нему и всё нерастраченное тепло. Почему-то это очень важно сейчас. А потом всё будет хорошо, и она сможет тихо уйти. То, что держит её на этой земле, отпустит…

Она отдаст всё, что сможет, и отдаст с радостью, лишь бы помочь этому неизвестному существу и этому несчастному израненному миру…

Как только это сделать?

Зое Петровне показалось, что где-то внутри неё образовался и забил маленький гейзер, как родничок с живой водой. Он все усиливался и креп, превращаясь сначала в расточительный фонтан энергии, которая рвалась наружу, как нефть через скважину из недр земли, разрастаясь всё больше и больше, становясь полноводной рекой, неудержимым Гольфстримом, свободно изливающимся в небо и охватывающим земной шар, обнимающим его ласковыми касаниями и питающим его атмосферу энергией, как материнским молоком…

Зою Петровну захватил и понес куда-то вверх горячий поток. Вот она снова, как горлица, летит над Землёй, звёзды опять дружески подмигивают ей из бесконечных далей и зовут к себе.

— Теперь мне к ним можно… — мелькнула последняя мысль в голове женщины и её, наконец, приняла к себе отдохнуть долгожданная и равнодушная Вечность…

Озондара выбросило бы из кресла, если б газовый пузырь не удержал, обняв его тело и превратившись в кокон. По ушам ударил вой сирен. На корабле разом включились все защитные системы. Высший уровень опасности! Бортовой Умос анализировал оперативную обстановку и работал на пределе возможностей, голограммы показывали расходящиеся волны мощного информационно-энергетического воздействия.

— Что это? Атака неизвестного противника? Здесь? Совершенно невозможно! — лихорадочно думал Эрг, отключив автоматику и взяв управление кораблем на себя. По громкой связи немедленно отдал распоряжение

— Боевая тревога! Команде немедленно занять свои места. Аналитической группе срочно определить характер угрозы, дислокацию объекта-источника и алгоритм реагирования.

Через 2 минуты Озондар принял доклад от старшего офицера аналитического отдела Тигруса.

— Тревога и защита по высшему уровню были включены автоматикой согласно приоритетной программе поиска Видды. На планете под нами возник мощный источник излучения. За всю историю существования Думосов не удавалось обнаружить ничего подобного, это настоящий феномен! Местная цивилизация, видимо, ещё не открыла "энергию жизни" или люди не понимают её ценности, и вся Видда пошла в Космос. Она окружает планету и растекается защитным слоем над ноосферой и выше. Это что-то невероятное! — растерянно доложил Тигрус.

Озондар был потрясён и растерян не меньше, но, постаравшись скрыть своё замешательство, отдал приказание офицеру

— Немедленно отследить источник, задействовать все наши ресурсы и собрать по нему всю возможную информацию. Мэз-накопители заполнить Виддой до отказа. Аналитическому и научному подразделениям провести анализ всех собранных данных и подготовить полный отчёт по техническому и общественному уровням развития цивилизации внизу. Составить прогноз для неё на ближайшее время — 50-100 циклов обращения планеты вокруг солнца. Выполнять!

Блакетт был доволен. Колесо судьбы повернулось в другую сторону. Отличившегося дежурного астрофизика назначили руководителем проекта по оперативному изучению аномалии.

После доклада Торпу всё закрутилось с невероятной скоростью. Несколько сверхмощных HYPER-SPACE телескопов, в том числе и на военных спутниках, были немедленно переориентированы на Альфу Центавра и начали выдавать сенсационную информацию — в направлении Земли, "прыжками", со сверхсветовой скоростью, перемещается некий объект. То, что это может быть только чужой космический корабль, причем, цивилизации далеко обогнавшей земную по техническим возможностям, ни у кого сомнений не вызывало. По самым последним данным этот корабль находится уже возле Земли…

Через два часа Джим Блакетт должен быть на срочном совещании в Белом доме, где Президент США после необходимых консультаций примет решение о подготовке к возможному контакту.

Генерал-полковник Лосев изучал папку с секретными материалами по новому военно-космическому комплексу "Громовержец", который только что прошел испытания на орбите. Результаты испытаний были впечатляющими, генерал только удовлетворенно хмыкал и постукивал пальцами по столу.

Зазвонил телефон защищённой связи. Хозяин кабинета отложил папку в сторону и поднял трубку

— Слушаю, Лосев.

— День добрый, Алексей Семеныч, это Тарпищев — зарокотал знакомый бас начальника Службы внешней разведки, — как там дела в твоём хозяйстве? Как здоровьице?

— Рад тебя слышать, Василий Антонович! Слава богу, всё в порядке и в хозяйстве, и со здоровьем. В нашем ведомстве, как ты знаешь, болеть нельзя, как и допускать непорядок — мигом заменят, хе-хе. Да ты, наверное, не по такому пустяку звонишь-то? Рассказывай, что там у тебя разведка накопала.

— По оперативным данным твои коллеги из Штатов срочно перестроили HYPER-SPACE систему слежения за дальним космосом. 12 спутников переориентированы на некий объект, находящийся в районе Альфы Центавра. Предположительно, объект со сверхсветовой скоростью сейчас движется по направлению к Земле. Возможно, он уже близко или даже на орбите. Представляешь, что это значит?