Юрий Григорьев – Юрий Григорьев – Свет и тени (страница 2)

Неужели не лень?

Сколько там до рассвета осталось?

Словно древний обряд,

Начинается день -

Остаётся усталость.

-–

Когда утомлённое солнце,

Роняя скупые лучи,

Усталую голову клонит,

И меркнет, как венчик свечи,

Когда угомонятся птицы,

И смолкнут шаги под окном,

Когда тишина притаится

Под каждым поникшим кустом,

Детишек разложат по койкам,

Бороться со сном им невмочь,

Тогда осторожно, спокойно

На землю спускается ночь.

Обнимет она и оближет

Холодные звёзды свои,

И станут как будто бы ближе,

Как будто бы ярче они.

Проверит она и оглянет

Прямые ряды фонарей,

И в тёмные окна заглянет,

И в щели закрытых дверей.

Пройдётся по комнатам тихим,

Плащом своим черным шурша,

И сны всем раздарит такие,

Какие желает душа.

В любой уголочек пролезет,

Но только займётся рассвет,

Она незаметно исчезнет;

Проснёшься – её уже нет.

-–

Не говорите о погибшем – был!

Неправда, что герои умирают.

Их яркий свет горит, не догорает.

Они средь нас, а не в плену могил.

Не надо слез и пышных погребений,

Оставьте их остывшие тела.

Они в мечтах грядущих поколений

Творят свои великие дела.

-–

Над бурной волною, над пеной морскою

Кораблик усталый плывёт.

Затерянный богом, заброшенный роком,

Он берег далёкий зовёт.

Охрип и простужен, покой ему нужен

Хотя бы на пару деньков,

Чтоб парус исправить и мачту поставить,

Усталых сменить моряков.

Но ветер крепчает, кораблик качает,

И тучи нависли вдали.

Но он ещё верит, что выплывет берег,

Кусочек желанной земли.

А тучи всё ближе, а тучи всё ниже,

А волны всё выше и злей.

О борт его бьются и злобно смеются, -

Но храбрый кораблик смелей.

Он любит ненастье, не верит в несчастье,

Он жаждет неистовых волн,

А штормы лихие – родная стихия

Для тех, кто отвагою полн.

Пусть трусы трясутся – они не спасутся,