Юрий Гаврюченков – Сокровища Массандры (страница 6)

– Я твои пальчики до умоисступления целовать готов, – признался Макс, безуспешно пробуя поймать объект вожделения.

– Какой ты быстрый, – расхохоталась не упускающая нужной цели Майя. – Эту награду надо еще заслужить.

– Что может предложить не обремененный богатством синий рыцарь состоятельной даме сердца, кроме повторения двенадцати подвигов Геракла?

– Ну-у, – кокетливо протянула Майя, – если прекрасный рыцарь пригласит бедную девушку в свой замок, то она, вероятно, не сможет ответить ему отказом.

– Заметано, – обрадовался Макс, махая такси. – Тпру, тачка, тпру!

Не прошло и получаса, как рыцарь снулого и печального образа был водворен на любимый диван-кровать, а дама сердца, оценив холостяцкую обитель, покинула ее со спокойной душой.

Ближе к вечеру Макс проснулся с больной головой, вспомнил, как сюда добирался, и с тягучим стоном обхватил трещащую бестолковку. Впервые в жизни он чувствовал себя столь уязвленным. Квартиру Макс не засвечивал никому, что на его суетной работе помогало уберечься от тюрьмы. Теперь это святое правило было нарушено.

Одно утешало – проверка коллеги на профпригодность выявила иногда встречаемые у начинающих крепкие деловые навыки. Хватка Майи соответствовала цепкости медвежьего капкана. Попав в ее сети, вырваться было непросто. С такой гораздо безопаснее дружить. И дружить крепко.

Глава четвертая,

в которой оживший старик понуждает к хлопотам и сборам в дорогу

С новой своей подругой Макс встретился в понедельник вечером.

– Как прошли выходные? – невинным тоном поинтересовалась Майя.

Выходные прошли в мучительных раздумьях. Поначалу Макс даже решил оставить затею с главным инженером, затем похмельный опасюк миновал, и голова заработала четче. В воскресенье, когда холодильник показал пустые полки, стало ясно, что десять долларов тоже хлеб. Похоже, Макс начал привыкать к постоянной работе. Он даже не задумывался срубить бабок прежним способом. Регулярная мизерная зарплата, несомненно, являлась лучшим деморализующим фактором. Верещагин понял, что с благотворительностью пора кончать. Появление в его жизни столь необычной девушки было знаком свыше.

Сейчас Максу показалось, что она видит его насквозь.

– Выходные прошли, и наступили трудовые будни, – не без сарказма ответил он.

– Тебе это место, наверное, очень нравится, – снисходительно заметила Майя.

– Наверное, – не стал спорить Макс.

Он чувствовал что-то общее с этой барышней. Нечто, лежащее в глубине характера, чего не отнять у человека никогда. Некое деструктивное начало, свойство, побуждающее идти на преступление, даже когда необходимости в нем нет.

И еще Макс чувствовал, что расстаться с новой подругой будет не так-то просто.

Он не заметил, как открылась дверь и в комнату проник Владик. Тот обнаружился как-то внезапно. Секунду назад его еще не было, и вот он, стоит рядом и с подозрением смотрит на них.

– Чем вы тут занимаетесь? Как папа, нормально? – Язык у него опережал мысль. Владик быстро присел, опасливо косясь на Макса, взял волосатое запястье отца и сделал вид, будто меряет пульс.

– С папой все в порядке, – голосом, подобным крепко выдержанному в холодильнике меду, проинформировала Майя заботливого сыночка.

Благоразумный Макс счел нужным воздержаться от комментариев.

– Ну и хорошо, – с видимым облегчением произнес Владик, отпуская руку. Он встал и беззвучно удалился.

– Пора и мне, – вздохнул Макс. – Завтра встретимся.

– И счастливо тебе отдежурить, милая, – закончила за него Майя.

– С каких это пор ты стала «милая»? – удивился Макс.

– А ты забыл, что вчера мне наговорил? – Майя вскинула брови. – Девичья же у тебя память!

Макс считал, что помнит все разговоры. Возможно, он что-то упустил… Да она же его дурит!

– Вот еще. – Макс улыбнулся. – Я за базар отвечаю.

– Тогда что ты готов делать до умоисступления? – весьма двусмысленно пошевелила Майя в воздухе пальчиками.

Макс потерялся. Впрочем, каждый судит о других по себе.

– Ты мне зубы не заговаривай, – усмехнулся он. – До исступления не дошло.

– А как же предложение синего рыцаря своей даме сердца? – коварно спросила Майя.

– Не было никакого предложения! – заявил Макс в полной уверенности, что ему пудрят мозги. – Меня не наколешь.

Они пронзительно глядели друг другу в глаза. Атмосфера между ними накалялась так стремительно, что вот-вот должна была проскользнуть ярко-белая искра электрического разряда. Вероятно, витавшие в воздухе флюиды сгустились настолько, что не оставили равнодушным даже коматозного старика.

Бывший главный инженер Соединения полковник Гриднев задвигался на своем ложе и открыл затуманенные бесконечным сном глаза.

Компаньоны встрепенулись и разом посмотрели на него.

– Жанна, – еле слышно произнес старик. – Жанна.

«Надо включить запись», – подумал Макс, но не сдвинулся с места.

– Да, папочка. – Майя опустилась на колени подле кровати.

– Жанна, – повторил старик, – не уходи.

– Я не ухожу, – сказала Майя. – Папочка, поговори со мной.

– Здесь так душно. Открой окно в сад.

– Сейчас открою.

Максу вдруг показалось, что он действительно находится в военном городке и случайно наблюдает разговор Жанны с отцом.

– Папа, – совершенно искренним тоном попросила Майя, – скажи, где твоя карта?

Восковая кожа на лбу бывшего главного инженера заметно напряглась.

– Она… в одежном шкафу, за зеркалом… я прячу от мамы, но тебе… Жанна… – прошептал он. – Открой окно… Ду-хо-та… – Старик что-то забормотал неразборчиво и через минуту затих.

Некоторое время компаньоны молча стояли, боясь шелохнуться и сорвать загадочное наваждение, пробудившее старика. Наконец они поняли, что момент истины прошел. Майя поднялась. Сцена с «отцом» вдруг показалась ей очень неприятной.

– Да ты артистка, милая. – Макс хитро сощурил глаза. – Какая ты артистка!

– Опять милая? – только и спросила Майя, стараясь не забыть услышанное от старика.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – утвердительным тоном проговорил Макс.

Они разом шагнули к двери.

– Тебе разве надоело жить на десять долларов в день? – ехидно спросила Майя.

– Мне все здесь надоело, – кинул Макс уже в коридоре.

Темп движения шальной парочки стремительно нарастал. Владик, беззвучно возникший на пути, вынужден был метнуться в кухню, чтобы не сбили с ног.

– Вы куда? – крикнул он вслед.

Компаньоны, сопя, торопливо обувались.

– Значит, все дни, проведенные в этой вонище, побоку?

– К черту!

Макс выпрямился и крутанул бронзовую рукоять массивного замка. Распахнул входную дверь и вместе с Майей выскочил на лестницу.

– Стойте! – запоздало крикнул Владик, но его не слушали.

Инстинктивно держась за руки, чтобы не потеряться, связанные общей тайной друзья летели по ступенькам.

– И значит…

– Мы едем в Крым!