Юрий Гаврюченков – Ландскнехт (страница 33)

Зная методы работы уголовного розыска, Мельник без опаски вернулся в свое жилище, собрал шмотки и дернул на Московское шоссе. Два снулых оперуполномоченных бродили по квартирам, проводя опрос населения, и более никакой работы по этому делу не велось. Подумаешь, пару "черных" замочили?! Опера, работавшие "на зем-ле", видали в своей практике и не такое.

Поэтому Мельник беспрепятственно выбрался за черту города и сел на автобус, смененный затем на попутку. Потом у него поднялась температура, и он остановился в кемпинге. Организм, как мог, сопротивлялся попавшей в рану инфекции и в конечном итоге победил. К утру на поврежденном участке появилась соединительная ткань и закончилось выделение гноя. Регенерация могла быть ускорена, доведись Мельнику попасть в клинику ФСБ, но туда дорога ему была заказана. Двигательные функции полному восстановлению не подлежали, поскольку нити "МАС-70" сами по себе не срастались, а соединить их могли только опытные специалисты с соответствующим обору-дованием. Так что с некоторыми неудобствами в дальней-шей жизни пришлось смириться. Мельник провел в кем-пинге еще сутки и на попутном "КамАЗе" добрался до столицы. Затеряться в большом городе не было пробле-мой. Мельник снял за пятьсот долларов меблированную квартиру, владелец которой зарабатывал деньги, не зада-вая глупых вопросов, и отлежался до полного выздоров-ления. Воссоединяться с женой он предпочитал в хорошей спортивной форме.

Он сошел в Джанкое – узловой перевалочной станции полуострова Крым.

Пятый этаж ИВС на задворках Литейного проспекта был погружен в свою затхлую тюремную тишину. Миша сидел в любимой камере у выхода и делал массаж шиацу. Он был почти здоров, во всяком случае так считал сле-дователь, вернувший его из больницы С. Ф. Гааза обратно в изолятор. Мишу взял ОМОН, вызванный жильцами, воз-мущенными шумом после двадцати трех часов. Все очень удивились, когда нашли у него экспериментальный писто-лет. Из-за оружия в основном и поднялся хай. "Гюрза" была похищена у руководителя секретной научной про-граммы, и главной задачей вставших на уши сыскарей было найти загадочного вора. На следователя давил про-курор, на которого тоже давили, а следак жал на маль-чишку, но добиться чего-либо стоящего от него было невозможно.

Происхождение пистолета и свое участие в перестрелке Миша объяснял тем, что нашел оружие на помойке и ре-шил свести счеты с "черными", не заплатившими за уборку мусора на рынке. Связь с Семагиным отрицал, пояснив, что убежал от него сразу, как только оказался за стенами ИВС. У следователя на этот счет было свое мнение, но маленький киллер пошел в отказ, а доказать без прямых улик сыскарь ничего не мог. Выбить показания тоже не получалось. Посаженный на ночь в пресс-хату, Миша встретил утро с неизменным спокойствием и в полном здра-вии, а пара ссучившихся боксеров надолго отошла от своих грязных дел. Поэтому мальчик до сих пор оставался за-гадкой.

Миша как следует размял раненую ногу. Дело шло на поправку. Временами, особенно после сна на жестком угловатом лежаке, нога немела – видимо, было нарушено кровообращение, но усиленный массаж давал положитель-ные результаты. Миша ждал, когда его заберут. Он вы-полнил свою часть негласного договора о полном молча-нии и вполне обоснованно полагал, что Семагин выполнит свою, приложив все усилия для его скорейшего освобождения. Миша старательно приводил себя в форму. Такой совершенный инструмент, как он, всегда должен быть готов к работе.

Однако Семагин не торопился. Миша продолжал на-ивно считать, что его услуги необходимы той части Сис-темы, которую представляет полковник, но в последние дни его уверенность сильно поколебалась. Семагин мог его вытащить, но почему-то медлил.

За дверью послышались шаги, лязгнул замок. Миша прекратил шиацу и поднял голову. Дверь открылась.

– Пошли, – хмыкнул цирик. Почему-то ему было весело.

"Опять развлекать", – подумал Миша.

Став местной знаменитостью, он был частенько извле-каем к корпусному, чтобы повеселить ментов поразитель-ными, как им казалось, фокусами с метанием гвоздей в стул или работе с веревкой. За это его кормили фрук-тами и шоколадом, а вкусности Миша любил чисто по детски.

– С вещами, – добавил сержант.

– Куда это? – спросил Миша.

– К следователю. Тебя вроде нагнать собираются. Следователь городской прокуратуры Смирнов хмуро прислушивался к шагам на галере. С похмелья ему меньше всего хотелось покидать свой прокуренный кабинет и тащиться в изолятор, однако по-мощника прокурора города это не волновало.

– Садись, – буркнул он, когда ввели Мишу.

– Благодарю, я лучше присяду, – в тюремной больни-це Миша набрался арестантских приколов и предложения "сесть" ни в коем случае не принимал.

"Остряк сопливый", – подумал Смирнов и повернул-ся к корпусному:

– Давай распишусь.

Оформив передачу заключенного, он с неприязнью посмотрел на мальчика. Вся его кропотливая работа све-лась к нулю, а сраному киллеру опять удалось выйти сухим из воды.

– Прощайте, – сказал Миша корпусному.

– Прощай, – капитан задумчиво кивнул. Интуиция подсказывала ему, что мальчика он больше не увидит.

Миша и сопровождающий его следак прошли по под-земному переходу, соединяющему ИВС и корпус ГУВД, и поднялись на второй этаж, где знакомый опер предо-ставил Смирнову на время свой кабинет.

– Я вас оставлю, – буркнул юрист, введя мальчика в комнату.

– Идите, – разрешил человек, расположившийся за столом опера. Он внимательно изучал мальчика сквозь толстые стекла очков.

Возглавив руководство научной программой "Ландс-кнехт", Николай Петрович Мальцев стал проводить свою политику, позволяющую избежать допущенных Семагиным ошибок. На мальчика он вышел благодаря отыскавшемуся каким-то чудом оружию, бесследно исчезнувшему из его сейфа. Об этом инциденте Мальцев не стал докла-дывать наверх и приложил все усилия, чтобы пистолет незаметно вернулся на свое место. Заодно он выяснил, каким образом опытный экземпляр мог попасть к мальчи-ку, и был немало удручен, узнав о его связи с Семагиным. Как он и предполагал, кража оружия была делом рук старого недруга. Выяснив по своим каналам, которыми он обзавелся за полтора десятка лет работы главным техно-логом в секретной государственной программе, любопыт-ную предысторию ребенка, Николай Петрович понял, что судьба благосклонно отнеслась к нему. Он постарался прекратить уголовное дело в отношении Миши, в результате чего следователь городской прокуратуры под-чистил несколько протоколов и заменил акты трасологической и баллистической экспертиз, увязав дырку в голове неопознанного джигита с россыпью гильз Макарова, благо "Гюрза" и ПП-90 имели одинаковый калибр, а участие мальчика в перестрелке объяснил досадной для него слу-чайностью – озверевший преступник не пощадил прохо-дившего мимо ребенка.

Николай Петрович имел свои виды на Мишу. Ему были не нужны рефлексирующие милиционеры, обреме-ненные семьей и денежными заботами.

– Ну что, молодой человек, – первым делом спросил он, внимательно разглядывая мальчика, – кем вы хотите стать?

– Терминатором, – ответил Миша.

Поправившись в такси банкой пива, Мельник выса-дился у дома, предвкушая встречу с Альбиной. Он на секунду задержался у джипа, помаргивающего красным огоньком сигнализации, ласково похлопал по капоту и поднялся по лестнице, нашаривая в сумке ключи. Он тихо открыл дверь, приготовив для любимой сюрприз.

– Не жда…

Парочка на кровати испуганно вскрикнула. Его появ-ление и в самом деле оказалось сюрпризом.

– Ку-ку, – сказал Мельник, загораживая спиной выход.

Сумка соскользнула с плеча и тяжело упала на пол.

– Ой, Саш… – Альбина растерянно приоткрыла рот, что придавало ей неповторимый очаровательно-глупова-тый вид.

– Спокойно, мужик, спокойно. -Мелкий бритый бандит проворно выскочил из-под одеяла и схватил джин-сы. Вид этого мозгляка подействовал на Мельника удру-чающе. Альбину можно было понять, выбери она партнера посолиднев, но ей, похоже, было все равно с кем.

– Мужик, все ништяк, – бормотал бандит, желаю-щий одного – убраться подальше. Однако мнения в этом вопросе не совпадали.

– Я тебе не мужик, – выцедил Мельник и коротко сунул левой в торец.

– Ой, – радостно сказала Альбина. Ей всегда нра-вилось, когда мужчины дерутся.

Длительные занятия в секции бокса и полупрофесси-ональном клубе кикбоксинга порядком отсушили бандиту мозги. Он признавал вину и не хотел махаться, будучи в разной весовой категории со спарринг-партнером, но удар выключил остатки соображения. Он контратаковал лоу-киком в голень и принял боксерскую стойку. Биться так биться!

Боль пронзила поврежденную ногу. Мельник рассви-репел. Он прыгнул, разрывая дистанцию, схватил против-ника за морду и шваркнул о стену, как гандбольный мяч.

– Ой, – пискнула Альбина, решив, что сей изувер-ский прием будет применен к ней.

Ярость в глазах Мельника быстро погасла и превра-тилась в хмурое раздражение.

– Шлюху не переделаешь, – задумчиво произнес он.

Альбина замерла, наблюдая, как Мельник достает из тайника кейс, перекладывает половину денег в сумку, а оставшееся толкает ногой к дивану.

– Тебе на жизнь, – сказал он. – Поровну.

– Ты куда, Саша? – спросила Альбина.

– Выживать надо в одиночку, – произнес Мельник, и бывшие супруги расстались навсегда.