Юрий Ерошкин – подозреваемый (страница 4)

– У тебя сомнения на этот счёт?

– Даже если и так, то ничего доказать тем более сейчас уже невозможно. Но этот так сказать только первый штрих к портрету нашего подозреваемого. Слушай дальше. Смерть сына здорово ударила по психике Аллы Кожемякиной и тёщи Заглады, пожилой уже женщины. Пока Алла лежала в неврологическом отделении больницы, заботы о тёще, крепко сдавшей после смерти единственного внука, легли на плечи Андрея, его об этом слёзно просила Алла. И как раз когда Алла, спустя два месяца после нахождения на лечении, должна была выписываться, умирает эта самая бабушка! По заключению врачей, старушка переусердствовала с сердечными препаратами, приняла их в большей, чем следовало дозе. Да ещё вкупе со снотворным. И накануне того рокового для неё дня к ней заезжал зять…

– И какой прок от этих смертей нашему бывшему учителю из Вербилок? – спросил Теплушин, уже, впрочем, догадываясь, что может услышать в ответ.

– Тут все, на мой взгляд, проясняет третий акт этой жуткой пьесы, убийство Аллы Кожемякиной. Теперь после определённого законом срока вступления в наследство, Заглада сделается не только хозяином квартиры покойной жены, но и квартиры тёщи, которая после её смерти стала собственностью Аллы. Замечу, что квартира бывшей тёщи Заглады находится в центре Москвы, на Чистых прудах. А сколько там стоит недвижимость напоминать тебе не нужно, надеюсь.

– Всё это, конечно, впечатляет. Но хотя мотив – лучше не бывает, все улики против Заглады – косвенные. И даже уликами их по большому счёту я бы не назвал. Одни предположения. Хотя признаюсь, версия весьма соблазнительная. Нужны факты, а где их взять? Этот Заглада, если, разумеется, он причастен ко всем трём смертям, готовился к ним серьёзно, наперёд всё просчитал и взвесил. Знал, на что шёл и что ему светит в случае неудачи.

– Пожизненное.

– Вот в том-то и дело. Три убийства не шутка, тем боле замаскированные под несчастные случаи. Да, версия соблазнительная, но только ты, Влад, на ней не зацикливайся, другие тоже отрабатывай параллельно… Ну, ещё по кофейку, шоколадку-то мы с тобой так ещё и не одолели.

7

Идея была соблазнительной и требовала воплощения в жизнь. Но как её осуществить – Теплушин голову сломал, но так ничего и не придумал. Варианты возникали самые разные, от законных до не слишком. Точнее, совсем незаконных.

Необходимо было попасть в квартиру Заглады и желательно в его отсутствие, чтобы осмотреть её метр за метром: если Заглада повинен в смерти своей жены, то наверняка найдётся что-то, что укажет на это. Нужно только отыскать какую-нибудь пусть маленькую зацепку, оттолкнувшись от которой можно будет изобличить его в совершении преступления. Порыться, например, в его ящике с инструментами, какой есть в доме у каждого мужика. Напильник, пила, отвертка, плоскогубцы и, конечно же, молоток или гвоздодёр. Именно молотком или гвоздодёром предположительно была убита Кожемякина. Рядом с ней орудие убийства найдено не было, значит, убийца его унёс. По идее, он должен был его выбросить куда-нибудь, где его никто никогда бы не нашёл. Но если бы все преступники были такими предусмотрительными, невозможно было бы раскрыть ни одно преступление.

Может быть, этот Заглада принёс молоток домой, помыл его и положил на место, рассчитывая на то, что следователь – лох, что он никогда не догадается что это именно тот самый молоток.

Влад Заступин изучил возможность негласного проникновения в квартиру Заглады и понял, что шансов для этого нет. Или почти нет. Проход в коридор, где располагались квартиры, был преграждён массивной железной дверью. Правда, замок на этой двери был так себе, любой мало-мальски опытный домушник вскроет его за пару минут. Влад, кстати, тоже не был профаном в этих делах. Но там, за дверью в приквартирном холле находилось целых восемь квартир, по четыре справа и слева от входа. И где гарантия, что, когда тот же Влад будет корпеть над замком квартиры Заглады, а он, Теплушин, «стоять на стрёме» какая-нибудь бдительная старушка не узрит в «глазок» взломщиков и не сообщит в полицию?

Шум-то какой поднимется! Хорошо ещё, если ограничатся тем, что дело передадут другому следователю, это полбеды. Даже и вовсе не беда, а праздник: работы и без того выше крыши хватало.

Но ведь врежут за такое самоуправство по первое число, лишат премии, да и вообще могут поставить вопрос о не полном соответствии. И плевать на то, что так поступают многие, если не все опера и следователи, как известно, не пойман – не вор. Но их-то с Владом будут бить именно за то, что поймали!

Однако самое скверное, что может произойти – Заглада насторожится. И тогда уже молоток, предположительно хранившийся в ящике для инструментов в его доме, будет действительно выброшен. И – очередной «висяк». Второй уже для Теплушина за последние полгода.

Если же ещё Загладу кто-то надоумит подать на них в суд за попытку несанкционированного проникновения в жилое помещение, да адвоката ушлого посоветуют, тогда уже не полное соответствие обернётся для него несоответствием полным. А Влада Заступина отправят охранять метрополитен в лучшем случае.

Остаётся одно, покорно просить позволение Андрея Заглады осмотреть вещи его покойной жены, ноутбук, какие-то записи её. А за этим осмотром придумать что-нибудь такое, что позволит расширить этот осмотр.

Вспомнил, что нужно будет полистать и те бумаги, что изъяли при осмотре кабинета доктора Аллы Кожемякиной в поликлинике. Кстати, там ещё был, кажется, какой-то ежедневник. Вряд ли это поможет выйти на след убийцы, но для полноты следствия необходимо и это сделать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.