Юрий Драздов – Король Гильдии Канцеляристов 3 (страница 9)

ПРИСУТСТВОВАЛИ:

- ПРЕДСЕДАТЕЛЬ КОМИССИИ (УЧАСТНИК 1)

- НАЧАЛЬНИК ОТДЕЛА БЕЗОПАСНОСТИ (УЧАСТНИК 2)

- ГЛАВНЫЙ ИНЖЕНЕР ПРОЕКТА, КИР (АРХИТЕКТОР)

- СЕКРЕТАРЬ (ВЕДЕТ ЗАПИСЬ)

УЧАСТНИК 1: Товарищи, начнем. Цель нашего сегодняшнего совещания — утвердить окончательную редакцию Технического Задания на разработку АСУКР. Кир, вы как главный инженер, доложите о текущем состоянии проекта.

КИР: Спасибо. На данный момент ядро Системы готово на 80%. Реализованы модули учета кадров, материальных ценностей, расчета KPI, начисления маны и базовые протоколы взаимодействия объектов. Система стабильна, логична, предсказуема. Я постарался сделать ее максимально эффективной, но при этом... человечной. Учел потребность сотрудников в отдыхе, неформальном общении, эмоциональной поддержке. Добавил несколько... пасхальных яиц, для поддержания морального духа.

УЧАСТНИК 2: (перебивает) Человечной? Эмоциональной поддержке? Моральном духе? Кир, вы, кажется, не понимаете задач, стоящих перед нашим ведомством. Нам не нужны счастливые сотрудники. Нам нужны *эффективные* сотрудники. Которые работают, а не болтают у кулера. Которые боятся совершить ошибку, потому что знают — наказание будет неотвратимым. Страх, Кир, страх — вот лучший менеджер. И лучший мотиватор.

УЧАСТНИК 1: Поддерживаю. Внедрите в Систему стимулы, основанные на страхе. Чтобы каждая опечатка в отчете, каждая минута опоздания, каждая потерянная скрепка ощущались сотрудником как... ну, вы понимаете. Как серьезная проблема. Чтобы наказание было не просто административным, а... физическим. Или психологическим. Или и тем, и другим. Утилизация за повторные нарушения — это хорошая идея. Одобряю.

КИР: Но позвольте! Это же... люди. Они не роботы. Они устают, они ошибаются, они нуждаются в отдыхе и поддержке. Если мы создадим систему, основанную только на страхе и наказании, они выгорят через месяц. Эффективность упадет до нуля. Это контрпродуктивно!

УЧАСТНИК 2: А это уже не ваша забота, Кир. Ваша забота — написать код. Так, как написано в ТЗ. А в ТЗ, которое мы сейчас утверждаем, будет написано: «Приоритет Системы — наказание за неэффективность. Утилизация является предпочтительным методом решения кадровых вопросов. Внедрить механизмы, стимулирующие страх и конкуренцию между сотрудниками». Все. Точка. Ваше дело — реализовать.

УЧАСТНИК 1: Да, и еще, Кир. Внедрите этот... соревновательный дух. Чтобы они грызлись за каждую скрепку, за каждый процент KPI. Чтобы гильдии воевали друг с другом за ресурсы. Это повысит общую эффективность Системы. Естественный отбор, так сказать. Выживает сильнейший. Или самый хитрый. Или самый беспринципный. В любом случае, Система в выигрыше.

КИР: (после долгой паузы, глухим голосом) Я понял. Будет сделано.

УЧАСТНИК 1: Вот и отлично. Все свободны. Секретарь, подготовьте протокол и окончательную редакцию ТЗ. Кир, ждем от вас готовый продукт к концу квартала. Бюджет урезан на 15%, так что без изысков. Главное — функционал. Наказание. Учет. Контроль. И никаких сантиментов. До свидания.

```

Алексей дочитал до конца. Его руки, державшие голографическую панель, дрожали. Вот он, корень зла. Не ошибка в коде, не баг, не злой умысел Кира. Обычное совещание, на котором несколько упивающихся властью бюрократов, даже не понимающих толком, что они творят, решили судьбу тысяч душ, спустив бесчеловечное, садистское Техническое Задание уставшему программисту, у которого не было выбора. Который, возможно, боялся потерять работу, проект, свою команду. Который был таким же заложником Системы, как и все остальные.

Он прокрутил файл до самого конца. Там, после стенограммы, отделенная пустой строкой и, видимо, добавленная много позже, была приписка. Другим шрифтом, более мелким, сделанная от руки — или, скорее, впечатанная в код на каком-то глубинном уровне.

```

// Я реализовал это, чтобы они отстали. Они угрожали закрыть проект и уволить весь мой отдел.

// У меня не было выбора. Или я делаю так, как они хотят, или проект закрывают, а нас всех вышвыривают на улицу.

// Я выбрал первое. И теперь расплачиваюсь за это каждый день.

// Но я не стал удалять все человеческое до конца. Я оставил лазейки.

// Ошибка 418 "Я — чайник". Протокол Уединения в лифтах. Возможность оформлять отношения через Акт приема-передачи чувств.

// Браслеты-скрепки. Столовая № 25. И многое другое, что вы, возможно, еще не нашли.

// Это все, что я мог сделать, не нарушив ТЗ и не вызвав подозрений у Заказчиков.

// Я зашил возможность для любви и дружбы в фундамент этого ада, и они даже не заметили.

// Иногда мне кажется, что эти лазейки — единственное, что удерживает Систему от полного коллапса.

// Что люди, которые находят друг друга, которые оформляют свои отношения, которые создают семьи и гильдии,

// они... стабилизируют реальность. Своими эмоциями. Своей верой. Своей... любовью.

// Я не знаю, работает ли это на самом деле, или я просто хочу в это верить.

// Но я продолжаю поддерживать эти лазейки. Чиню их, когда они ломаются. Добавляю новые, когда могу.

// Это мое наказание. И мое искупление.

// Простите меня.

// Кир.

```

Алексей перечитал эти строки трижды. И внезапно все встало на свои места. Жестокость Системы была не багом, а фичей, навязанной извне бездушными и некомпетентными Заказчиками. А странные, неуместные проявления человечности — ошибка 418, Протокол Уединения, браслеты-скрепки, Столовая № 25, возможность оформлять отношения — были не багами, а саботажем. Тихим, незаметным, отчаянным бунтом Архитектора против своих же творений. Кир не был злодеем. Он был заложником, который делал все, что мог, чтобы смягчить участь своих пленников.

Алексей закрыл файл. Он больше не чувствовал гнева. Только печаль. И решимость. Он не мог удалить этот файл — он был вшит в ядро Системы, и его удаление могло обрушить всю корпоративную культуру, что привело бы к непредсказуемым последствиям. Но он больше не был простым менеджером. Он был ВРИО Администратора. И у него были инструменты.

Он открыл файл MISSION_STATEMENT_1974 в своем «Эксельбуре». Но не как код, а как текстовый документ. Он нажал на знакомую иконку в интерфейсе Excel — «Рецензирование» — и включил режим правки. Тот самый режим, в котором менеджеры всего мира оставляют уничтожающие комментарии к работе своих подчиненных.

Он не стал стирать жестокие требования Заказчиков. Это было бы слишком просто. И, возможно, опасно. Вместо этого он начал вписывать свои комментарии. Синими чернилами, цвет «Убедительный синий», которым писала только одна ручка в мире — та, что лежала в его нагрудном кармане.

Он выделил абзац: «Внедрить стимулы, основанные на страхе. Сделать наказание неотвратимым.» И на полях, аккуратным, менеджерским почерком, написал:

```

Комментарий Ветрова А.И. (ВРИО Администратора, уровень доступа 29):

Пункт считать устаревшим и неэффективным. Проведенный аудит (см. инцидент "Битва в Интерфейсе", гл. 20, и текущий анализ Архива № 0) показал, что использование страха как основного мотиватора ведет к снижению долгосрочной лояльности, повышению текучести "кадров" (в виде массовых утилизаций), росту количества ошибок (из-за стресса) и общей дестабилизации Системы (см. баг № 404). Рекомендовано: заменить на систему позитивного подкрепления, основанную на доказанном баффе "Человеческие Отношения" (+50% к синергии при совместной деятельности, +147% к общей эффективности у связанных Актом № 0001 пар). Страх использовать только в крайних случаях и в минимальных дозах, как краткосрочный стимул (например, дедлайны).

```

Он выделил другой абзац: «Утилизация является предпочтительным методом решения кадровых вопросов.»

```

Комментарий Ветрова А.И.:

Категорически не согласовано. В соответствии с новым "Регламентом обработки входящих запросов на респавн сущностей. Версия 2.0" (утвержден Печатью Топ-Менеджмента, внесен в Системный Реестр), приоритетом является сохранение кадрового резерва и восстановление сотрудников при наличии правильно оформленного приказа. Утилизация допустима только в исключительных случаях, описанных в пункте 404-Б, и только после ТРЕХ письменных предупреждений с занесением в личное дело, проведения служебного расследования и согласования с Отделом Кадров.

```

Он выделил третий абзац: «Внедрить соревновательный дух, чтобы сотрудники грызлись за ресурсы.»

```

Комментарий Ветрова А.И.:

Заменить на "дух сотрудничества". Проведенный анализ (см. историю Гильдии Канцеляритов) показывает, что кооперация и взаимопомощь между сотрудниками с разными, но дополняющими друг друга навыками дает значительно больший прирост эффективности (+203% в критических ситуациях), чем конкуренция. Соревновательный элемент сохранить в виде нематериальных поощрений (достижения, звания, право на дополнительный борщ в Столовой № 25).

```

Он дошел до конца. До последней приписки Кира. Он выделил слова «Простите меня» и оставил последний комментарий:

```

Комментарий Ветрова А.И.:

Принято. Прощено. Вы сделали все, что могли, в тех условиях, которые у вас были. Ваши "лазейки" спасли множество жизней. Включая мою. И жизнь Елены. И всей нашей гильдии. Работаем дальше. P.S. Поливайте фикусы. Они помогают. Проверено.

```

Он сохранил файл. Не как MISSION_STATEMENT_1974, а как MISSION_STATEMENT_1974_v2_reviewed.docx. «Эксельбур» тихо загудел, обрабатывая запрос. И в тот же миг Алексей почувствовал, как что-то в окружающем его Архиве изменилось. Давление, которое он ощущал с самого первого шага, — то самое невидимое, но неумолимое давление корпоративной культуры, давящее на плечи, на грудь, на сознание, — немного ослабло. Словно тиски, сжимавшие его со всех сторон, разжались на миллиметр. Словно сама реальность, само мироздание, прочитав его комментарии, сделало первый, робкий, неуверенный, но все же вдох. Вдох облегчения.