Юрий Домбровский – Том 5. Факультет; Приложение (страница 118)
На иной точке зрения стоит ученый испанский еврей М. Салвадор.
Он считает процесс строго законным. Ему возражают знаменитый французский адвокат Дюпен-старший и американец Гренлад: «Такой суд не имел ни формы, ни добросовестности законного производства».
Пилат
Понтий Пилат был пятым наместником Иудеи и сменил Валерия Грата. Однако каковы были официальные функции Пилата, не совсем ясно. Тертулиан зовет его прокуратором Сирии (прокуратор — личный агент императора, который наряду с финансовыми осуществляет также и военно-административные функции). Тацит его именует тоже прокуратором. Иосиф Флавий попеременно то прокуратором (игемон), то префектом. В 1961 году во время итальянских раскопок в Кесарии иудейской (Эль Кайзарии) был открыт «Тибериум» — небольшая площадка, посвященная Тиберию-императору, окруженная портиком и находящаяся перед зданием театра Герода. Там в посвятительной надписи Пилат называет себя просто префектом. Однако нет никаких оснований считать, что в тот или иной период своей жизни он не носил и титул прокуратора.
Пилаты — древний самнитский род (эта фамилия происходит от слова pilus — дротик, копье), известен Л. Понтий Аквила — друг Цицерона и убийца Цезаря. Евсевий относит прибытие Пилата в 12 г. царствования Тиберия (26 по Р. X.). Он ставленник Сеяна. «Взяточничество, насилие, грабеж, частые казни без суда, бесконечные и ужасные жестокости», — характеризует его правление Филон. (Это из письма Агриппы I, которое Филон цитирует.) В начале правления он приказал своим солдатам ночью перенести из Кесарии в Иерусалим поясное изображение императора (военные значки). После этого делегация иудеев отправилась в Кесарию и там 6 дней осаждала Пилата просьбами убрать значки. На седьмой Понтий приказал окружить мятежников, однако они не разошлись даже после угрозы смертью. При натиске делегаты легли на землю и обнажили шеи. Значки были возвращены в Кесарию.
Второе столкновение с Пилатом произошло из-за водопровода. Он хотел провести воду в Иерусалим за сто верст от Иордана и воспользовался для этого казной храма. Произошло возмущение. Воины били восставших дубинами. Убито было 3000 человек, прочие рассеялись (Иудейские войны, 2, 9).
Третье столкновение произошло из-за того, что Пилат поставил во дворце Ирода золотые щиты с изображением Тиберия.
Конец Пилата неясен. По Евсевию (Historia, II, 7), он был сослан в Галлию, где неудача его привела к самоубийству. По «хроникам» Малалы, он был казнен при Нероне. Позднейшая легенда говорит, что своим самоубийством он предупредил смертную казнь, грозящую ему при Калигуле. Тело его, будто бы брошенное в Тибр, было причиной страшного наводнения... Его именем названа одна из гор в Швейцарских (Люцернских) Альпах, где он будто бы утонул в глубоком озере. Там будто бы появляется он в великую пятницу и моет себе руки. Тертулиан называет Пилата «христианином по внутреннему убеждению». Копты считают его мучеником. Его имя занесено в абиссинский календарь, а жена его Прокула поминается греческой церковью в числе святых (27 октября) как тайная христианка.
Вот как произвольно, но картинно (явно преувеличивая его значимость) пишет о нем Д. Мережковский:
«Лицо Пилата... четырехугольное, тяжелое, каменное, гладко бритое, с мягкими, точно бабьими, морщинами, с отвислым патрицианским кадыком, с цезаревой — как будто для лавров назначенной — лысиной; то с брюзгливой, то с тонкой скептической усмешкой — что есть истина? — с миродержавной самоубийственной скукой.
Почти милосерд, почти жесток, почти подл, почти мудр, почти безумен, почти невинен, почти преступен. Все почти, ничего совсем: вечное проклятие средних людей...»
Был седьмой час, когда Христа доставили к Пилату. Город пробудился. «Они не вошли в преторию, чтобы не оскверниться». Известие Пилату было послано через слуг. Только публичная часть процесса шла вне претории. Допрос происходил внутри. Пилат вышел к толпе и спросил: «В чем вы обвиняете человека сего?» В Палестине судопроизводство шло по-гречески. По-гречески и происходил разговор Христа с Пилатом — было выдвинуто три обвинения: 1 — развращение народа; 2 — «запрещает давать подать Кесарю», 3 — Иисус называет себя царем.
Пункт 2 подходил под понятие — Majestatis или Crimen alsae aut minutae Majestatis — оскорбление величества (государственная измена) — кара за это преступление была лишение огня и воды и повешение на «несчастном дереве» (Arbor infelix).
После заслушивания этих пунктов Пилат вызвал Иисуса. Допросы обыкновенно вели квесторы, но у Пилата их не было, и допрос вел он сам. Допрос начинается с разговора с подсудимым (Иоанн, 18, 33–38; Матф. 27, 11; Марк, 152; Лука, 23, 2). После него Пилат объявил: «Я не вижу вины на этом человеке». Обвинители бурно протестуют, слышится обвинение в «возмущении народа». Кто-то кричит, что Христос галилеянин. Пилат посылает Христа к правителю Галилеи, то есть он был послан от a foro apprehensionis (с места суда по месту ареста) к суду (ad forum оriginis) по месту происхождения. Умный, честолюбивый, жестокий и хитрый, похотливый, хотя и малодеятельный Ирод Антипа был тетрархом Галилеи и Пиреи — это он убил Крестителя. Он оставил свою столицу Сенфорис и в честь Тиберия построил Тибериаду (западнее Генисаретского озера). В Иерусалим он прибыл на праздник и жил в доме отца. «Ирод, увидев Христа, обрадовался, но Христос молчал. Насмеявшись над ним, Ирод одел его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату. Одежда была белая, в ней явились (Candidati) кандидаты, домогавшиеся высоких должностей, — это была тонкая и ядовитая ирония (lampas)».
И вот Христос опять в суде, в месте, которое называется Лифостротон (греч. — каменный помост) и Гаввафа (евр. — высокий помост). Пилат выходит к толпе, стоящей внизу. Он говорит о том, что арестованный невиновен, и ссылается на Ирода, но идет на уступки: во-первых, приказывает «наказать его бичами», во-вторых, «есть же у вас обычай, чтобы я один отпускал вам на пасху, хотите ли, отпущу вам царя Иудейского?» (такой обычай не находит подтверждения в иудейских источниках, но был у римлян и греков — у римлян в дни lestisternia — в день рождения императора и в другие царские дни; у греков на праздники фесмосфорий (день Цереры как законодательницы)). Пилат знал, что Христа поедали из зависти, но народ стал требовать Варавву (сына раввина). Апокриф в этом месте (Никодим) говорит о предостережении, посланном Пилату его женой — Клавдией Прокулой. Эфиопская церковь называет ее Аброкла. С похвалой о ней упоминают Иларий и Августин. Вот тут-то Пилат и «умыл руки»[16], потом «взял Христа, приказал бить его». Это не иудейское наказание (то ограничивалось 40 ударами), а чисто римское (quaesto per tomento), бичевание уже предполагало казнь, распятие; бичевали вязовыми прутьями, но бичевали и плетьми, к концам которых привязывали костяные иглы или куски свинца. Осужденного раздевали догола и, согнув, привязывали к низкому столбу. «Присутствовавшие при таком бичевании, — говорит Евсевий, — приходили в ужас, видя, как растерзывали тело до самых нервов, так что члены лежали совсем разбитые и видны даже внутренности». Как свидетельствует Ульпиан, забивали и до смерти. Так как Христа били не ликторы, а солдаты, то были применены бичи. Смотрел весь полк. Суть обвинения (присвоение титула величества) была известна, и вот солдаты устроили представление. «На плечи набросили кусок шерстяной материи, окрашенной коккусом (багряную ризу — хламиду)». Фаррар думает: «какой-нибудь заброшенный военный плащ» (с пурпурными нашивками — из гардероба претории). Вместо короны возложили венец из терния, в руки дали скипетр (трость) — стебель палестинского тростника вроде нашего, но толще и тверже, — солдаты припадали к земле и приветствовали Христа криками, а после били по лицу.
(Филон пишет о подобном спектакле в Александрии: «здесь народ заставил илиота Карибаса в короне из папируса с тростником в руках и ковром на плечах на возвышении в Гимиазуме разыгрывать Ирода Антипу, только что назначенного Калигулой в Александрию и находящегося в дороге». И этот рассказ евангелистов получил вдруг неожиданное подтверждение. После войны археолог Винсент, руководствуясь Евангелием от Иоанна, открыл в резиденции Пилата помост из плит. Это тот самый лифостротон, о котором пишется в 19-й главе (стих 13) Евангелия: «Пилат вывел вон Иисуса и сел на месте, называемом лифостротон» (то есть вымощенном плитами). Именно там происходили бичевание и шутовское коронование Иисуса. На одной из плит лифостротона археологи обнаружили корону и букву «В» (очевидно, «Базилевс» — царь). Вспомнили в связи с этим о кровавой игре, распространенной в войсках, когда осужденного сначала короновали, а потом убивали. Так подтвердилась гипотеза Дж. Фрезера, связавшего этот обычай с евангельским рассказом.)
Тогда вышел Иисус Христос в терновом венце с багрянцем и сказал Пилат: «Се человек». «Распять его, распять! — кричал народ. — Мы имеем закон, и по закону нашему он должен умереть, потому что назвал себя сыном Божьим». И еще кричали: «Если ты отпустишь его — ты не друг Кесарю». Это было уже концом. Кесарь был princepes Senatus президентом. Pontifex maximus постоянным консулом, императором или военным диктатором, ему присягала армия. Пилат был Amicus Caesares — это почетный титул, который соединяется с высшими должностями — легат, префект, проконсул. Обвинение «не друг Кесарю» было страшным. Это кончалось всегда плачевно. Пилат окончательно осудил Христа. Очевидно, была сказана формула — Ibis ad (in) crucum — иди на крест, и этим все завершилось, но среди христианских апокрифов сохранилось несколько письменных «приговоров», претендующих на подлинность. Ввиду их выразительности приведем два главных.