Юрий Дихтяр – Ночной фотограф (страница 5)

Водитель вдруг оборачивается к нам, у него нет лица. Морщинистое рыло летучей мыши, с дырами ноздрей, огромной пастью, в которой обнажается ряд мелких острых зубов и два клыка, похожих на когти хищника. Он отпускает руль и перелезает к нам на заднее сидение, протягивая ко мне лапы, чёрные и когтистые. Он движется по паучьи, широко расставив локти и колени, рывками, какими-то фрагментами. Я видел такое в японских ужастиках. От ужаса не могу не то что закричать, а и вообще пошевелиться. Михаил поворачивается ко мне, как-то замедленно, протягивает ко мне руки с костлявыми пальцами. У него глаза без век с вертикальными кошачьими зрачками.

Пасти голодно-похотливые. За спинами бьются перепончатые крылья. Бэтмены, меня съедят бэтмены. Ничего не могу сделать, я парализован и обездвижен.

Стоп!!! Нужно что-то делать со своей фантазией. Но я действительно не могу контролировать накрывшую меня панику. Еле сдерживаю желание со всей силы ударить водителя в затылок, выпрыгнуть на ходу из автомобиля и бежать по светящемуся от лунных лучей лесу, пока не упаду от изнеможения.

Я вижу в зеркале заднего вида лицо водителя. Никаких эмоций. Истукан с серыми безжизненными губами. Михаил, кажется, задремал.

А мои мысли все сосредоточены на вампирах. Вот мы останавливаемся посреди леса. Шофер исчезает. На обочине стоят чёрные силуэты. У них непропорционально длинные руки, просторные плащи. Или крылья. Некоторые взмывают в воздух и парят над автомобилем.

Остальные медленно идут к нам. Я вываливаюсь из дверей и бегу по лесной дороге. Надо мной планирует огромная чёрная тень. Кошки-мышки. Летучая тварь то взмывает ввысь, то падает в пике, проносясь над головой, то отстанет, то обгонит. Наконец длинные жёсткие пальцы с когтями впиваются в шею и швыряют меня в грязь.

Когда же мы уже приедем? Я или сойду с ума, или убью водителя.

Наконец фары высветили кованые ворота, высокий кирпичный забор. Вокруг тонет в лунных лучах сосновый лес. Шофёр посигналил, и ворота раскрыли свою зловещую пасть, впуская нас в неизвестность. Перед нами предстал двухэтажный дом – чудовищное смешение стилей. Готические стрельчатые своды каким-то образом ужились с античными колоннами и романтическим балкончиком, на углах которого восседают клювоносые горгульи. Архитектор – большой оригинал.

Из дома выходит человек в длинном чёрном плаще с красным подбоем и в нелепом цилиндре на голове. Но не идёт нам на встречу, а остаётся ждать у входа. Водитель открывает дверь автомобиля, и мы выходим на свежий воздух. Я достаю из багажника сумку с фотооборудованием. Михаил как-то изменился. Он стал похож на легавую в предчувствии охоты. Вот она – журналистская хватка.

– Мне показалось, что нас везли на бойню. Я чуть со страху не обделался, – прошептал я.

Корреспондент кивнул головой.

– Они отрабатывают деньги. Антураж, достоверность происходящего.

– А кто сегодня будет из олигархов?

– Никого. Сегодняшнее представление только для нас. Для прессы. Ну что, пошли?

Мы двинулись к дому.

– Здравствуйте, как доехали? – приветствует нас стоящий у входа в дом «дракула».

– Ужасно, – говорю я.

– Я рад, что вы довольны.

У него такое же бледное лицо, как и у водителя. В лунном свете кожа прямо светилась серовато – белым оттенком.

– Проходите в дом. – Он открывает тяжёлую дверь и пропускает нас внутрь. С улицы попадаем в огромный зал. Тяжёлые шторы из алого бархата, витраж, изображающий чертей, издевающихся нам грешниками. Огромная люстра нависла над длинным массивным столом. Масса свечей, расставленных, где только можно. Я сразу стал присматриваться к ракурсам. Освещения достаточно, яркие цвета интерьера дадут объем и глубину. Должно получиться интересно.

– Меня зовут Роман, сейчас к вам выйдет Мастер. Присядьте пока, – он указывает на диван.

Я никак не могу оторвать взгляд от его лица. Нездоровый цвет кожи, синеватые губы, крючковатый нос. Типичный вурдалак, каких я насмотрелся в фильмах ужасов. Куда мы попали? А вдруг это и правда логово кровососов? Меня опять начал накрывать страх.

Роман ушёл, и мы садимся на диван. Я обвешиваюсь чехлами со сменными объективами, проверяю вспышку. Готов к труду и обороне. Делаю пару пробных снимков. Михаил возится с диктофоном.

– Тебе не страшно? – спрашиваю я.

– Есть немного. Молодцы они. Понимаешь, здесь должно быть страшно. За это и платят деньги.

– А почему они такие все бледные? Меня это пугает. Хочется отламывать ножки от стульев и забивать им в сердце. Инстинкт самосохранения подсказывает.

– Брось, это же грим.

– Серьёзно?

– Конечно. Они напудрены в три слоя.

К нам идёт Роман.

– Прошу, Мастер ждёт вас у себя.

Ведёт нас на второй этаж по изогнутой лестнице по краям зала. На стенах висят портреты таких же напудренных вурдалаков. Картины маслом, стилизация под старинную живопись.

Мастер сидит в резном старинном кресле за шикарным столом с гнутыми ножками и резьбой на торце столешницы. На Мастере рубашка с воротником жабо, замшевый сюртук. Волосы зачёсаны назад, обильно налакированные. Тот же мертвецкий цвет лица. Теперь я вижу, что это пудра. Кто-то играет и в такие игры. Взрослые люди, чего им не хватает в жизни? Что заставляет их заниматься подобным бредом? Из-за чего они надевают на себя эти дурацкие наряды, посыпают себя косметикой, и всё это с серьёзным видом? Взаправду. Почему бы ему сейчас не сидеть перед телевизором с банкой пива? Или учить сына выпиливать лобзиком? Или заниматься любовью с женой? Или любовницей. Неужели любовь хуже этого унылого карнавала?

– Хотите кофе? – спрашивает Мастер.

– А разве вампиры пьют кофе? – спрашиваю я.

– Молодой человек, ваш сарказм неуместен. Мы не вампиры. Мы их сподвижники.

– Вы верите в вампиров? – спрашивает Михаил.

– Вы смотрите новости? Слышали о чудовищном цунами, стёршем с лица земли город Порто-Вело в Испании? Дома уносило в океан, такие были волны.

– Нет, не слышал, а что? При чём здесь…?

– Как вам эта весть?

– Очень прискорбно. Люди, наверное, погибли. – Михаил потерял контроль над темой. – Но при чём здесь вампиры?

– А при том, что вы поверили в такую новость. Почему вы просто так поверили в это?

– Не знаю, а почему бы и нет?

– А потому что Порто-Вело находится не в Испании, а в Бразилии. Мало того, в тысячах километров от океана. Там определенно не может быть цунами.

– Ну и? Я не пойму к чему вы клоните?

– К тому, что если Вы легко поверили в одну чушь, то почему вы не можете поверить в другую. Что Вам мешает? Вы верите в Бога?

Я с любопытством наблюдал за этой дискуссией. В принципе, Мастер был прав.

– Наверное, да.

– Вы верите в то, что Иисус воскрес и вознёсся на небеса? Что он был зачат от святого духа? Что Бог слепил человека из глины, что он создал мир за шесть дней? Знаете, чем религия отличается от Порто-Вело? Порто-Вело хотя бы звучит правдоподобно.

– Хорошо, – Михаил выбит из колеи. – Но Вы не ответили на мой вопрос. Мы здесь для того, чтобы сделать свою работу. Для этого Вы, вместо того, чтобы разводить полемику, должны помочь нам разобраться во всём и преподнести в выгодном для репортажа свете. Скажите, Вы верите в вампиров? Просто ответьте на вопрос.

– Нет, – Мастер иронично улыбается. – Я не верю в вампиров. Слово «вера» уже подразумевает сомнение. Я не знаю точно, но мне очень хотелось бы, а вдруг это существует – давай, я буду верить в это. Так, на всякий случай, чтобы чего не вышло. Вот что значит вера. И поэтому, я смело могу сказать, что я не верю в вампиров. Я знаю, что они существуют. Я это точно знаю. Верой здесь и не пахнет.

– Что-то наша беседа слишком агрессивна, – говорит Михаил, – я, пожалуй, не откажусь от кофе.

– Хорошо, – Мастер выходит из-за стола, – у нас есть ещё часа два для общения. Адепты прибудут к десяти. Начало в полночь. Давайте пройдём в трапезную и продолжим там.

Мы проходим через зал. Эхо дублирует наши шаги. Я пытаюсь проникнуться атмосферой, увидеть то, что раскроет картинку, проявит нюансы и акценты. Отражение алых штор в паркете, разнокалиберные свечи, изгиб лестницы.

Трапезная представляет собой большую комнату с длинным столом и деревянными скамьями, старинный шкаф с посудой. Роман уже здесь, накрывает стол. На столе – блюдо с жареным мясом, овощами и зеленью. Бутыль вина, медные чаши. Тарелок, вилок и ножей нет. Наверное, у вампиров принято есть руками.

– Здесь у вас курят? – спрашиваю я.

Роман уже ставит передо мной пепельницу в форме черепа.

– Итак, угощайтесь, – Мастер жестом предлагает нам присесть.

Минут пять мы молча едим. Мясо нежное, сочное, но почти не солёное и без специй. Компенсирую недостаток вкуса кинзой, петрушкой и мятой, обильно разложенными по краям блюда.

Михаил смакует красное вино. Вино цвета крови.

– Расскажите нам о вампирах, – просит корреспондент, вытирая руки льняной салфеткой и достаёт сигары. Предлагает Мастеру, тот отрицательно качает головой. Я не отказываюсь.

– Видите ли, я ничего не могу о них рассказать, потому что практически ничего не знаю. Так же, как и о людях. Я знаю, что они есть, я даже общался с ними. Возможно, они – иная раса, или иная форма жизни, или больные, если конечно, бессмертие можно назвать болезнью. Не знаю, но могу сказать, что ничего ужасного, мистического или сверхъестественного в них нет.

– А зачем вам это шоу? Что у вас – секта или кружок по интересам? В чём цель вашей организации?

– Понимаете, когда сталкиваешься с подобным, в тебе ломается что-то внутри. Рушится фундамент, на котором стоит твоё мировоззрение, понимаешь, что всё вокруг не так и нет ничего невозможного. Это произошло со мной. Хотя, я думаю, если к нам с официальным визитом прилетят инопланетяне, или даже спустится сам Мессия с карающим мечом, ничего не изменится. Люди так же будут веселиться, грустить, влюбляться, убивать и играть в шахматы. Ничего не изменится. И у цивилизации ничего не сломается до самой её гибели. Даже зная, что вечером будет конец света, утром все пойдут на работу.

Я же настолько впечатлился, что решил посвятить этому жизнь. Я могу себе это позволить.

– Но зачем? Вампиры – порождения зла. Вы поклоняетесь злу?

Мастер посмотрел на Михаила, как на последнего безнадёжного двоечника.

– Что мы знаем о зле? Для клевера самое большее зло – корова. Ужасное огромное чудовище с ненасытной пастью. Мы – зло вообще для всего живого на планете. Зло – категория чисто человеческая. Люди придумали зло, они же его и творят. И никакой Сатана, никакой Бог, никакой Творец не имеет к этому никакого отношения. Им просто наплевать.

Проблема человечества в том, что мы возомнили о себе слишком много. Венец природы, уникальные, неповторимые. И поэтому людей есть нельзя. А коров можно, и клевер можно. А людей нельзя. Потому что венец. Я боюсь отступить от темы и уйти в философию или, ещё хуже, политику. Давайте поближе к репортажу.

Я не люблю умников, тем более таких самодовольных. Особенно, когда на их лице толстый слой штукатурки и они похожи на покойников. Сумасшедших умников я вообще боюсь. Мастер нездоров. В двадцать первом веке, когда космические корабли бороздят, нести такую ахинею здоровый человек не должен. Другое дело, что таких нездоровых каждый второй, если не больше. Люди верят во всё, что им ни принесут на блюдечке. В Бога, в чёрта, в полтергейст, в Армагеддон, который будет через неделю, в гороскопы и гадания, в пользу пилюль для похудения и в карьеру на поприще сетевого маркетинга. Верят рекламе и предвыборной агитации. Дети, доверчивые и наивные дети. И вот сидит передо мной ещё один владелец таракана в голове и свято верит в вампиров.

– А расскажите о вашей встрече с вампиром, – просит Михаил.

– Наверное, я воздержусь от комментария. Это слишком личное. И не имеет отношения к репортажу.

– А вне репортажа? Нам же интересно. Мы никогда не общались с вампирами.

– Простите. Давайте пропустим этот вопрос.

– Ну что ж, в чём суть сегодняшнего мероприятия? Как это называется? Бал?

– Месса, хотя к религии никакого отношения не имеет. Просто месса. Слово красивое. Честно сказать, это вид досуга. Вечеринка единомышленников. Я не буду вам лгать – мы никому не поклоняемся, не носимся с идолами и иконами. Мы просто развлекаемся. Это весело, вы сами увидите. И прибыльно, – Мастер пригубил бокал с вином. В уголке рта осталась красная капелька. Слишком красная на бледном фоне лица.

– Скажите, – Михаил взял ещё кусочек мяса, – кто ваша крыша? Прошу прощения за прямоту.

Мастер иронично усмехнулся.

– Никто.

– Ну, хорошо, допустим, я поверил.

Вошёл Роман с подносом, на котором стоят кофейник и чашки.

– Вот и обещанный кофе, – сказал Мастер, – я прошу прощения, но скоро подъедет народ. Когда допьёте кофе, можете посмотреть нашу библиотеку. В ней собрана большая коллекция книг, посвящённых вампирам, фильмы, картины. Небольшой музей вампиризма. Роман вас проведёт. Можете пока пофотографировать, если нужно. Еще никого нет.

Мастер расшаркался и вышел. Роман тоже вышел, сказав, что будет в зале, но всегда к нашим услугам.

– Клоун напыщенный, – проворчал корреспондент, – и кофе у них дрянной.

– Я пойду пока поснимаю интерьер, присмотрюсь, – я взял Лейку и пошёл в зал.