Юрий Дедюхин – Объект 308. Кризис человечности (страница 5)

Потом заметил, как подъехал грузовик и в него затащили носорога, видимо еще жив или может регенерировать начал, поэтому и забрали. И вот после еще одного подбитого танка наконец услышал:

– Включаем! – отдал приказ один из работяг.

«Эгида», заработала, тут образовалось поле вокруг высоты. Она была разработана против «Глаза Одина», системы лазеров, которое построил Совет Развития Человечества, против объектов. «Эгида», позволяет рассеивать луч от «Глаза Одина» и делает его менее смертельным, под ней он максимум может яичницу поджарить. Еще наши ученые сумели добавить дополнительные функции, к примеру кинетический поглотитель, когда вражеский снаряд проходит через поле, то большая часть энергии поглощается, в то же время наши снаряды получают дополнительный импульс. Теперь мощь моих револьверов возросла настолько, что я могу четырём-пятью выстрелами само лично взрывать танки, особенно если попадаю в одно и тоже место, а с моей меткостью это легче легкого.

И вот спустя пять взорванных танков, три подорванных укрытия и еще двух снайперов, враг побежал. Они наконец-то поняли, что игра пошла в одни ворота. Тут нервы не выдержали, сначала сбежал один, потом сбежал целый экипаж танка, а затем и остальные потянулись, и если в начале они старались отступать организованно, прикрывая друг друга, то под конец, это было просто стихийное бегство.

– Ура, так этим мразям! – воскликнули большинство бойцов, празднуя как победу над врагом, так и тот факт, что они остались живы.

– Ого, смотри как бегут, – радостно отметила Война, она наконец отцепилась от меня и решила пройтись по полю боя.

Стройная, среднего роста женщина с белоснежной гладкой кожей, с акульими зубами и такой же улыбкой, ярко красными горящими глазами, черным нимбом над головой, небольшими рожками и энергетическими крыльями, она одета в темную ткань энергии, которая постоянно пульсирует по телу иногда приоткрывая интимные места. Из интересного, Войну я вижу отчетливо, а вот людей нет, наверное, потому что она галлюцинация.

– Ну как ты довольна, мы ведь выиграли, – спросил устало.

– Ага, ты у меня молодец! – похвалила меня Война.

После этого снял шлем и наконец ощутил свежий воздух, он был пропитан гарью, кровью, маслом и запахом железа. Так же ощутил холодок, который надувал ночной ветер, правда из воронок от снарядов доносилось теплом и гарью, что мешало насладиться ночной свежестью и прохладой. Переведя дух, вспомнил что есть работа.

– Эй Десятитысячный ты тут? – спросил через оракула.

– Так точно товарищ главнокомандующий, – резко ответил он.

– Враг отступает, бери свой отряд и проследи за ним, в бой не вступать, но, если найдешь точку сбора у врага, подсвети для наших гаубиц, приказ понял? – отдал приказ я.

– Так точно, разрешите выполнять?

– Разрешаю!

Десятитысячный, один из «заминированных», этим одаренным вводят бомбу в голову и заставляют воевать. В начале войны их было много, но благо мы быстро нашли способ их обезвреживать и извлекать бомбы. Если б мы вовремя не поймали Десятитысячного, то он бы нам пару заводов взорвал бы. Его способность – это быть незаметным, то есть ты просто его не замечаешь даже если смотришь прямо на него, похоже на невидимость, но действует на само восприятие. После его перевербовали и после успешного прохождения физического и психологического теста, дали возможность служить в нашем сопротивление. Правда из-за его прошлого к нему очень холодно относились, поэтому он и заявил:

– Я убью десять тысяч врагов, за одаренных! – после этого его и прозвали Десятитысячный.

С ним в отряде как раз бегает человек-невидимка, еще хамелеон и жвачка-парень. Они это супердиверсионный отряд, который может проникнуть куда угодно. К примеру, жвачка-парень может по канализации попасть в любое помещение через туалет, постоянно читаю это в отчетах, проник в задние через санузел. Поэтому они устраиваю диверсии, еще ловят языков, устанавливают шпионские программы, прослушку и даже вирусы. Пару раз мы так смогли перепрограммировать часть дронов, что они сами себя умножили на ноль.

После зашел внутрь дота, наконец-то получил еду. Термос с кофе и пять гамбургеров. Гамбургеры напечатали на био-принтере, для его используется особый био-протеиновый материал, который добывается из саранчи, грибов и водорослей. Знание этого испортило мне всю жизнь, но зато много калорий и в целом с голода не умрешь, да и печатать так еду быстро и удобно. Только вот без вкусовых добавок, он на вкус как вареный кожаный ремень, помню у нас как-то раз сломался этот био-принтер и печатал еду без добавок, весь взвод давился, но ел, так как каждый такой кусок вызывал рвотный рефлекс. Кофе же наоборот нормальное, не напечатанное, так что им можно наслаждаться, по сравнению водой из ТОГО корыта, прям дар богов, только от одного аромата можно экстаз словить.

Зашел в комнату поел, потом назначил караульных, отдал все приказы, раненых и убитых разместили на СВП и отправили в город. Травмы у всех примерно одни и те же, переломы и внутреннее кровоизлияние, в некоторых случаев оно стало смертельным, за это нужно снайперов поблагодарить. Остальные, особенно те, у кого есть исцеляющий фактор, уже завтра будут как новенькие, прочие поваляются с недельку и тоже придут в себя, в общем до свадьбы заживет, как говорится. Печально, конечно, что есть погибшие, но что поделаешь, лес рубят щепки летят, хотя мне потом еще письма с завещанием, родственникам отправлять.

– Ой, да поручи это Анне как обычно, – равнодушно ответила Война, уловив моё нежелание заниматься подобными вещами, – она и так весь год эти занимается.

– Это потому, что у меня на это времени нет, а не потому, что я этого избегаю, – раздраженно ответил я.

Затем улегся на кровати и раз появилась спокойная минута, решил вздремнуть, Война улеглась рядом и укрыла меня своим крыльями как одеялом, я почувствовал тепло и через секунду уснул.

АнтиХрупинск.

Ура, наконец-то я в городе, после недели, пролетевшей на высоте и двух часов поездки по бездорожью на СВП и еще шести месяцев окопной жизни, я тут, диванчик жди меня. Как же я по нему соскучился, старый, помятый, но родной и удобный. Еще снял броню, и она сложилась в переносной рюкзак, нести было легко, но неудобно.

– Вообще-то прошло всего пять месяцев и восемнадцать дней, так что не преувеличивай, – вставила Война.

– Ага ток это время ощущается как целая вечность, так что ничего я не преувеличиваю.

– Да и ты сюда на совет прибыл, а не валятся на диване, – Война парила слева, словно дьяволенок.

– Без тебя знаю, а также знаю, что после у меня будет как минимум полдня, которые я собираюсь провести на диване и никто меня не остановит, даже апокалипсис.

– Собрался встретить апокалипсис на диване, ну удачи, – ехидно усмехнулась Война.

– Удача тут не нужна, все дело в технике, правильной позе и абсолютном расслабление.

Вернувшись в город, невольно отметил, как же он преобразился. Раньше еще до войны с корпорациями, этот город назывался «Чернозлать», простой шахтерский город по добычи золота и редкоземельных металлов. По началу, война город обходила стороной, но в какой-то момент он оказался на передовой, между корпорацией «BlockRock» и новым государственным образованием Туран, которое появилось в результате слияния пяти стран в этом регионе. Корпорация после захвата города усилила его, всеми возможными средствами.

После войны он стал зоной 3-482, куда свозили преступников и позволяли им отработать долг перед общество в виде добровольно обязательной шахтеркой повинности. В общем преступники работали за еду и социальный рейтинг, никаких баллов они не получали. Потом появились одаренные, которых Совет Развития Человечества признал опасным элементом общества, лишил всех прав и массово начал ссылать в третьи зоны. В народе таких одарённых обозвали объектами, во-первых, из-за нейрогеля который вводят каждому заключённому третей зоны что бы тот не сбежал, а во-вторых, из-за лишения всех прав, даже общечеловеческих.

Сейчас этот город называется «АнтиХрупинск», название было принято через голосование. Как сказала Эльвира:

– Мы восстали против всего мира, а значит нам нужна своя культура, которая будет отличной от остального мира и собственное название города – это первый шаг.

Ну в целом логично, за это звание еще боролись: «Несокрушимый», «Ад уже здесь», «Тот, кто смеётся последним». В общем любой житель мог придумать свое название города, скинуть его в чат и там уже отбирались понравившиеся. Антихрупкость же это состояние вещества, которое при давление становится лишь сильнее. Так что название мне нравиться.

– Вот бы ты еще ему соответствовал, – съязвила Война.

– Что, да как ты смеешь, я ведь сама мощь воплоти.

– Ага, ток эта мощь все грезит о диванчике, – надменно улыбнулась Война.

– Да ну тебя, вот Смерть бы оценила мое влечение к мягким и уютным вещам.

Пошел по городу, его очень сильно преобразили, убрали мусор, поставили освещение, прочистили канализацию, уложили новый асфальт. Раньше по нему без противогаза пройти было невозможно, а теперь почти свежий чистый воздух благодаря тому, что по всюду тополя насадили, а на них еще дополнительную подсветку сделали. Так же разрыли старый бункер, который построили под городом еще во время войны с корпорациями. Два метра под землю и почти два этаже полноценных застроек, настоящий улей под землей, там и живой комплекс и здания от заводов и склады остались. Часть из этого было либо завалено, либо затоплено, но мы все откапали и откачали.