Юрий Черкасов – Эльф в кармане (страница 4)
Задача была со многими неизвестными, поэтому поначалу экспериментировали с пищевыми отходами, ведь органика должна быть доступна и бесплатна! Чуть из общежития из-за вони не выгнали, но все равно из задумки ничего не вышло. Потом перешли на отходы деревообрабатывающей промышленности – тоже, впрочем, впустую.
Были, однако, и маленькие победы. Вернее, одна, когда Ромке удалось подобрать химический состав, способный реакцией замещения связывать свободные молекулы кислорода. К сожалению, ингредиенты оказались весьма дорогостоящими, поэтому желательно было подыскать аналог попроще, то есть подешевле, а в идеале вообще бесплатно. В общем, скептицизма у Игоря не убавилось, зато нашлось, куда тратить свободное время…
И вот теперь очередь дошла до опавшей листвы. В парке, несмотря на выходной день и прекрасную погоду, народа было мало. Выбрав безлюдную дорожку, он двинулся по ней, глазами разыскивая самый, хе-хе, экологически чистый клен. Вскоре такой нашелся, а под ним лавочка, усыпанная желтыми пахучими пятипалыми лоскутами.
Воровато оглядевшись, он наклонился и принялся собирать букет из листьев, прикидывая, куда бы его спрятать, а то еще засмеют прохожие! Внезапно раздавшийся рядом крик его порядком напугал. Он живо уселся боком на лавку и сбросил охапку листьев под ноги.
Крик повторился ближе:
– Ушастик! Стой! Куда ж ты, дурашка, несешься?!
Игорь, словно нехотя, обернулся. В его сторону бежала девочка, а впереди несся щенок. Невообразимая коричневая мешанина коротких путающихся лап, длинных мельтешащих ушей и широкой, счастливой от полноты жизни, собачьей улыбки, обнажившей мелкие зубы, кубарем катилась на него и, судя по всему, останавливаться не собиралась.
– Дядечка! – задыхаясь, выкрикнула девочка. – Словите Ушастика! Он маленький еще, не укусит!
Игорь мысленно возмутился обращением, но все же привстал со скамейки, нагнулся, чтобы подхватить двумя пальцами живой комок звонко тявкающей энергии, и выпрямился. Щенок, опешив от такого грубого вмешательства в личную жизнь, обвис и описался, щедро смочив кучу листьев, отобранных для опытов.
Однако Игорь этого не увидел. Он во все глаза смотрел на приближавшуюся девочку. Да какую девочку?! Девушку. И это было только первым открытием. Каждое последующее отмечались громом среди ясного неба, ударом под дых, отвисанием челюсти и исчезновением способности ясно мыслить.
– Хозяева выбросили Ушастика на улицу! Ну не сволочи, а?! А ему в приюте не сидится, играть и бегать хочет! Представляете? – выпалила девушка, едва переведя дух, и уселась на скамейку.
Игорь обалдело выпучился на нее и медленно вертел в уме услышанное: «Приют, сволочи, играть. Какая прелесть!..» Он не смог бы сразу сказать, что в девушке нравится больше: стройные ноги, обтянутые голубыми джинсами, или яркий батник, чуть приподнимающийся на небольших острых грудках? А может, вкусный даже с виду рот с пухлыми губами или аккуратный носик с россыпью веснушек?… Чуть нахмуренный лоб над рыжеватой челкой?… Тонкие руки с возмущенно вздыбленным пушком и нежными пальчиками?… Маленькие родинки треугольником на шее?… Или, возможно, серые, слегка сонные глаза, которые казались беспомощными, доверчивыми, со скачущими в глубине чертиками?…
Все – и по отдельности, и в целом, – было прекрасно. Игорь едва не спросил: «Из какой сказки ты сюда выпрыгнула?» На голову девушке просилась соломенная шляпка. Просто вопила от желания… С чего бы?
Та, слегка смутившись от пристального разглядывания, грубовато поинтересовалась:
– Долго вы будете стоять столбом и держать его на весу?
«Всю жизнь!» – чуть не брякнул он и глупо чмокнул губами.
– Ой! – опомнился Игорь, когда щенок, устав скорбно таращиться и изображать спелый плод, извернулся и цапнул его за идиотски оттопыренный мизинец. – Возьмите, это ваше!
Девушка хихикнула и взяла на руки мигом успокоившегося щенка.
– Больно? – спросила она участливо.
Игорь не сразу сообразил, о чем речь, кивнул сначала утвердительно, а потом отрицательно, и спрятал руку за спину.
– Тогда спасибо и всего хорошего! – сообщила девушка, поднимаясь.
«Не-ет!» – Все мысли, кроме междометий и идиоматических выражений, выдуло из его головы.
Присев на корточки, девушка принялась надевать поводок на возмущенного щенка.
«Я хочу поцеловать ее в макушку!» – поразился он чудаческому желанию, но повода задержать красавицу не придумал, пока взгляд не упал на пакет с банками.
– А вы варенье любите? – непослушными губами просипел Игорь и, не давая ей опомниться, затараторил: – У меня бабушки варят изумительное варенье. С перцем! Сливовое, да. Пальчики оближете и добавки непременно попросите… Клянусь!
– Кто ж его не любит? – с любопытством посмотрела на него девушка и хмыкнула: – Да еще с перцем…
– Вот и договорились, – засуетился Игорь, протягивая ей банку. – Вот и увидимся завтра, и расскажете, понравилось или нет… Лады?
– Завтра? – с сомнением протянула девушка. – А давайте! В это же время на этом же месте!
«Разве я доживу?…» – счастливо удивился Игорь.
Девушка пошла по дорожке к выходу из парка, таща за собой упирающегося щенка, а Игорь так и остался стоять, не в силах согнать с лица глуповатое выражение. Обернувшись с лукавой улыбкой, она произнесла:
– Меня зовут Варварой!
– Хорошо! Очень рад! – выкрикнул Игорь и от избытка чувств подпрыгнул: «Так ты, значит, не небожительница!.. Что со мной? Я сейчас взлечу?…»
И только когда Варвара, наконец, скрылась между деревьев, он сорвался с места и побежал по ковру листвы в противоположную сторону, раскинув руки…
Глава четвертая. Четыре визжащих ножки
Внезапно раздался возмущенный визг ножек кушетки по кафелю. И-и-и, вз-з, тах!
Следователь беспомощно взмахнул руками, шлепнулся на пол и распластался в корявой позе, безобразно раскинув ноги. Папка, чудом не раскрывшись, полетела к Игорю.
Он вскочил и свирепо сжал кулаки. Авангард Иванович поднялся на карачки и принялся собирать куски развалившегося допотопного мобильного телефона, вылетевшего из кармана. Игорю до дрожи захотелось врезать ногой по оттопырившемуся тощему заду в залоснившихся брюках. Он даже отвел ногу: «Сволочь! Ну, сволочь же! До чего ж ты жалок!»
Из отделения выглянула медсестра, выпучила в ужасе глаза, рукой прикрыла рот и юркнула обратно.
«Такое сладкое воспоминание прервал, гаденыш!» – разъяренно подумал Игорь и опустил ногу. Он понял, почему так взъелся на бестолкового следователя. Тот своей безликостью и лезущей в глаза дешевой никчемностью буквально отождествлялся с образом жертвы. И словно просился: пни меня, врежь, унизь, растопчи… А у Игоря как раз было подходящее настроение как противовес невозможности помочь любимой. Плюс самодовольство от знания того, что следователь собирается закрыть дело, которое сам он почти распутал. И в ближайшее время поставит в нем жирную и кровавую роспись. М-да…
По лестнице загрохотали шаги, и в предбанник ввалился, шумно отдуваясь, толстый больничный охранник в камуфляжной форме.
«Медсестра вызвала, – сообразил Игорь. – Видать, подумала, что это я его приложил. Ха!»
Испуганно застыв, блюститель порядка, вооруженный только огромным пузом, неожиданно тонким голосом проблеял:
– Чего вы себе позволяете?
– А ничего! – кривя губы, ласково ответил Игорь. – Помогаем инвентарю выйти на пенсию.
Охранник не понял иронии и испуганно уставился на него маленькими глазками, чудом видневшимся в дрожжевом тесте щек. Следователь проверил исправность телефона и принял вертикальное положение.
– Извините, – пробормотал он, – я такой неловкий…
«По жизни причем!» – безжалостно додумал Игорь.
Охранник перепугался еще больше. Он обошел их вдоль стеночки маленькими шажками и нерешительно замер у дверей отделения. На его лице было крупными буквами написано желание оказаться за дверями.
«Граница на замке, – зло развеселился Игорь, – идиотина!»
– Вы бы вынесли мне… нам стульчиков, пожалуйста, – вежливо попросил следователь и посмотрел на Игоря.
– Обойдусь, – буркнул тот.
Охранник вздохнул с облегчением и скрылся в отделении. Передернувшись от отвращения, Игорь подал папку, стараясь не прикасаться к пальцам следователя. Протокол тот нашел и поднял сам.
Из отделения выглянул охранник и деловито уточнил:
– Без спинки подойдет?
Авангард Иванович благодарно кивнул.
– У вас куртка вымазалась, – сообщил Игорь.
Следователь ахнул и принялся стаскивать с себя верхнюю одежду. Игорь отвернулся. Отвечать на вопросы расхотелось окончательно. Он все еще находился под ярким впечатлением от воспоминаний знакомства с Варькой. Ноздри, казалось, вдыхают острый запах опавшей листвы… Перед глазами стоит ее улыбка… Щенок звонко тявкает и вертится юлой… А игривый труженик-ветер, выполняя поручение кокотки-осени, бесстыдно оголяет деревья… Мир бескраен и восхищает красками и жизнью… Жизнью!..
«Эх, Варька, Варька, что ж ты наделала?!»
Под холодным и бездушным светом неживых ламп Игорь не испытывал благодарности к следователю, вовлекшему его в пучину дорогих сердцу воспоминаний. Он знал, что дальше будет еще мучительнее. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы угадать следующие вопросы. К примеру, что было после знакомства? Этого служаку вряд ли заинтересует, а жил ли он до этого вообще? Прошедшие полгода по насыщенности и чувственности перекрывали всю прошлую жизнь. Есть что вспомнить и рассказать…