Юрий Бурносов – Святой остров (страница 22)
Старик на миг задумался.
– Многое. Отправитесь в составе группы. Мотивация: на приостровном шельфе якобы имеются богатые залежи нефти и газа. Нужно эти данные подтвердить и по возможности составить карту их местонахождения.
Лоуренс кивнул.
– Нужно будет проследить за мисс МакДугал, и в случае некой сенсационной находки… В общем, вы сами знаете, что нужно в этом случае делать. Но – без трупов. То есть, я хочу сказать, без лишних трупов.
Персиваль снова кивнул:
– Понимаю, старые распри внутри руководства Русского Монархического Центра! Все это не составит большого труда, но мне почему-то кажется, что вы, Виктор Афанасьевич, имеете и личный интерес в этом предприятии. Вы же сами сказали: «Мотивация». А на самом деле?
Виктор Афанасьевич ответил не сразу. Собираясь с мыслями, он погладил черного скотч-терьера по имени Ширер, лежавшего у его кресла. Тот лениво взглянул на хозяина и лизнул ему руку.
– На самом деле… Вы правы, мой друг, – кивнул старик. – На самом деле речь пойдет о кое-чем более серьезном, чем ржавый щит или весьма сомнительная нефть, которой, судя по всему, там и в помине нет. Признаться, когда я услыхал от господина Юсупова о Змеином, то в первый миг испугался…
– Вы? – хмыкнул Перси. – Быть не может!
– Не льстите, молодой человек! – поморщился Виктор Афанасьевич. – У вас нет опыта в подобных делах. Настоящая лесть – это даже не искусство, это выше!.. Так вот, на мгновение я подумал, что кто-то из них двоих – Джунковский или Юсупов – ЗНАЕТ, что на самом деле хранится на Змеином. Конечно, такого быть не может, но все-таки…
Старик вновь замолчал, а затем негромко запел:
Нервы у спецагснта Персиваля Лоуренса были крепкие, и он стоически переждал нежданную арию.
– Итак, – поднял голову Сипягин. – Если без подробностей… На острове хранятся документы, которые вы, душа моя, должны будете мне доставить.
– Украсть? – невозмутимо уточнил Лоуренс.
– Хм… не совсем. – Сипягин поморщился. – Скорее изъять из тайника.
– Тайника?
– Все подробности потом. Это будет не очень сложно, так сказать, технически…
– А можно поинтересоваться, – негр задумчиво потер подбородок, – какого содержания эти документы и, соответственно, какой важности?
Взгляд старика блеснул – всего на какой-то миг, но этого хватило, чтобы бесстрашный Перси почувствовал, как по коже побежали непрошеные мурашки.
– Эти документы… Назовем их так – «документы» – для ясности, так сказать… Я мог бы сказать, что они очень важные, но это не совсем так. Это бомба! Бомба невероятной силы! То, что хранится на Змеином, может изменить будущее России. А будущее России – это и будущее мира!.. Впрочем, вы, Перси, человек рациональный, будущее мира – не по вашей части…
– В какой-то мере, Виктор Афанасьевич. – Афроамериканец и не думал обижаться. – Но я человек не только рациональный, но и наблюдательный. Пункт первый – вы зовете меня, хотя мои услуги стоят куда дороже, чем услуги обычного агента. Второе – присылаете мне мемуары давно умершего Великого Князя. Третье – говорите, что документы связаны с будущим России. Вывод? Или лучше мне не делать выводов?
Старик ответил не сразу, причем голос его прозвучал странно – очень тихо и неуверенно.
– Я и сам не знаю, что в этих документах. Точно не знаю, Перси. Догадываюсь, но… Где был Великий Князь Александр Михайлович летом 1918-го?
– В Крыму, в имении Дюльбер, – быстро, не думая, ответил Перси. – Он был под арестом, большевики думали расстрелять его и всех остальных. С ним находились Великий Князь Петр Николаевич, Великий Князь Николай Николаевич…
– Достаточно, – перебил Сипягин. – Эти… Скажем так, эти документы привез из Петрограда именно Николай Николаевич. Что там, повторюсь, не знаю. Если просто номера вкладов в заграничные банки, это не беда. И если полпуда золотых украшений – тоже беда невелика…
Перси понимающе оскалился.
– Но мне кажется, там что-то более серьезное… Начальником охраны Великих Князей был один матрос, он служил в Качинской авиашколе и хорошо относился к Александру Михайловичу, ведь тот – отец российской авиации. Так вот, именно этот матрос спрятал эти… документы на Змеином. План он успел отдать лично Александру Михайловичу. Тот передал бумагу мне. Вот и все. В любом случае то, что лежит на острове, не должно попасти ни к кому, кроме меня. Если что – уничтожить все. И всех. Ясно?
Перси подумал – и молча кивнул.
– Ну а теперь о приятном, – улыбнулся Виктор Афанасьевич. – Наш общий знакомый Юсупов все это дело, естественно, оплачивает, причем очень неплохо…
Персиваль довольно осклабился.
– Он решил подарить местным военным вертолет, – продолжил Сипягин. – В качестве акта безвозмездной помощи.
– Вертолет? – Афроамериканец оживился. – А можно поинтересоваться, какой модели?
Сипягин хмыкнул и, надев очки, полез в ящик письменного стола.
– Белл 206, – ответил он, найдя нужную бумажку, – «Лонг Рейнджер».
– О, чудесная машина! – обрадовался Перси. –Двигатель «Аллисон», максимальная скорость 241 км/ч.
– Вижу, я в вас не ошибся, – удовлетворенно кивнул хозяин дома. – Вы, оказывается, хорошо разбираетесь даже в вертолетах.
– Гм… профессия располагает, – усмехнулся Лоуренс. – Неплохая в общем-то вертушка. Правда, дорого стоит, если это, конечно, последняя модификация.
– Юсупов зря на ветер денег не бросает. Военные должны быть довольны: шесть пассажирских мест, кондиционер. Кстати, душа моя, вы отправитесь в Украину в качестве пилота-инструктора данной машины. Думаю, среди этих украинцев пилоты тоже не дураки, но ведь нужно как-то мотивировать ваш приезд. Не студента же мединститута, в конце концов, из вас делать.
– Ха-ха, – засмеялся Лоуренс, – пилот-инструктор, это очень даже неплохо. Справлюсь.
– Вот и чудесно, батенька, вот и чудесно. – Сипягин довольно потер сухие старческие ладони. – С вами поедут два ваших знакомых болвана…
– Нет! – вздрогнул Перси. – Бумба и Гурфинкель? Сэр, только не эти клоуны!
– Эти, эти! – закивал Виктор Афанасьевич. – Клоуны будут успешно отвлекать публику и получать подзатыльники. Это у них выходит блестяще, не правда ли?
Афроамериканец только вздохнул.
– А вы займетесь делом. Вот только… Извините, этот ваш имидж…
– Имидж? – Брови Лоуренса поползли вверх. – Моя глупая негра не очень понимай…
– Именно это! – Голос старика стал серьезным. – Не переусердствуйте. Дураков, конечно, много, но… Лоуренс развел руками:
– Да, са-ар! Слушаюсь, са-ар! Глупая негра много думать, глупая негра придумать что-то…
Сипягин прищурился, глядя на развеселившегося афроа-мериканца, одобрительно качнул головой и внезапно затянул скрипучим голосом:
– Никуда, – согласился Лоуренс, который уже раз за беседу демонстрируя свои белоснежные зубы. Кстати сказать, вставные.
Но это так, к слову.
– Тише, болван, ты наступил мне на голову, – огрызнулся Миша Гурфинкель, злобно отплевываясь.
Пахло в канализации так… Нет – это невозможно описать словами, это нужно слышать, вернее, нюхать. Одним словом, пахло, как в канализации.
– Угораздило же! – ругался Гурфинкель, неуклюже взбираясь вверх по ржавым железным скобам в стене вслед за своим товарищем.
Зловонная жижа внизу угрожающе бурлила, и о том, что будет, если Миша не дай Бог сорвется и упадет, думать не хотелось.
Совсем не хотелось.
– Спокойно, koresh, – прогудел сверху бас Покровского, – все будет v nature tip-top.
Русские слова Бумба, родившийся в лондонском пригороде, куда занесла нелегкая эмигрантская доля его родителей, тщательно заучивал, дабы прослыть среди приятелей настоящим otmorozkom. Правда, вворачивал он их не всегда к месту. Вот и сейчас Мише послышалось, что приятель произнес «хлюп-хлюп», и потому Гурфинкель благоразумно остановился, решив, что Бумба хочет элементарно избавиться от подельника, спихнув его вниз, и, таким образом, ограбить ювелирный магазин в гордом одиночестве.
Да, не ожидал Миша Гурфинкель такой подлянки от своей судьбы!.. Скажи ему кто полгода назад, что ему придется грабить ювелирный магазин, пробираясь по канализационной системе, он бы не поверил, рассмеявшись шутнику прямо в лицо, а то и вовсе побил бы наглого юмориста ногами. Но жизнь, как известно, любит откалывать и не такие штуки.