Юрий Буреве – Зона доступа. Код (страница 2)
Он не целовал её. Он кусал. Шею, ключицу, тот упругий, маленький сосок, который даже не набух, как у живой женщины. Её кожа под его языком была как застывшее сало – гладкое, безвкусное. Но когда его рука впилась в её ягодицу, сжав эту плотную, упругую плоть, которая не дрогнула, а будто пружинисто поддалась, он услышал её первый тихий выдох. Не стон, а звук выходящего из системы воздуха.
Он входил в неё резко, чувствуя, как её внутренности обхватывают его с странным, равномерным давлением, без спазмов, без влажной теплоты. Как в совершенную, анатомическую куклу. Это было жутко. Это было невыносимо возбуждающе. Он двигался, глядя на её лицо. Оно оставалось почти спокойным, только брови слегка сдвинулись, будто она решала сложную задачку. Её руки лежали вдоль тела, ладонями вверх.
– Чёрт возьми, да оживи же ты! – рявкнул он, ударяя её по бедру, желая увидеть хоть каплю боли, страха, чего угодно.
Она повернула голову. Её глаза были стеклянными.
– Я не для этого создана.
Фраза повисла в ледяном воздухе. Он замолк, продолжая механические движения, чувствуя, как его собственное наслаждение окрашивается ужасом и бешенством. Он кончил в молчании, в этой мёртвой тишине её квартиры, чувствуя себя не победителем, а подопытным, чью физиологическую реакцию только что зафиксировали.
Он откатился от неё. Она лежала неподвижно, её безупречные ноги разомкнуты, на идеальной коже внутренней стороны бёдер – ни намёка на красноту или влагу. Она поднялась с той же плавной, экономичной грацией.
– Мне нужно в санитарный блок, – сказала она и удалилась.
Максим сидел на краю дивана, дрожа от отвращения к самому себе. И тут его взгляд упал на её сумку – чёрный, матовый прямоугольник у кресла. Любопытство, острое и гадкое, пересилило всё. Внутри, среди неопознанных предметов из матового металла, лежал прозрачный цилиндр. В нём колыхалалась субстанция цвета ртути, но плотная, живая. Внутри что-то пульсировало. Как эмбрион. Или как чей-то изолированный орган.
Шаги. Он едва успел швырнуть сумку на место. Она стояла в дверном проёме, одетая уже в простые чёрные штаны и топ. Её лицо было каменным.
– Ты нарушил правило, – сказала она без интонации.
– Что это было? – его голос сорвался на крик. – Что за дрянь ты носишь с собой? Что ты такое, нахуй?!
– Я – решение твоей проблемы, Максим. Той, что в твоих таблицах. И наблюдательный пункт. Ты интересен.
Она взяла сумку.
– Наблюдательный пункт? За мной? Кто ты?
– Тот, кто дал тебе то, чего ты хотел. И получил то, что нужно мне. Считай квиты.
Она направилась к двери.
– Жди. Мы не закончили!
– С нашей точки зрения – закончили. Не ищи меня. Это не безопасно. Для тебя.
Дверь закрылась. Он остался один в этой стерильной пустоте, с запахом своего же пота и секса, который казался теперь актом насилия над чем-то нечеловеческим. Его руки ещё помнили упругость её ягодиц, холод её кожи. Его живот сжимался от спазма. Он поднял с пола что-то мелкое и блестящее – не то чешуйка, не то кристаллик, выпавший из её сумки.
Он сжал его в кулаке, пока острые грани не впились в ладонь. Страх ушёл. Его сменила ярость. Чистая, горючая. Его использовали. Как предмет. Как самца для сбора данных. И эта мысль жгла сильнее любого унижения.
Он не будет ждать. Он найдёт её. И её хозяев. И выбьет ответы из их холодных, прекрасных глоток.
Глава 3: След инопланетного
Холод её кожи не смывался. Он въелся в подушечки пальцев, втянулся в поры. Максим сидел в своей квартире, сжимая и разжимая кулак, как будто пытался выдавить из памяти это ощущение – упругую, инертную плоть её ягодиц под своей ладонью, тот странный, пружинящий отклик, будто давил не на мышцы, а на высокотехнологичный гель. Записка «не ищи меня», лежавшая на столе, была не просьбой, а вызовом. Такой же холодный и точный, как и она сама.
– Нахуй твои правила, – пробормотал он в тишину, и его голос прозвучал хрипло, чуждо. Желание увидеть её снова было физической болью где-то под рёбрами, тупой и настойчивой. Но теперь к нему примешивался другой голод – голод правды. Его использовали. Как инструмент. Как исследуемый образец. И эта мысль жгла яростнее любого унижения.
Он вспомнил её сбивчивые фразы про окраину, про заброшенные места. Не информация, а крошки, намеренно обронённые. Приманка? Ловушка? Неважно. Это был единственный след.
Заброшенный индустриальный парк на краю города походил на окаменевшие внутренности какого-то мёртвого гиганта. Ржавые фермы мостов упирались в грязное небо, бетон был иссечён трещинами, из которых пробивалась ядовито-зелёная плесень. Воздух пах озоном, металлом и тлением. Идеальное место, чтобы спрятать то, что не должно быть увидено.
Максим припарковался в полукилометре, под развалинами эстакады. Адреналин горькой слюной выступил во рту. Он крался, прижимаясь к теням ржавых цистерн, его шаги не издавали звука на грунте, перемешанном со стеклом и окалиной. Сердце молотило рёбра – не от страха, а от яростного предвкушения.
И тогда он увидел их.
В пролёте между двумя цехами, в полосе тусклого света, падавшего сквозь разорванную крышу, стояли они. Четыре фигуры. Или одна, отражённая в кривых зеркалах. Длинные тёмные волосы, одинаковые чёрные комбинезоны, облегающие, как вторая кожа. Движения – не просто синхронные, а с математической точностью, будто их управлял один процессор. Лара была среди них. Или та, что он принял за Лару.
Он прижался к холодной металлической балке, дыхание застряло в горле. Его взгляд скользил по ним, выискивая различия. Не находил. Та же безупречная, мёртвая геометрия плеч, тот же изгиб спины, тот же упругий, соблазнительный контур бёдер и ягодиц, который теперь вызывал в нём не желание, а спазматическую тошноту, смешанную с животным возбуждением. Его тело помнило то, чем разум уже брезговал.
Они передавали друг другу цилиндры из матового металла. Звуки, долетавшие до него, были лишены человеческих интонаций. Монотонный поток шипящих, щёлкающих звуков, изредка прерываемый чёткими, но бессмысленными для него словами: «…фаза ассимиляции завершена… квантовый отклик стабилен… передача образцов в сеть…»
– Сучки, – выдохнул он беззвучно, и слово было наполнено ненавистью и той самой постыдной тягой, которую он не мог искоренить. Он представил, как срывает с них эти комбинезоны, обнажая ту холодную, белую плоть, как оставляет синяки на этих идеальных бёдрах, как заставляет эти безразличные лица исказиться наконец какой-то эмоцией – страхом, болью.
Одна из них, не Лара, повернула голову. Взгляд её пустых, тёмных глаз прошёлся по его укрытию. Максим замёр, чувствуя, как холодный пот стекает по позвоночнику. Она смотрела прямо на него. Или сквозь него. Через несколько бесконечных секунд она так же плавно отвернулась, продолжив беседу.
Его трясло. Не от страха быть обнаруженным, а от осознания. Это не люди. Не клоны в человеческом понимании. Это… изделия. Биологические машины. И его с одной из них свела не страсть, а какая-то хирургически точная программа. Мысль была невыносима.
Они закончили и стали расходиться с той же беззвучной эффективностью. Лара – или её двойник – пошла в сторону дальнего ангара. Максим, движимый слепой яростью, пополз за ней, забыв об осторожности. Её походка была той самой, от которой у него в паху сжималось – эти плавные покачивания бёдер, эта уверенность. Теперь он видел в этом лишь бездушную работу идеальных суставов и мышц.
Он потерял её из виду за углом. На том месте, где они стояли, на замасленном бетоне, лежало несколько предметов. Он подобрал один – небольшой, холодный осколок того же материала, что и цилиндры. И ещё кое-что. Тонкую, почти невесомую плёнку, похожую на сброшенную кожу или на высохшую биологическую мембрану. Она пахла… ничем. Абсолютной, стерильной пустотой.
В кармане жгло найденное. Но в голове горело сильнее. Он поднял взгляд на грязное небо. «Сбор урожая», – прошептал он, вспоминали обрывки их речи. Урожая чего? Людей? Эмоций? Генетического материала?
Он шёл назад к машине, и каждый шаг отдавался в висках тяжёлым, ясным стуком. Иллюзии не осталось. Он видел механизм, одетый в плоть, созданный для какой-то непостижимой цели. Лара была агентом. Шпионом. Исследователем. И их ночь вместе была не грехом, не страстью, а… полевой работой. Сбором данных о реакции примата под кодовым названием «Максим».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.