Юрий Буреве – Комната желаний: Эротические рассказы (страница 5)

Лера стояла перед Киром, чувствуя, как его взгляд проникает в самые тёмные уголки её души. Воздух в VIP-зоне казался гуще, чем в остальном клубе, пропитанный запахом дорогого парфюма и скрытых желаний. Она понимала, что каждое её слово, каждый жест сейчас – это игра на выживание. Её тело, уже начавшее терять былую упругость без таблеток, напоминало о цене, которую она заплатит, если не убедит его.

– Я не просто хочу эти таблетки, – начала она, понизив голос до шёпота, чтобы заставить его наклониться ближе. – Они – моя жизнь. Без них я теряю всё: красоту, силу, саму себя. Я видела, что они могут, и я не могу вернуться к тому, кем была. Ты знаешь, о чём я. Ты ведь сам видишь, как они меняют людей. Помоги мне, и я отдам всё, что у меня есть.

Её слова повисли в воздухе, как тяжёлый дым. Кир смотрел на неё, не отрываясь, его губы изогнулись в едва уловимой улыбке, но глаза оставались холодными, как лёд. Он откинулся назад, скрестив руки на груди, и сделал паузу, словно наслаждаясь её отчаянием.

– Всё, что у тебя есть? – переспросил он, растягивая слова. – А что у тебя есть, Лера? Ты пришла сюда без денег, без связей. Твоя одежда пахнет дешёвым мылом, а в глазах – страх. Но… – он наклонился вперёд, его голос стал ниже, почти интимным, – в тебе есть что-то ещё. Голод. Не просто к таблеткам. К власти над собой. К тому, чтобы не быть жертвой. Это я могу уважать.

Лера почувствовала, как по спине пробежал холод. Он видел её насквозь, и это пугало больше, чем его репутация. Она сглотнула, стараясь сохранить самообладание, и кивнула.

– Ты прав. Я хочу быть больше, чем была. И я сделаю что угодно, чтобы это получить. Назови свою цену, – её голос дрожал, но в нём звучала решимость.

Кир рассмеялся – коротко, резко, как звук ломающегося стекла. Он махнул рукой своему человеку, и тот принёс небольшую чёрную коробку, инкрустированную серебром. Открыв её, Кир достал маленький флакон с таблетками, которые Лера узнала бы из тысячи. Они переливались в тусклом свете клуба, словно крошечные звёзды, обещающие спасение.

– Вот твоя жизнь, – сказал он, крутя флакон между пальцами. – Но ничто не даётся просто так. Ты хочешь их? Тогда докажи, что готова принадлежать этому миру. Не мне, не кому-то ещё – этому месту, этим правилам. Сегодня ты станешь частью "Ночной совы". И поверь, это не просто слова.

Он щёлкнул пальцами, и музыка в клубе стала громче, басы заглушили всё вокруг, превратив пространство в пульсирующий хаос. Двое его людей подошли ближе, их лица были непроницаемы, но в движениях чувствовалась угроза. Лера напряглась, но Кир поднял руку, останавливая их.

– Не бойся. Это не про боль, – его улыбка стала шире, но в ней не было тепла. – Это про подчинение. Про то, чтобы отдать себя полностью. Здесь, перед всеми, ты покажешь, что готова. Сними куртку. Пусть они видят, кто ты.

Лера замерла. Её сердце колотилось так сильно, что казалось, его стук заглушает даже музыку. Она понимала, что это не просто просьба – это условие. Её пальцы медленно потянулись к молнии куртки, кожа под ней уже не была той идеальной, какой была неделю назад, но всё ещё хранила следы былого совершенства. Она знала, что взгляды десятков людей, скрытых в тени клуба, уже прикованы к ней. И всё же, стиснув зубы, она расстегнула куртку и сбросила её на пол, оставшись в тонкой майке, под которой проступали очертания её тела.

Кир смотрел, не отрываясь, его взгляд был одновременно оценивающим и хищным. Толпа вокруг VIP-зоны начала шептаться, кто-то издал низкий свист, но Лера не слышала ничего, кроме собственного дыхания. Её кожа горела от стыда и адреналина, но она не отвела глаз от Кира. Это была её плата, её входной билет.

– Хорошо, – наконец сказал он, его голос прорезал шум, как нож. – Ты смелее, чем я думал. Но это только начало. Танцуй, Лера. Покажи, что ты жива. Покажи, что ты достойна.

Он кивнул в сторону танцпола, где тела сплетались в ритме музыки, словно в каком-то первобытном ритуале. Лера поняла, что это не просто унижение – это испытание. Она шагнула вперёд, чувствуя, как взгляды следуют за ней, как воздух становится вязким от напряжения. Её движения были скованными сначала, но постепенно она позволила музыке вести её, закрыв глаза и отдавшись ритму. Её тело, даже теряя былую силу, всё ещё помнило, как привлекать, как завораживать. Она танцевала, словно это был её последний шанс, её последняя ночь.

Когда музыка стихла, она остановилась, тяжело дыша, пот стекал по вискам. Толпа вокруг молчала, но в этом молчании было что-то тяжёлое, почти осязаемое. Кир встал, медленно хлопая в ладоши. Его улыбка стала шире, но теперь в ней сквозила тень одобрения.

– Ты прошла, – сказал он, подходя ближе. Его рука легла на её плечо, пальцы были холодными, но касание обожгло. Он наклонился к её уху, его дыхание коснулось кожи, и шёпот был почти ласковым, но полным угрозы. – Теперь ты моя. Не в буквальном смысле, нет. Но ты принадлежишь этому месту. И пока ты играешь по правилам, таблетки будут твоими. А если нарушишь… ты знаешь, что бывает с теми, кто предаёт "Ночную сову".

Он отступил, протягивая ей флакон. Лера взяла его дрожащими руками, чувствуя, как внутри смешиваются облегчение и страх. Она знала, что только что продала часть своей души, но в этот момент, когда её пальцы сжали спасительный флакон, это казалось справедливой ценой.

Кир повернулся к своим людям, бросив через плечо:

– Пусть остаётся. Сегодня она наша. А завтра… завтра посмотрим, насколько далеко она готова зайти.

Он

– Вы по карте будете оплачивать?

– Да.

Девушка расплатилась и, упаковав продукты, вышла из магазина. Села на скамейку, чтобы передохнуть перед тем, чтобы поехать домой. Жара стояла достаточно сильной, поэтому кондиционер автомобиля помогал, но проблема была потом выйти обратно на улицу, что можно было получить термический контраст. Она сидела на скамейке, поставив рядом пакет с продуктами.

Ноги раздвинула, чтобы освежить промежность, которая распаривалась от жары ещё больше, потому что довольно объёмные бёдра сводились плотно, что часто парни, когда пытались засовывать ей, начинали трахать её промежность в темноте, и её порой очень забавляло, и часто приводило к тому, что она начинала смеяться, а парни начинали комплексовать, думая, что она смеётся над его размерами. Особенно в такую ситуацию попадали молодые, но некоторые выпившие, которых она ловила у баров и ресторанов на выходе, предлагая подбросить до дома, а потом всячески выжимала от них всю сперму, если, конечно, они не засыпали раньше, пока она спустит трусы или штаны, потому что трусы не всегда носила.

Ира сидела на твёрдой деревянной скамейке и вспомнила случай, когда её трахнул на деревянных паллетах водитель погрузчика, когда она зашла туда с проверкой и начала отмечать замечания по нарушению, так как она работала в этой компании инженером по технике безопасности, наверное, единственная женщина, которая была там, так как фирма специализировалась на строительных материалах и строительстве. Она после этого уволилась, хотя была на хорошем счету, но болтливый водитель хвальбой перед коллегами не только в результате добился того, что её уволили, но и лишил себя дальнейшего траха с ней, потому что она ему обещала заходить и дальше в его смену, и ей понравился его дикий нрав и большой член, который разворошил ей влагалище за полчаса.

Она могла остаться, но все начали на неё смотреть, точнее, на её задницу, что даже такая ненасытная нимфоманка не выдержала постоянного внимания со стороны персонала. Сейчас она работала дизайнером, переучившись, правда, не поняла ещё, нравится ей новая профессия или нет, но ей хватало на минимальные потребности и красивое дорогое бельё, которое она покупала постоянно, и никак не могла остановиться, тратя вновь и вновь деньги на маленькие кусочки материи, но очень изящные с её точки зрения. Она очень огорчалась, что парни, когда начинали раздевать её перед сексом, просто обыденно снимали с неё эти трусики, без никаких комплиментов об их уникальной красоте. Зато часто нахваливали её пышные половые губы, которые раздваивались, образуя глубокую впадину без дна. Они часто начинали мастурбировать раньше, чем она успевала лечь удобную для неё или его позицию, и часто первые пять минут секса приводило к болям на уровне ног, рук, они часто изгибались не в той позиции, и это походило на поиск муравья на её теле. Её то поворачивали то в одну сторону, то в другую, то боком, пристраиваясь и примеряя позицию, чтобы трахать.

– Вам плохо?

– С чего вы решили?

– Вы грустная.

– Жара. Устала. Домой ещё нужно доехать

– Могу проводить до дома.

– Нет. Спасибо, с незнакомыми мужчинами я домой не еду, – сказала Ира.

Её бриджи сидели настолько плотно на её теле, что казалось, что они просто прилипли так навсегда, или её тело просто покрасили под цвет бриджей. А район промежности показывал два бугорка, между ними разве была немного свободная ткань, не контактирующая с телом, которая казалась натянута между. Она сегодня возвращалась с дневной тренировки из спортзала и тренировала ноги, поэтому они у неё действительно устали, и она уже выходила из магазина, как затраханная, придерживая ягодицы и поправляя их руками, как будто они от этого изменят форму.