Юрий Богданов – Пуля до 13 (страница 4)

– Не найдем? – эхом откликнулась Иринка.

– Я сказал, если не найдем, – уточнил архимаг, – то для Вельхиора это действительно грозит большими неприятностями.

– Мы найдем, – утешил я Иришку, прижимая ее к себе. – Мы просто обязаны. Ради нас.

– И ради будущего Вельхиора, – продолжил архимаг, тревожно глядя куда-то вверх. И да помогут нам Боги.

Глава 3

Снова в бой и снова битва,

На опасности плюя,

Ради сына, Вельхиора,

Не жалея живота.

И порвать врагов готовы,

Но теряем мы друзей.

Невзираем на угрозы

И на посулы чертей.

И полны сердца отваги

Нет в них трусости и зла.

Мы – противники порока.

Мы – сторонники добра.

– А девчонка не проста, – сказал мне Ильхем, когда мы остались с ним наедине, а Иринка пошла спать.

– Ты о медальоне, – спросил я архимага. – Мне кажется…

– Это знак Корвина. Юрик, я могу ошибаться в некоторых вещах, но буква «К» внутри круга. Такой же медальон и тоже из золота всегда болтался на его шее, вплоть до его исчезновения.

– Да и дед Сангир перед смертью мне сказал, что нашел его на ее шее, вместе с корзиной, где она лежала, вся в черном. Не хочешь ли ты сказать, что Иринка – дочь Корвина?

– Юр, я не знаю. У него при жизни Родерика было столько власти и тайн, что все может быть. Я ничего не исключаю. Вполне возможно, что у Корвина могли быть дети. Ты же усел сотворить троих. Неужели у Корвина было меньше шансов? При его то власти и деньгах. Официальных не было уж точно, кардинал никогда не был женат. А уж о неофициальных я молчу. Об этом никто не знает, боюсь, что даже сам кардинал. Я, конечно, постараюсь пробить по своим каналам, но боюсь, у нас нет времени, даже при наличии такого мага как ты. И если Иринка действительно его дочь, пусть даже и внебрачная, то при наличии такого внука, боюсь под угрозой находится не только Вельхиор, но и Дарина, и все мы, и даже, возможно, вся планета. Ладно, давай спать. Утро вечера мудренее.

Однако заснуть я не мог. Поначалу, я вслушивался в посапывание Иринки. После к ней подключился храп архимага. Но все было тщетно. Сон никак не хотел ко мне идти. Я лежал и думал о превратностях судьбы, о Силейне, Дарине и об Иринке, об их родственниках, о своих, которых я очень давно не видел.

Вот так, ворочаясь и думая обо всем и понемногу, я и промучился до утра, лишь перед рассветом забывшись коротким тревожным сном.

– Ну, что, ты все еще мучаешься в сомнениях? – спросил, подходя ко мне улыбающийся Даг.

– Не понял? – сказал я, оглядываясь. Судя по всему, я находился на поляне какого-то леса или рощи. На этой же поляне кроме нас с чертом находились еще несколько человек, облаченных в одежды, наподобие монашеской и с колпаками на головах., плотным кольцом обступивших что-то находящееся между ними. Там же среди них я заметил и Корвина с неизменным талисманом, буквой «К» в круге на цепи, болтающейся на шее и сверкающей в отблесках костра, хорошо видной даже на таком расстоянии.

– О. И он тут, – сказал я Дагу, кивая на кардинала.

– Ну, естественно, – ответил черт, снимая капюшон. – Он же все-таки дед.

– Чей? – спросил я.

– Юр, ну перестань быть глупее, чем ты есть на самом деле. Корвин – дед Ильи, твоего сына, который сейчас проходит обряд посвящения мне. Для этого я тебя и позвал. Все же ты его отец. Ну, если, конечно, хочешь, можешь присоединиться. Мое предложение все еще в силе. Кстати, и она здесь.

– Кто? – спросил я, словно в полутрансе.

– Как кто? Иринка, его мать. Обнаженная и прекрасная. Идем, ты должен это видеть, – сказал черт, беря меня за руку. Его прикосновение обожгло меня словно каленым железом. Появилось непреодолимое желание отдернуть руку, но малодушничать перед представителем тьмы я не стал. Лишь стиснул зубы и пошел за ним, не зная почему и не контролируя своих действий, словно все это происходит не со мной, а с кем-то другим, а я всего лишь сторонний наблюдатель, который никоим образом не вмешивается во все происходящее.

Когда мы подошли, сатанисты, а это, как я смог догадаться, были они, расступились, пропуская своего хозяина и меня. Картина была следующей. На каменном алтаре в окружении слуг и почитателей Дага лежал обнаженный мальчик. У изголовья алтаря стояла в распахнутом плаще обнаженная Иринка, с каким-то безумным дьявольским блеском в глазах и поддергивающейся кривой усмешкой. В ногах стоял Корвин, подняв вверх руки и читая какое-то заклинание. С левой стороны встал черт, жестом приглашая меня встать напротив, и начал речь.

– Сегодня вы присутствуете при очень важном событии. Моменте, посвящения мне, пожалуй, величайшему магу времени. В этом ребенке кроется великая сила. И именно благодаря ему, это и другие измерения будут нашими. И да воцарится тьма! – воскликнул Даг, подняв руки.

– Воцарится тьма! Воцарится тьма! – прокричали его последователи, подняв руки. К своему ужасу я осознал, что проделываю тоже самое, не в силах противостоять ни толпе, ни возможному гипнозу. Из рук в руки передали ритуальные ножи, доставшиеся каждому по одному.

– А это интересно зачем? – подумал я.

– Ввести девственницу! – приказал черт, обращаясь к своим вассалам. – Ты знаешь, – обратился он вполголоса ко мне, – черт знает, что творится. Представляешь, еле нашел. Дети не считаются, а с девственницами, как я гляжу, у вас напряженка.

– Так это же… – сказал я, вглядываясь в приведенную слугами обнаженную девушку.

– Твоя двоюродная сестра. Ты уж, конечно, извини. Но в вашем измерении, тем более южном городе, целомудренных девушек надо было еще поискать. А времени, сам понимаешь.

– Так мы на земле?

– На ней, в твоем измерении. Даже скажу больше, в твоем городе. Роща Дубки, знаешь такую? Но, извини, обряд надо продолжать, заболтался я с тобой, – добавил Даг, обращаясь ко мне и, обернувшись, занес над девушкой нож.

– Нет! – закричал я, вдруг опомнившись и бросившись на черта. – Нет! Нет!

– Юра, Юра, ты что! Проснись! – раздалось рядом. Открыв глаза, я не сразу сообразил, где нахожусь. Было очень светло, а надо мной склонились Иринка и архимаг Ильхем. Придя в себя, я посмотрел на склонившегося архимага.

– Я знаю, где искать Илью, – сказал я Ильхему.

– Я тоже, – ответил он, глядя на меня. – Ну, что ж, отправляемся на твою родину.

– Но сначала навестим барона. У меня к нему много вопросов, – добавил я.

К барону мы отправились примерно через час, хорошенько позавтракав и набравшись сил. Надо ли говорить, что стражу и весь двор мы прошли без приключений. Я просто заморозил время.

– А он живой? – спросила меня Иринка, остановившись напротив стражника и трогая его за усы.

– А то какой же, – ответил я. – Просто мне это трудно объяснить, но время сейчас для нас по разному течет. Мы как бы находимся в разных временных промежутках. И если для нас пройдет минут пять, пока мы пересечем двор, то для него и остальных стражников пройдет не более доли секунды.

– Как интересно, – сказала Иринка, сдергивая со стражника тунику и оставляя того голым. – Ой, простите, я не удержалась, – добавила она, глядя на меня с Ильхемом. – Я просто давно хотела это сделать. Да и стражник, думаю, удивится. Тем более надо же сбить с него этот самодовольный вид.

И не успели мы с Ильхемом возразить, как Иринка уже сорвала одежду с женщины напротив, очевидно знатной, так как она была одета в довольно богатую и расшитую тунику.

– Ира! Одень ты их, мы опаздываем! – сказал я. – Да и заклинание не вечное, а мы еще на пол дороги.

– Ну, Юр, сделай новое. Пожалуйста, – добавила девушка. – Просто это баронесса, старшая дочь Рохлистера, довольно несносная особа, к тому же она меня неоднократно оскорбляла.

– Ира, нам нужно спасть твоего сына, – напомнил архимаг.

– Иду, иду, – сказала девушка, одевая тунику, снятую с женщины, на стражника. – Ну, вот, – сказала она, глядя на стражника в одежде баронессы, включая клипсы на ушах, и на баронессу, в тунике стражника и с алебардой. – Пусть сюрприз будет, – добавила она, глядя на меня. – А барона мы тоже заморозим? – поинтересовалась девушка с каким-то странным блеском в глазах. Отчего я на мгновение вспомнил сон и Иринку, стоявшую в нем у изголовья алтаря.

– Нет, – сказал я, зажмурившись и отгоняя видение. – Он как раз нужен нам живым и по возможности разговорчивым.

И мы продолжили движение. Причем я, и как я успел заметить и архимаг, начали подпитку из силовой линии лишь на секунду остановившись, но почти сразу продолжив путь. Когда мы подошли к двери барона, ведущей в его опочивальню, на улице уже стоял крик и визг баронессы.

– Сюрприз, – сказали мы в один голос с архимагом и, весело рассмеявшись, открыли дверь.

– Что, что, происходит? Кто вы? – закричал каким-то визгливым голосом барон, пытаясь укрыться под одеялом.

– Мы – твоя судьба, – сказал я. – Кстати, – добавил я, – но твоя задница, Рохлистер, мне знакома.

В ответ на мои слова Иринка и архимаг как-то странно на меня посмотрели. Причем у Ильхема непроизвольно брови поползли вверх, выражая крайнее удивление.

– Но, но. Я не в том смысле, что вы подумали.

– А о чем мы подумали? – спросил архимаг, все еще по особому на меня глядя.

– Явно не о том, – ответил я, нахмурив брови. – Просто в свое время я отклонил полет стрелы немного в сторону, тем самым спас жизнь одной волчице и поразив стрелой задницу барона, который, думая, что обрекает меня на смерть, отправил меня в Драконьи пещеры, где я и встретил Измира. Я правильно говорю, – прорычал я, стягивая с барона одеяло и выставляя того в неприглядном свете. Этакое чудо с очень маленьким достоинством и очень большим животом.