Юрий Берков – Саша – 2. Воспоминания о будущем (страница 17)

– А ты не петушись, милок, не петушись! То, что ты горяч, мы уже знаем. А ты спокойно, по-родственному, возьми и расскажи. Давайте-ка, нальём ещё по стопке. А то «по сухому» разговор не клеится.

Выпили ещё разок. Сергей порозовел, глаза заблестели. Он почувствовал раскованность, уверенность в себе. Раздражение прошло, и он решил, что, пожалуй, можно рассказать кое-что. Всё равно уже многое им известно. И студент стал рассказывать, где он родился и рос. Про свой посёлок на Волге, про отца и мать, про то, как приехал в далёкий Найск и поступил в институт, как встретил там Юлю. Рассказал и про Сашу, про его семью и про его родственника – космонавта Раковского.

Больше всего рассказ Сергея тронул Людмилу Александровну. Она вздыхала, охала, удивлялась, и уже не было никакой настороженности, враждебности в её взгляде. А Юрка сидел с открытым ртом и смотрел на Сергея как на инопланетянина.

– Вот это да! – восхищённо произнёс он. – А я-то сижу тут со своими свиньями и ни черта не знаю, что на свете-то делается! Оказывается уже вон до чего дошли! Замороженного покойника оживили!

Они выпили по третьей, и Пётр Антонович спросил:

– Ну а с дочкой-то, отчего раньше не поженились? Тянули столько.

– Женат я был, – ответил Сергей. – На школьной подруге женился. Родители уговорили. Любви у меня к ней не было. Жили так, по необходимости. Чтобы всё «как у людей» было.

– А когда развёлся, отчего ж с Юлей нормальную свадьбу не сыграли?

– Юля была уже на шестом месяце. Чего ж нам молодожёнов-то изображать? Да и не люблю я пышных торжеств. Фальшивые они какие-то. Шуму много, а толку… Первая моя свадьба очень пышной была… С тех пор у меня недоверие к пышным свадьбам. Любовь шума не любит, если она настоящая, а не показная.

– Это ты верно подметил. У нас с матерью тоже всё скромно было, а жизнь прожили душа в душу, – заметил Пётр Антонович.

– Ну, хоть бы нас-то пригласили, – не выдержала Любовь Александровна. – Пусть свадьба скромная, но родителей-то надо уважить!

– Так получилось, – сказал Сергей. – С нами тогда космонавт Раковский был. Он улетать собирался, а нам в качестве свадебного подарка квартиру купил. Не могли мы со свадьбой тянуть. Иначе бы и Сашку нам не отдали.

– А чего ж вы это чудо сюда не привезли? – спросил Юрка.

– Успеется ещё. Пусть на даче у Раковских отдыхает, к экзаменам готовится, – ответила Юля.

– Ну, что же, мать, всё теперь ясно, – констатировал Пётр Антонович. – Их тоже можно понять. Дела-то у них какие! Космонавты, наука! Это у нас с тобой всё просто. А молодёжь-то, она не так теперь живёт, интереснее. Старые мы с тобой. Многого не знаем. Я предлагаю считать их визит продолжением свадьбы. Как будто там был первый этап, а здесь второй начинается.

– Правильно! – поддержал Юрка. – Ты гений, батя. Я предлагаю выпить за молодых. За жениха и невесту!

– Сядь и помолчи, когда тебя не спрашивают! Я с матерью разговариваю, – осадил его отец. – Ты как, Мила, не возражаешь?

Глаза Людмилы Александровны наполнились теплом, она заулыбалась, встала из-за стола.

– А что, может и правда, ещё раз свадьбу сыграем? Скромную, но с родителями. Сегодня у нас, а потом к Серёжиным родителям поедем, познакомимся. Всё честь по чести. У них погуляем!

Идея Сергею понравилась. Он посмотрел на Юлю, та кивнула головой.

– Мы не против, – заявил «жених». – Свадьба, так свадьба.

Юрка встал из-за стола и наполнил стопки. Его прилично пошатывало.

– Ну, что же, – торжественно произнёс Пётр Антонович. – Тогда, мать, тебе слово.

Людмила Александровна поднялась, посмотрела на Юлю и Сергея счастливыми глазами и сказала:

– Дети мои, Серёжа и Юля, я благословляю вас. Живите дружно и счастливо. Дай бог вам здоровья, детей и любви. А остальное приложится.

Сергей с Юлей поднялись из-за стола, посмотрели друг на друга и почувствовали себя молодожёнами.

– Горько! – закричал Юрка. – Горько!

– Горько! – подхватили все.

Сергей обнял Юлю, поцеловал, затем поднял свою стопку, чокнулся со всеми и выпил. Юля улыбаясь, тоже чокнулась с родителями, но водку пить не стала, лишь помочила губы.

– А подарков-то свадебных мы им не приготовили! – всплеснула руками Людмила Александровна.

– Ничего, мать, подарки можно и завтра купить, – успокоил её Пётр Антонович.

Потом он произнёс тост за молодых и все выпили снова. Юрка полез целоваться к Сергею.

– Ты мне сразу понравился, свояк. Пошли моих свиней посмотрим? Я недавно ферму купил. Во ферма!

Сергею уже давно хотелось выйти по малой нужде, и он согласился. Они обнялись и, пошатываясь, двинулись в сторону свинарника.

– Ты меня уважаешь? – спросил Юрка.

– Ага, – ответил Сергей.

– Я тебя тоже. А свиней ты любишь?

– А как же?

– Я тоже. Вот они, хрюшечки мои родненькие!

Свиньи совали морды сквозь прутья решётки и хрюкали. Юрка шлёпал их ладонью по пяточку, чесал за ухом.

– А где у тебя тут можно отлить? – спросил Сергей.

– Да лей прямо туда, – показал Юрий в загон. – Я сейчас душ включу. Сергей, и Юрка за кампанию, встали рядом и стали поливать лежавшую на полу свиноматку. Сергей попал ей в ухо. Свинья недовольно хрюкнула, поднялась на ноги и стала трясти головой. Юрка хмыкнул.

– Ты как мой племяш, Серёга. Тот тоже любит поливать их. Озорной парень.

Затем он включил душ и свиньи, хрюкая, повставали с пластикового настила, подставляя бока под вращающиеся струи воды.

– Любят мыться, гады! Хоть и свиньи, а чистоплотные. Хочешь, покажу, как их забивают?

– Нет, не надо, – поморщился Сергей. – Не порти настроение. В другой раз покажешь. Сегодня всё-таки праздник, пусть живут. Я дарую им жизнь!

– Ну, тогда пошли домой. Пропустим ещё по рюмашке.

И они, пошатываясь, двинулись в сторону дома, поддерживая друг друга. С трудом поднялись на ступеньки крыльца, вошли в дом. Женщины сидели за столом и что-то оживлённо обсуждали. Сергей прислушался, но не смог различить ни слова. Фразы сливались в сплошной гул, текли как вода.

«Здорово я набрался», – подумал он.

Пётр Антонович заметил вошедших и громко объявил:

– Всё, жених на месте. Кончай базар, бабы. У меня есть тост. Предлагаю выпить за нашу будущую внучку, которая скоро появится на свет благодаря Сергею и Юле.

– Не надо бы вам сейчас детей-то, – вздохнула Людмила Александровна. – Юле год пропустить придётся, в учёбе отстанет. Да уж теперь чего говорить. Со вторым только не торопитесь. Пусть дочка институт закончит.

Снова выпили. У Юрки глаза уже смотрели в разные стороны.

– Молодец, Серёга! Поздравляю! Ты настоящий мужик! Дай я тебя обниму. – И Юрий повис на Сергее. – Ты главное, свояк, с детьми не тяни. Чем больше, тем лучше. Скорей вырастут – помощниками будут. А девка – это тоже неплохо, в хозяйстве пригодиться. Будет за братьями меньшими смотреть, по дому помогать.

Потом подошла Лена и увела вконец захмелевшего мужа спать. На его месте оказался Пётр Антонович.

– Давай-ка поговорим, зятёк, как мужчины, – предложил он, наливая очередную стопку. – Ты как?

– Я в н..н..норме.., – ответил Сергей запинаясь.

– Тогда порррядок…

Через полчаса Юля заметила, что Сергей уже в дымину пьян. Разговаривая с отцом, он еле ворочал языком и утирал слёзы.

– Пойдём, пойдём, Серёжа, отдохни, – предложила Юля. – Ты уже хорош. Папа, ну что ты его так напоил?!

– Ничего, дочка. Всё в н..норме. Зато мы теперь познакомились по-настоящему. Мужик он ничего, только ершистый малость и в голове у него винегрет. Всё мне про какие-то хромосомы рассказывал, про закон Менделя. А теперь вот кажется ему, что сидит он в тюрьме. Сидит и плачет! Причём тут тюрьма?

– Да слушай ты его больше! Он совсем уже ничего не соображает! – в сердцах воскликнула Юля и потащила Сергея наверх. Лена помогала ей, поддерживая с другой стороны.

Занятия

Ближе к ужину Раковские с Сашей вернулись на дачу. Саше не терпелось поскорее приступить к занятиям. Он боялся, что не осилит школьную программу до конца августа, да и бездельничать ему уже порядком надоело. Последний раз он серьёзно занимался ещё в детском доме. И тогда он уже понял, что не знает и половины того, что положено по программе. Программы по всем предметам значительно отличались от тех, что были 84 года назад.

Они зашли в кабинет Георгия Евгеньевича, и Валера спросил: