Юрий Артемьев – Время разбрасывать камни, и время собирать их (страница 2)

— Ерунда какая-то… — не согласилась Маринка.

— Придумай какую-нибудь другую версию! — посоветовал ей я.

— А где мы? — пискнула Анечка откуда-то у меня из подмышки.

— Не знаю. — а что я ещё мог ей ответить? — Море тёплое. Песок мягкий. Похоже, что где-то там же, на каком-то из Карибских островов.

— Но вокруг нас никого нет…

— Ага. — добавила более старшая подруга. — Вокруг вообще ничего нет. Вон вдали какие-то деревья низковатые растут. Ну, или, может, кусты. Отсюда и не видать толком… Ну и всё, что можно разглядеть в зоне видимости. А остальное — только море и песок.

— Ты меня не бросишь? — вдруг спросила меня маленькая девочка, прижавшись ко мне сильно-сильно.

— Ну, что ты, Анечка. Мы теперь всегда будем вместе.

Что удивительно, это то, что в отличие от прошлого нашего перемещения, мы с Лёшкой остались прежними. А ещё с нами вместе переместились и наши девушки. При этом все мы были одеты в то же самое одеяние, в котором слушали вместе с Судоплатовым сообщение о ядерной тревоге в Соединённых Штатах Америки. Правда Лёшка и Маринка щеголяли в выданной им кубинскими друзьями военной форме без знаков различия. В той самой форме, которую почти не снимая носил команданте Фидель Кастро Рус. Удобная такая, с кармашками… А вот мы с Анечкой одеты были, как легкомысленные туристы. На мне джинсы и рубашка с короткими рукавами, а на Анюте, так и вовсе, лёгкое платьице, не прикрывающее колен. С обувью дело обстояло примерно так же. У Лёхи с Маринкой на ногах — военные ботинки, у меня кроссовки, а у Ани — босоножки на босу ногу.

Знать бы заранее, что так произойдёт, то я бы не только оделся по-походному, но и рюкзачок кое-какой собрал бы с собой. Ведь в отличие от прошлого нашего перемещения, мы прихватили с собой не только сознание с опытом всей прошлой жизни, но и свои тела, одежду… А что ещё?

Я сунул руку в карман, и нащупал складной перочинный ножик, по типу швейцарского с разными лезвиями. Таскал его с собой, так, на всякий случай.

Да… Ситуация.

Где мы?

Когда нас застал взрыв атомной бомбы неизвестного по мощности заряда, мы находились в одной из шикарных комнат довольно-таки шикарного отеля. Кто-то мне сказал, что это была бывшая вилла какого-то Дю Пона. Но мне-то по фигу. Где сейчас эта вилла? Куда ни глянь, никакого жилья на горизонте не наблюдается. Может если подняться чуть повыше, что-то и можно будет разглядеть? Но с этим чуть позже разберёмся. Первым делом надо уточнить всё ли в порядке со всеми, и попробовать всё-таки выяснить как мы сюда попали… А ещё лучше, постараться понять куда мы попали. Потому что, как мне кажется, это уже не Куба.

Лёха с Маринкой о чём-то разговаривали. К ним присоединилась и Анюта. Марина приобняла её, а та прижималась к ней, как к старшей сестрёнке, словно бы в поисках защиты… Защиты от чего? Да от всего. А особенно от той неизвестности, которая нас сейчас окружает со всех сторон.

Ну а я, не знаю даже почему, решил пройтись по кромке берега и изучить мусор, что приносили волны… Вот такая у меня вдруг дурацкая идея появилась.

Мусор, как мусор… Обычное дело. Кусочки побуревших водорослей, какие-то обтёсанные и обкатанные прибоев палочки и веточки… Ракушки умерших моллюсков, рыбья скелетики, камушки разные… И много-много всяких белёсых осколочков разного калибра… Сперва я их тоже приравнял к деревяшкам, но… Половинка челюсти с сохранившимися зубами, навела меня на мысль, что и другие белые «как бы деревяшки», это остатки костей…

Челюсть явно принадлежала ранее какому-то хищнику средних размеров. Волк или собака. А может и ещё кто другой. Я не патологоанатом и даже не палеонтолог, чтобы по кусочку кости определить, внешний вид того, от кого эта косточка осталась.

Ну а то, что куда ни глянь, на весь берег простирается это полоска из белых осколочков, наводит только на одну мысль… Это ж-ж-ж — неспроста. Похоже, что «песок» на нашем белоснежном пляже, тоже может быть остатками чьих-о костей. Я взял в ладонь горсть песка. Да, нет, вроде бы… Песок, как песок…

— Ты чего там, в песочек играешь? — послышался голос Маринки.

Ехидная, как всегда и в любой ситуации. Ну, ладно. Я сейчас ей настроение подправлю…

Прихватив часть чьей-то челюсти и ещё пару останков покрупнее, подошёл к ребятам.

— Мариночка! Если захочешь поиграться тут на пляже и закопать своего Лёшеньку в песочек, то имей в виду, что это не совсем обычный песок. По большей части он состоит из этого.

Я протянул ей свои находки.

— Что это? — отдёрнула она руку.

— Вот это — часть челюсти какого-то хищного зверя, размером с большую собаку, а это… Хрен его знает. Толи кусок от большой берцовой кости человека, то ли часть ноги коровы…

— Это что? — вписался в разговор Лёшка. — Берег слоновой кости?

— Ага. — сыронизировал я. — Берег хреновой кости. Похоже, что тут вообще, только одни кости и есть. Ты в небо смотрел?

— А чё там? Небо, как небо… Облака…

— А птицы? Хоть во все стороны гляди, ни единой тёмной точки на горизонте. Да и не слышно ничего, кроме того, как волны накатывают и откатывают…

— Думаешь, что все сдохли?

— Не исключаю и такого варианта.

— От радиации?

— Лёша! Не задавай вопросов, ответов на которые нет не только у меня, но и не у кого из здесь присутствующих! Ты помнишь хоть что-то про последствия ядерного взрыва?

— Ну-у… Блин. Не более того, что в армии давали. Вас там что, не учили этому? «Вспышка справа!», «вспышка слева!»…

— Ага. Только не было команды «Вспышка со всех сторон!» и «Ты в эпицентре ядерного взрыва!»

— А ещё я помню… — продолжал Лёха. — Типа: Ударная волна, световое излучение, проникающая радиация…

— Ага. Радиоактивное заражение местности и прочее, прочее, прочее… Лёша! Ожоги, контузии и прочие механические повреждения нас миновали, как ты видишь. Насчёт лучевой болезни, потом узнаем. Но я пока ничего не ощущаю.

— Я тоже… Только пить хочется.

— Это не симптом радиоактивного заражения.

— Но пить всё равно хочется. — вклинилась в наш разговор Маринка.

— И мне тоже.

— Вон сколько воды. — кивнул я на море.

— Дурак! — ответила мне Маринка.

— Ладно. Проехали. Пора выбираться с этого райского берега.

— Куда? — наивно спросила Аня.

— Туда! — указал я направления в сторону от моря.

— О! Я ещё вспомнил…. — Лёшка поднял палец вверх. — Психологические травмы, вызванные стрессом и страхом.

— Анечка! Ты чего-нибудь боишься? — спросил я нашу самую младшенькую.

— С тобой я ничего не боюсь. — с улыбкой ответила она.

— Ну, вот видишь, Лёха. Никаких психологических травм в нашей группе не выявлено.

— А у меня ты даже не спросил? — язвительно спросила Маринка.

— Ты — сама по себе и есть психологическая травма. И горе тому, кто попробует тебя напугать или обидеть. Валькирии не подвержены страху, их не напугаешь каким-то стрессом. Они живут в этос состоянии и несут разрушение и смерть врагам и завистникам. — пафосно проговорил я.

— Лёша! Я не поняла. Он чего… Обидел меня или как? — спросила Маринка у своего бойфренда.

— Глупенькая! Он же тебя похвалил. Сказал, что тебе не страшны враги и недруги. И что это они тебя должны бояться.

— А-а… Понятно. А то я ему уже хотела врезать.

— Не смей трогать Сашеньку! Он мой! — заслонила меня своим щуплым тельцем Анечка.

Глупая ситуация… Стоим хрен знает где, на хрен знает каком пустынном берегу, в хрен знает каком времени и ржём все вместе в полный голос, как стадо диких лошадей… И плевать на то, что вся эта местность, включая песок под нашими ногами, заражена радиацией. И плевать на то, что весь мир в труху… Мы потом с этим разберёмся. А сейчас нам весело и смешно. А пока мы смеёмся, весь остальной мир подождёт немного. Мы ещё к нему вернёмся.

Я стоял и улыбался. Да пошло оно всё к чертям собачьим! Мы живы. Мы вместе. И плевать на то, в каком мы месте. Почему-то мне кажется, что всё будет хорошо…

Глава 2

Глава вторая.

Все мы букашки на теле Земли, но всё же букашки мыслящие.

Мы жаждем истины, находим лишь сомнения.

Мы ищем счастья, нам награда смерть и горе.

Мы пленники земного притяжения,