Юрий Артемьев – Братья по крови (страница 2)
Мы тогда с ним вовремя слиняли. Иначе бы нам не поздоровилось. Если бы менты нас приняли, то могли бы и срок намотать. Ну а как же… Все остальные в отрубе лежат. И только мы, как два богатыря. Сильно помятые, слегка побитые, но не побеждённые. И на своих ногах ушли.
Ушли красиво… На соседней улице нам удалось поймать такси и доехать до Курского вокзала, а там уже распрощались и, обменявшись телефонами, разъехались в разные стороны. Москва большая…
ГКЧП застал меня на работе. Что там творилось в остальной части Москвы, я толком и не знал тогда. У нас ввели режим «Крепость». Заперлись у себя в отделении и, вооружившись автоматами, сидели по кабинетам. Ждали чего-то. Кто-то спал, кто-то пытался куда-то дозвониться. Связь работала еле-еле. А потом и вовсе телефоны отключились.
Я попил чайку да и завалился спать в обнимку с автоматом. Прямо на полу в кабинете. Мне не привыкать…
Вот так вот и проспали мы развал СССР. А проснулись уже совсем в другой стране, под другим флагом.
Сижу в кабинете. Скучаю. Чаёк попиваю. Я сегодня дежурный опер. А день весёлый – воскресенье. Отдел пуст. Дежурный следователь слинял на обед. Он живёт рядом, питается дома. Повезло…
У меня к чаю пряники каменного века, судя по твёрдости. Но ничего. Зубы молодые… Разгрызу.
Зарплаты в последнее время ни на что не хватает, хотя и выдают её чуть ли не пачками. Зато, если пересчитать в долларах, получится не больше пары зелёных бумажек не самого крупного номинала. Но пока ещё платят в рублях. Три ха-ха… Хотя и задерживают иногда выплаты. И это притом, что я не рядовой и не сержант, а старлей. Вот такая вот хрень… Мы тут на хрен никому не нужны.
А цены такие везде, что даже удивительно, как мы ещё живы. Я реально похудел за пару последних лет. Всё кругом напоминает зарисовки из времён НЭПа на заре советской власти. Жирные купцы нэпманы в наличии. Бандитов сколько угодно. Работяги последний хрен без соли доедают. Зато старики недоедают, старую одежду донашивают, доживают кое-как. Вымирают. Молодежь ворует, колется, нюхает. В последнее время из нашего отдела уволились уже почти треть. В основном семейные. У них своя правда. Детей кормить надо не разговорами о честности и светлом будущем, а реальной едой. У коммерсантов-то платят побольше. А уж если удастся пристроиться куда-нибудь в совместное предприятие, где платят живыми баксами, то это вообще как крупный выигрыш в лотерею.
Те, кто остаётся служить в органах, подрабатывают как могут. Кто-то таксует. Кто-то дежурит, охраняя новых русских коммерсантов в свои выходные.
Взамен уволившихся приходят молодые, голодные и злые. Как раз те, кого призвали в армию ещё при Советском Союзе, а вернулись уже в Российскую Федерацию. Ничего не понимающие в окружающей их жизни, но имеющие жгучее желание получить всё и сразу. На заводах и фабриках не платят, а у нас пока ещё платят иногда. Да ещё, как в том анекдоте: «Пистолет дали, и живи как хочешь…»
Шум в коридоре отрывает меня от грустных мыслей. Похоже, что кого-то притащили. Опять принимать заявления, писать бесконечные протоколы и брать объяснения у всяких терпил, твёрдо зная, что украденное у них никогда не найдётся.
Выхожу в коридор, иду в сторону дежурки.
Упс… Не угадал. Никаких ограбленных и заплаканных потерпевших нет.
Зато гаишники притащили двух мутантов в кожаных куртках. Уже упакованы в наручники, но при этом имеют наглый вид и держатся довольно дерзко. Ну-ну… Посмотрим.
– Здорово, парни! Что тут у нас?
Капитан гайцов спокойно вещает:
– Вон у этого ствол за поясом был. А у водилы документы левые.
– Капитан! Пошли пошепчемся ко мне в кабинет…
А проходя мимо дежурки, кидаю дежурному:
– Вася! Сможешь организовать понятых? Только чтобы по-русски понимали и паспорт был.
– Сделаю…
В кабинете мне гаишник подробно всё объяснил. У чела в правах написано, что выданы они в Калининградской области в этом году. А серия и номер были списаны и утилизированы в Литовской ССР в середине прошлого года.
– О как… Ну ты просто профи, капитан!
– На том стоим, старлей…
– А что у них за тачка?
– «Девятка».
– С доками?
– Там всё ровно… По доверенности.
– Ну и чё? Он тебе денег предлагал?
Капитан чуть не сплюнул на пол. Но сдержался…
– Понимаешь… Сто баксов – это, конечно, хорошо, но…
– Но в данном случае мало.
– Вот именно. Да ещё он борзеть начал. Голос повышать. А тут ещё второй из машины вылез, а у него из-под куртки волына торчит. Ну, мы его под автомат, в кандалы и сюда. Даже мяукнуть не успел.
– «Макар» у него?
– Нет, ТТ. Был бы ПМ, так я бы с ним по-другому разговаривал. У нас недавно на МКАДе экипаж расстреляли. Два ПМ забрали у парней. Перехват объявили. Но что толку…
– Ну да… При таком раскладе сто баксов – это не деньги. А сколько нормально будет?
– Ну… Штука как минимум.
– На двоих?
– Каждому… – Старая шутка заходит на ура.
– Ты уже своих оповестил?
– Нет пока. Оформишь правильно – поделим палку. Не срастётся… Ну что же. Бывает.
– А что? Есть шанс, что не срастётся?
– Легко…
– Обоснуй!
– На волыну у этого бумага на кармане найдётся, что нашёл типа, нёс сдавать в милицию, а тут мы.
– Думаешь, прокатит у него такая шняга?
– Завтра понедельник. Придёт начальство на работу. Им позвонят откуда-нибудь сверху. Или занесут конвертик. И всё дело посыплется как карточный домик. Только мы при этом с тобой не получим ни хрена. Кроме кучи лишних бумаг в качестве отписок. А потом ещё выговор вкатят за плохую раскрываемость.
– И что ты предлагаешь?
– Поработай с ними! Я тебя знаю. У тебя и не такое получается. А я к вечеру заеду. Если не срастётся, всё напишу как надо. Рапорт и т. д.
– Окей, договорились! А с тем, у кого права липовые, что делать? Он без оружия, надеюсь?
– Пустой. Ощупали его. Чистый. А давай так сделаем… Если клиент с тэтэшкой дозреет, то отпустим и этого, а если нет, то обоих и закроем.
– Ага… Попытаемся закрыть. Ты же сам говорил.
– Ну да… Ты прав. Попытаемся. Знаешь, как всё это достало?
– А то… Конечно, знаю… В одной лодке тонем. Ладно. Пойду сперва возьму того, который с волыной. А документы этого водятла пока тоже пусть у меня полежат.
У дежурки уже стояли и мялись два полупьяных типчика. Похоже, что это и есть мои понятые.
– Вась! А более трезвых не нашлось?
– Какие есть. Скажи спасибо, что хоть такие нашлись в воскресенье.
Ну да… В будние дни с понятыми попроще.
– Давай ко мне сперва вот этого! – Я указал на бугая с торчащей из-за ремня рукоятью ТТ. – А что, гаишники наручники не забрали?
– Не. Мы уже свои перецепили.
– Верну потом. Ключ у меня есть.
– Твой ключ не подойдёт. У нас другая серия.