Юрий Артемьев – Братья по крови. Книга пятая. Особо опасен (страница 53)

Я сполоснул грибы в проточной воде ручья. И сразу же их нарезал для супа. Учитывая то, что за грибами я ходил не с корзиной, а с кастрюлей, то сразу же и воды набрал.

Какие только дурацкие мысли не приходят в голову, пока занимаешься рутинной работой. Хотя здравые мысли всё-таки есть в моих рассуждениях. Плыву я здесь, по воле волн, и без руля, и без витрин. И, как мне кажется, пора уже с этим завязывать. Ну, грохну я Стива Джобса. Ну и что? Найдётся другой умник. Можно, конечно, взорвать к чертям собачьим всю их Силиконовую долину, которая, впрочем, ещё не стала такой глобальной, какой она будет лет через десять-двадцать. Так они всё равно восстановятся через какое-то время. Пустые хлопоты и мышиная возня. Вот как можно охарактеризовать наши потуги что-то тут натворить. Единственное, что у нас тут хорошо получилось — это проникновение и легализация. Хотя мы и не легализовались пока ещё тут как следует. Может нам тут к ним в армию записаться? А потом изнутри разрушать их доблестные вооружённые силы оптом и в розницу. Мысль забавная, но малоосуществимая. С нашими поддельными документами может и не проканать легенда.

Я вернулся на место нашей стоянки. Алёнка уже сумела натаскать кучу сушняка и сидела довольная и гордая собой.

— Молодец! — похвалил я её. — Ладненько. А теперь займёмся нашим супчиком.

21 сентября. 1974 год.

США. Штат Вашингтон.

Алексей Тихий.

— Ты не голодна? — спросил я Маринку.

— Ещё как. Завтрака у нас не было, а сейчас уже время ближе к обеду.

— Да, ладно тебе. Какой обед? Утро ещё только началось.

— А жрать уже охота не по-детски.

— Фу… как грубо.

— А ты, что, думал, что я тургеневская барышня?

— Я думал, что ты девушка порядочная…

— Эй! Ты меня сейчас шлюхой обозвал?

Да… Разговор съехал куда-то не туда. Девочки — они такие девочки… Пора заканчивать, пока не поругались вдрызг.

— Ты что на завтрак будешь?

— Блинчики хочу.

— Растолстеешь.

— Сам дурак.

Вот и поговорили. Я съехал с дороги у ближайшей забегаловки. Надеюсь, что здесь нас покормят. И самое главное, чтобы блинчики были в меню.

После сытного завтрака Маринка определённо подобрела. А на улице уже стало немного жарковато. Солнце ещё не совсем в зените, но уже жарит, парит и шпарит не по-осеннему… Сытая подруга сразу же захотела переодеться. Я открыл багажник в поисках сумок с одеждой и обнаружил… Что в багажнике есть только сумки с одеждой. Правда, ещё было всякое туристическое барахло: Палатка, спальники, котелки…

Бляха муха… Сука… Других слов у меня просто не было. причём высказывался я исключительно вслух. Маринка слушала меня, слушала, а потом высказалась довольно-таки иронично:

— И этот человек учил меня хорошим манерам.

— Марина! Ты не понимаешь… Это полный пи**ец.

— А теперь постарайся мне перевести с русского-устного на русский-литературный всё, что ты сказал. И желательно перейти с русского на английский, а то на нас уже оглядываются.

Я выдохнул. Досчитал от нуля до десяти и обратно. Снова выдохнул… И медленно выговаривая слова, произнёс на чистом английском:

— Факинг шит! Кто укладывал сумки в багажник машины?

— Алёнка… А что такое? — поинтересовалась подруга.

— Эта… нехорошая самка собаки… Всё туристическое снаряжение положила в багажник нашей машины.

— Правильно. Это я ей так посоветовала. Потому что у них багажник маленький и все эти палатки и прочее не влезало…

— Значит это не она дура, а вы обе сразу?

— А чё сразу, «дура»? Лёш! Ты вообще что ли с дуба рухнул?

Выдох. Вдох… Один, два три… десять, девять… три, два, один… Вдох. Выдох…

— Мариночка! Ты не могла бы мне помочь? Я никак не могу найти сумку с оружием. Хотя бы с каким-нибудь… Пусть это будет даже меч-кладенец или булава с кистенём… Где это всё? Чего-то я ничего не вижу…

— Ой!… — очень эмоционально ойкнула «Мариночка»… — Совсем ничего нет?

— Ну, почему же… У меня остался пистолет. Я у Сашки взял, когда мы на парковку заехали. Там даже осталось целых три патрона. Как раз хватит, чтобы застрелиться.

— Нас же двое, а патронов три. — наивно спросила Маринка.

— А в некоторых придётся два раза стрелять, чтоб уж наверняка.

— Может, догоним Сашку и…

— Прошло уже больше часа. Он уже в горах где-нибудь. И хрен мы его найдём в тамошних лесах.

— И что делать?

— Снять штаны и бегать…

— Но мы же не собираемся никого убивать… пока…

— Девочка моя… Ты вообще в курсе, что происходит там… за пределами нашей машины?

— Ну… — протянула она… — Сашка сказал, что в СССР что-то произошло…

— Военный переворот. Смена власти. И хрен знает чего ещё. Но мало того… По имеющейся у Сашки информации, нас предали.

— Кто?

— Ты не поверишь… Но ему сказали, что майор Васин, с которым мы прилетели сюда, добровольно сдался ЦРУ.

— Это правда?

— А никто не знает. Сашка даже никогда не видел ту девку, с которой он общался по телефону в Нью-Йорке.

— Так может это всё не так?

— Может… Но надо быть готовым к любым неприятностям. Переодевайся! Но куртку всё равно оставь в салоне. Пусть будет рядом. Сентябрь… Погода может ещё и поменяться.

Пока подруга переодевалась, вызывая повышенное внимание прохожих, я стал тщательно изучать содержимое нашего багажника. С точки зрения нашей легенды: «Парочка едет в горы, чтобы отдохнуть на природе вдали от цивилизации». Всё в норме. Есть всё, что надо… Кроме оружия. Потому что из оружия нашлись только топор и кухонный нож.

А это, что за на фиг? Рука нащупала среди одежды в сумке с походной одеждой что-то более твёрдое. Прямоугольный пакет, тщательно завёрнутый в плотную непрозрачную плёнку. Развернув, обнаружил целую кучу разномастных документов. Отдельно лежащие, несколько фотографий, водительское удостоверение, какие-то справки и британский паспорт на имя Декстера Моргана Мурмана. А этот Декстер даже немного похож на Сашку… А, значит и на меня тоже. Вроде бы волосы немного посветлее, а так… Если не приглядываться, могут и проканать ксивочки. Только я под британца не смогу косить. С английским языком у меня плоховато. А британский гражданин, хреново спикающий на инглише, вызовет обоснованные подозрение.

Так… Что тут ещё? Водительское удостоверение уже американского образца на имя Райена О̕«Доннела. Причём даже без фотографии. Судя по фамилии — ирландец. Значит, практически любой белый с этими правами может машиной управлять. Хотя можно и нарваться. Ведь среди копов тоже ирландцы попадаются. Могут и распознать. Принцип: 'Свой — чужой» никто не отменял. А ирландского языка я не знаю.

А вот и два американских паспорта. Открываю один, со вложенными внутрь правами. Хуанита Молина. Это, наверное, документы его погибшей побруги. На втором же паспорте вижу реальную фотку с Сашкиной физиономией. И его немецкое имя Готлиб Штилльман.

А как же Сашка без документов уехал? — спрашивает меня Маринка, заглядывая мне через плечо.

— У него права остались на имя Готлиба. Этого вполне достаточно.

— Оружия никакого нет? — снова спросила подруга.

— Ну, почему же. Есть. Топор, кухонный нож, пара вилок и пистолет с тремя патронами. На один раз хватит отбиться… — отшутился я.

— А если серьёзно?

— Ну, а если серьёзно, то я бы с удовольствием бы ограбил какой-нибудь оружейный магазин.

— Ты уверен, что получится?

— Не-а…