Юрий Артемьев – Братья по крови. Книга первая (страница 60)
— Я не умею шить обувь. Не умею вязать свитера и шарфы. А ещё я не умею шить майки, трусы и купальники. У тебя есть купальник?
— Есть. Но он прошлогодний. Он мне в самый раз, но…
— Я помню. Ты — выросла. Вот пойдём и посмотрим, что там есть на тебя…
17 июня. 1974 год.
Москва. Таганская площадь.
Универмаг «Звёздочка».
На первом этаже были игрушки, немного канцтоваров, спортивный отдел и ещё чего-то… Раньше, в том моём детстве, это был мой любимый этаж, но теперь мы его поглядели, так, мельком… Ладно я, но игрушки совсем не заинтересовали Анюту.
— Тебе не нравятся куклы?
— Хм… Я уже выросла…
— А плюшевые игрушки:
— У меня был мишка.
— Был? А что с ним стало?
— Он… Больше его нет.
— Ладно. Проехали… Пошли на второй этаж. Там одежда и обувь должна быть.
Да… Уныло и печально. Я даже не смог найти себе футболку. Пришлось и дальше ходить с жирным пятном на груди, оставшимся от руки этой Светы.
А Анюту я немного переодел. Она у меня стала теперь пионеркой. Синенькая юбочка и белая рубашка с шевроном на рукаве. Галстук повязывать не стали, хотя я и купил на всякий случай три штуки. Вдруг база отдыха, обещанная Васиным будет с пионерским уклоном, а у нас и нет ничего. Не в джинсах же ходить на пионерскую линейку. Я подумал, подумал, да и купил нам с Лёшкой тоже по рубашке и паре шорт пионерского образца.
Больше особо смотреть было нечего. Анюта ушла смотреть нижнее бельё. Я не стал её сопровождать. Сказал, чтобы выбрала получше, а денег я потом дам…
Плавки на мальчиков были убогие… И как я в прошлой жизни в них ходил? Сейчас ни в жисть не надену такое безобразие. Лучше сошью себе спортивные шорты без карманов из лёгкой ткани или в семейных трусах буду плавать. Только резинку нужно усилить. А то я помню, как бывало. Нырнёшь с тарзанки… А потом всплываешь отдельно от трусов.
Чего она там навыбирала я не смотрел. Просто оплатил в кассу три рубля шестьдесят две копейки, посмеявшись про себя получившейся сумме, эквивалентной стоимости бутылки водки.
Ну, а потом я решил окончательно завершить шопинг этого дня посещение магазина «Ткани», который как раз и присутствовал на Таганской площади наискосок от «Звёздочки».
Мой рюкзак уже был заполнен нашими покупками. Полиэтиленовые пакеты ещё не получили своё распространение. Они были, но в сильном дефиците… Кажется ими тоже торговали спекулянты. А ещё в «Берёзке» давали вместе с покупками… В основном все покупки заворачивали в бумагу разных оттенков и плотности и перевязывали бумажным шпагатом, если свёрток получался большим.
17 июня. 1974 год.
Москва. Таганская площадь.
Магазин «Ткани».
Мы так увлеклись с Аней шопингом, что совсем забыли позвонить на работу её маме. Хорошо ещё, что у самого входа в магазин, на углу дома, торчала телефонная будка. Выдав Анюте две копейки, я стал ждать. Оказалось, что так просто Елене Николаевне не дозвонится. Аня действовала по какому-то алгоритму. Сначала попросила какого-то невидимого мне собеседника соединить её с каким-то отделом, и только потом попросила уже кого-то другого позвать к телефону Елену Сколик. Пришлось ещё немного подождать. Лишь через пару минут Аня сказала в трубку:
— Привет, мам! Мы тут с Сашей…
Я жестом попросил у Ани передать мне трубку.
— Здравствуйте, Елена Николаевна! Тут такое дело…
Вкратце. Я пересказал события последних нескольких часов. И то, что по телефону мне нахамили, и про эпическую битву с «этой Светой»… Сказал, что мы поехали в магазин тканей, а после будем шить у нас там, в Новогиреево. Пообещал, что накормлю Анечку обедом и напою чаем с печеньками.
Конечно, голос у Аниной мамы был не слишком довольным, но она сказала, что после работы заедет за дочкой сама.
— Ну, вот… Разрешение получено. — сказал я, повесив трубку. — Мне строго приказали накормить тебя обедом. Есть хочешь?
— Пока нет… Пошли ткани смотреть!
Нас чуть не затолкали разнокалиберные тётки всех возрастов. Они подходили, щупали ткани, задавали продавцам дурацкие вопросы, а нас либо отодвигали в сторону, как досадное препятствие, либо просто оттирали от прилавков своими телесами. Я нашёл в магазине более-менее «безопасный» угол, поставил туда Аню, вручил ей рюкзак, и сказал никуда не уходить. Ну а сам бросился вперёд в самый круговорот толпы, усердно работая локтями.
Оказалось, что толпа вызвана наличием тюля, который «выбросили» внезапно даже для самих продавцов. Так как мне тюль был не нужен, я стал искать другие ткани. Первой тканью, которая меня заинтересовала, была хлопчатобумажная саржа, какого-то непонятного буро-бежевого цвета. Но не хаки… Зелёного оттенка ткань не имела. А мне понравилось. Из похожего материала через год начнут шить стройотрядовскую форму. Я подёргал уголок, помял ткань… Вроде ничего… Стал прикидывать сколько мне надо такой ткани. Но тут же обнаружил точно такую же ткань, только более светлую… Фантазию было уже не остановить… Ширина у ткани была странная. Не полтора метра, как у джинсовой или плащевой, и не девяносто сантиметров, как у хлопчатобумажной фланельки. Сто десять сантиметров… Ладно. Буду считать как х/б. Мелочиться не стал. Взял двенадцать метров и той, и той… Отнёс упакованные в бумагу ткани Ане и решил пройти в противоположный конец магазина…
Как я мог забыть такую фенечку всех магазинов торгующих тканями? Остатки и мерный лоскут. В самом дальнем углу пёстрая стопка разных отрезов. На каждом куске бумажка с метражом приколота. Набрал разного. Потом разберусь, что пригодится, и из чего только кухонные прихватки только и делать.
Ну, всё. Хватит! Забираю Аню, обвешанную бумажными свёртками и вывожу её на улицу… Конечно же, тут же отбираю у неё всё. после чего она выдыхает с облегчением.
— Ну, ты чего там так долго?
— Извини! Ты ещё не проголодалась? Тут недалеко есть палатка. Там пончики пекут.
Глазки у девочки загорелись.
— Да. Мы с мамой там иногда покупаем пончики с пудрой. Вкусные.
— Тогда пойдём и возьмём целый килограмм.
— Зачем килограмм? Мы же столько не съедим. — испуганно возражает Анюта.
— А ты хочешь есть их прямо на улице, грязными руками, обсыпаясь сахарной пудрой? Нет. Мы возьмём и поедем с ними к нам домой. А там вместе с Лёшей и тётей Наташей съедим их с чаем за столом, как приличные люди…
— Хорошо!
Да… Трудна дорога в двести метров. До пончиков мы сразу не дошли.
Как я мог забыть. Тут же за углом прячется маленький магазинчик, про который знают все мальчишки в этом районе. Называется он «Рыболов-спортсмен». И продают там всякоё колющее, режущее и вообще прикольное.
Внутрь с тюками я не пошёл. Снова навесил на девочку весь груз разом. Всё равно Анюте в этом магазине нечего делать. Это мужской мир.
Долго я там не задержался. Купил два больших складных ножа себе и Лёшке. И ещё один маленький, в котором даже были маленькие ножницы. А ещё увидел и купил два мотка шнура. Один белого, а другой какого-то бурого цвета. Будет теперь что вдёргивать в капюшон. И вообще пригодится… Заодно купил два походных рюкзака-колобка. Мы же в поездку на море собираемся. Джинсовый рюкзак — это городской пижон. А походный — он как раз походный и есть… Один рюкзак убрал внутрь другого. Туда же запихнул и все тюки с тканями. Вот и колобок нарисовался… Пришлось его надеть на спину. Анюты пыталась отобрать у меня джинсовый рюкзак, но я взвесил его на руке и понял, что для неё это будет тяжеловато. Да и для меня весь груз оказался не таким уж и лёгким. Ну, ничего. Нам бы только до пончиков добраться.
Очередь была человек десять. Но двигалась быстро. На подходе к окошку, из которого доносился умопомрачительный запах, можно было увидеть машину пекущую пончики. Колечки из нежного теста ныряли в кипящее масло и плыли не спеша по закольцованному бассейну. Посредине пути металлическая лопатка их переворачивала и дальше они «загорали» уже другим боком… А потом снова из масла появлялась лопатка, и подхватив свежеиспечённый пончик, выбрасывала его в лоток. Залипательное зрелище… Можно бесконечно долго смотреть, как горит огонь, как течёт вода, и как эта гениальная машина печёт пончики…
Получив два бумажных пакета с пончиками, мы быстро поймали такси и минут через двадцать уже входили в знакомый подъезд. Третий этаж. Звонок в дверь.
Странно. Первым, что мы услышали, было:
— Явились, не запылились!
17 июня. 1974 год.
Москва. Новогиреево.
Интересно… А на чём приехал Васин, если ни «Волги», ни какой-нибудь другой машины у подъезда я не заметил.
— Ну, чего ты на детей напал, ирод? Давай я их сперва обедом накормлю. И сам поешь. А уж потом будете разговаривать…
— Наталья! Ты знаешь, что учудил этот юный герой?
— И знать не хочу… Садитесь кушать!
Сижу. На Васина гляжу. Он сидит напротив меня за кухонным столом и так же как и я, ест щи из свежей капусты. Вид у него, скажем так… Очень недовольный.
Анюта притихла с ложкой в руке. Похоже, что она чего-то боится.