Юрий Алексеев – Упавшая башня (страница 2)
– Удивительно, как быстро Вера почувствовала себя в классе как дома, – сказала молодая женщина
Яна вежливо кивнула и, ни на кого не глядя, быстро уехала на велосипеде. Лишь когда она оказалась у родительского дома, она снова смогла глубоко вздохнуть. Обычное функционирование всё ещё требовало от неё огромных усилий.
Яна села за письменный стол и стала открывать ящики в поисках ручки. Бумаги нотариуса нужно было подписать до первого марта. Она откладывала всё до последнего, но теперь должна была действовать. Тем более что ресторан был окончательно признан банкротом.
В одном из ящиков она нашла свою первую книгу о пасте. Яна провела рукой по испачканной обложке. На фотографии – паста all’amatriciana, абсолютный фаворит Энрико. Сделать этот, на первый взгляд простой, соус особенным и означало подлинное мастерство повара, говорил он всегда.
Она пролистала книгу, и перед ней возникли все знакомые рецепты. Когда-то Энрико касался этих же страниц. Слёзы снова подступили к глазам. Она больше никогда не попробует его пасту Альфредо и не сможет оценить его новую версию спагетти
Вдруг она захлопнула книгу. Готовить. Вот что ей нужно было делать. Это был бы лучший способ держать Энрико рядом с собой. Она схватила сумку и с энергией, какой не чувствовала уже много месяцев, сбежала по лестнице, влетела в пальто и выскочила наружу. Сначала – на рынок, а потом ещё до обеда взяться за дело. Она не могла дождаться.
– Мам, как вкусно пахнет, – сказала Вера, наклонившись над
– Хочешь попробовать? – спросила она, ополаскивая ножи.
– Нет, спасибо, – сказала Вера и уже мчалась к задней двери. – Я пойду поиграю на улице. Во сколько мы будем есть?
Ещё прежде, чем Яна успела ответить через час, Вера уже исчезла. Дочь вприпрыжку сбежала по садовой дорожке – точно так же, как когда-то в детстве делала она сама. Было трогательно, что родители приняли их к себе после теракта. Тем более что из-за долгов она больше не могла оплачивать аренду собственной квартиры. Но Яна понимала: они не смогут оставаться здесь вечно.
– Дорогая, снова божественный аромат, – сказал отец, входя на кухню. – Хочешь бокал красного вина?
Ее отец был дипломатом в Нидерландах, поэтому все свое детство Яна провела в этой стране, им повезло (или отец так смог устроить), что они никуда не переезжали и жили все время в Гааге, в доме из которого открывался замечательный вид на Северное море.
Она прекрасно говорила по-голландски и по-английски, начав разговаривать на них раньше, чем по-русски. Даже сейчас, хотя разговорный русский у нее ей был прекрасный, она предпочитали писать по-английски.
– Пойдёшь с нами в оранжерею? Мы с мамой хотим кое-что с тобой обсудить. – Не дожидаясь ответа, он наполнил три бокала, добавил миску с чипсами и поставил всё на поднос.
Хотя ей было уже сорок шесть, в таком тоне отца трудно было ослушаться. Он был добрым человеком, но строгим отцом. Её брак с Энрико стал её самым большим актом неповиновения. В своё время он был категорически против, считал Энрико ей не ровней, но после свадьбы всегда поддерживал их.
Она убавила огонь и пошла в оранжерею. Мать уже устроилась в своём любимом кресле.
– Садись поудобнее, милая, – сказала она, указывая на место рядом с собой.
Яна скинула обувь и свернулась в кресле.– Говорите. В чём дело? Вы хотите, чтобы я начала искать собственное жильё? Я понимаю, но…
– Но-но, – сказал отец, делая успокаивающий жест. – Речь совсем не об этом. Ты и Вера можете оставаться здесь столько, сколько вам нужно. Мы понимаем твоё сложное финансовое положение. Конечно, стыдно, что Энрико оставил вас в таком разорении, но…
– Боря, сейчас речь тоже не об этом, – с улыбкой перебила его мать. Она всегда умела мягко направлять мужа.
– Мы хотели бы предложить тебе съездить в отпуск.
– В отпуск? Но у Веры школа, и у меня ни гроша.
Родители рассмеялись одновременно.
– Именно такой реакции мы и ожидали, – сказала мать, отпив вина. – Но прошёл уже год. Вера здесь успокоилась, а ты в последние недели, благодаря готовке, заметно выбралась из своего горя. Мы правда гордимся тобой и считаем, что пришло время подумать о себе. Просто немного пожить в удовольствие. Мы заплатим.
Яна могла бы назвать как минимум десять причин, почему отпуск сейчас – не лучшая идея. Но мысль о передышке звучала слишком заманчиво. И она точно знала, куда хотела бы поехать. Уже некоторое время её ждало приглашение. Она сжала руку матери.
– Какой прекрасный подарок. Спасибо вам большое.
Они познакомились с Энрико в поезде. Яна ехала из Москвы в Архангельск: отца вернули в Россию, и он ожидал официального увольнения со службы, чтобы затем снова вернуться в Гаагу и зажить там почётным пенсионером. Родители были расстроены, хотя событие это и было ожидаемым. Яна же радовалась возможности пожить в России и много путешествовала – в основном поездом, поскольку в Европе не бывает таких поездов: стучащих, колоритных, с дальними переездами по нескольку дней.
Из Москвы она выезжала одна. В купе, кроме неё, никого не было, и она, отложив айфон – связь была плохая, – читала книгу, разумеется, на английском.
В Ярославле, когда поезд уже набрал ход и она успела порадоваться, что останется одна, дверь купе открылась, и вошёл черноволосый обаятельный мужчина, по виду – иностранец. На нём был коричневый твидовый пиджак, под которым виднелся канареечно-жёлтый джемпер; бледно-голубые Levi’s обтягивали его стройные, мускулистые ноги. Когда он присел на диван, из-под джинсов показались красные носки с зелёными полосками – очевидно, Falke. На ногах – по европейской моде – коричневые полуботинки.
– Доброе утро, – с акцентом произнёс он, подтвердив первое впечатление.
– Доброе утро, – ответила Яна по-английски, подумав про себя: «Итальянец?.. Или испанец?»
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.