Юрист Музы – Могилы Богов: Мальчик, который хотел выжить (страница 6)
Еще одна очередь, теперь к кладовщице. Прижимая дневник к груди, я пытаюсь справиться со все возрастающим волнением. Как там делается дыхательная гимнастика? Вдох на четыре счета, задержка на семь, выдох на восемь. Постыдными воспоминаниями пытаюсь вызвать в себе гнев. Я не жертва. Больше не жертва. Сколько можно терпеть издевательства этих отморозков?!
Сжимая в кулаке монеты, иду к лестнице. Вокруг другие дети, но это неважно. Они не помогли мне. Теперь не помогут и им.
Внутри холодея от ужаса, я решительным шагом подхожу к Бледному.
– Гони рюкзак, Вонючка! – он с издевкой смотрит на меня сверху вниз.
Преодолевая оцепенение, бью его по лицу. Кулак напрягаю в последний момент, как учили книги. Я попыталась вложить в удар всю свою силу, но Дик даже не дрогнул. Ответ не заставил себя долго ждать.
***
В этот раз меня избили по-настоящему. Я плохо помню, как все было. После первого же удара у меня потемнело в глазах, и я упала на пол, закрываясь руками. Краем уха услышала, что монеты разлетелись с печальным звоном. Было больно и страшно. Мысли замерли, и все, что я могла сделать – это молиться Богам, чтобы это поскорее закончилось. Кажется, Бледный наклонился и что-то сказал. Наверное, очередную угрозу, если вдруг я опять попытаюсь от них защититься. Удары прекратились.
Переведя дух, я шевельнулась, и живот пронзило болью. Я издала сдавленный крик. Тяжело дыша, снова скукожилась и замерла.
Кого я пыталась обмануть?! Даже если они трусы, меня хулиганы бояться не станут. Да я бы и сама себя не испугалась. Тщедушная маленькая девочка, прочитавшая пару книг о ведении боя. Смешно же!
Будь я мальчиком, у меня был бы шанс. Или не обязательно я… Как было бы здорово, если бы какой-нибудь парень за меня заступился! Желательно, чтобы еще красивый. Я бы в него влюбилась, и он бы меня поцеловал… Как это было бы романтично! Рыцарь в сияющих доспехах, спасший свою даму от страшных монстров! Я с головой окунулась в фантазии…
Очнулась я от холода. Лежать на ледяном и твердом полу – сомнительное удовольствие. Вытерев слезы, я снова пошевелилась. Больно, но терпимо. Рюкзака не было видно. Потом поищу, сначала надо позаботиться о себе. С трудом поднявшись, я побрела в кабинет врача.
***
– Снимай форму, – скомандовал доктор Вотарг. Я разделась, оставшись только в бюстгальтере и трусиках. Смущенно глядя в пол, я покорно выполняла все указания врача. Он внимательно осмотрел меня, поворачивая в разные стороны. Помял суставы, потрогал живот. Вздохнув, доктор вернулся за стол и записал что-то в блокнот.
– Можешь одеваться, Мио. Признаков внутреннего кровотечения нет, переломов тоже. Только ушибы с гематомами. Заживляющая мазь у тебя еще осталась?
– Да, – прошептала я разочарованно. Было так больно, а это всего лишь синяки?! Почему-то мне хотелось, чтобы все было серьезно. Казалось, тогда уже хоть кто-то обратит внимание на мою проблему… Хотя я и понимала, что это глупо. Никто ничего не будет делать, даже если меня искалечат.
– Сейчас пройди в процедурный кабинет, обследуем на предмет внутренних повреждений. На всякий случай, просто чтобы убедиться.
Открыв магическую книгу, он записал назначения.
– Хорошо. Я могу идти? – спросила я печально.
– Еще минута, – сказал доктор Вотарг, не отрывая глаз от МК. – Как зовут твою учительницу?
– Профессор Ронна Адамалия.
– Хорошо, – он записал имя в блокнот. – Я поговорю с ней о тебе.
Неожиданно. Доктор Вотарг решил за меня заступиться?!
– Спасибо! Спасибо Вам огромное! – искренне поблагодарила я. – Вот только я не знаю, что Вы можете сделать… Если их накажут из-за меня, они ведь потом на мне отыграются. Мне только хуже будет.
– Не беспокойся об этом. Это задача взрослых – найти решение. А твоя задача – отдыхать и выздоравливать, Мио.
Он ободряюще улыбнулся.
На глаза навернулись слезы благодарности. Неужели он правда сможет вытащить меня из этого кошмара?!
***
В процедурной меня положили на сканер. Все органы оказались целы, только показатели печени не очень понравились врачу. Но пока ничего страшного, у нас у всех что-то «барахлит».
Вечером я вновь начала мечтать о поцелуе. Ну и что, что доктор Вотарг взрослый. Если не найду никого из ровесников, обязательно его попрошу. Он лучший в этой больнице. Даже если откажет, я хотя бы попытаюсь. Надо только набраться смелости.
***
Готовясь ко сну, я стягиваю парик. Спутанные каштановые кудри рассыпаются по прикроватной тумбочке. Провожу рукой по сантиметровому «ежику» на голове. Еще пара-тройка месяцев без болезни, и можно будет ходить со своими! Как раз ближе к лету, а то в парике голова потеет, когда жарко.
Я засыпала под теплым одеялом, слушая, как зима бессильно воет сквозняками.
***
Чтобы отвлечься от ноющей боли, я провела выходные в библиотеке, начав читать «Обреченный роман». Каждый ученик волшебника обязан дать три клятвы на крови. Первая: никогда не использовать магию во вред людям. Те, кто не давал этой клятвы, сразу считаются злыми, даже если они пока не сделали ничего плохого.
Вторая: не создавать людей и что-либо из людей. В первые десятилетия после изобретения магии возникло огромное количество монстров. Их использовали для войн. Эти варварские времена остались в прошлом, поэтому Совет девяти запретил магические эксперименты над людьми.
И третья: никогда не жениться и никак не касаться драгоценных металлов или денег. Волшебство – это огромная сила, и если у ее обладателей будет семья, которую можно взять в заложники, если их можно будет подкупить, то человечество погрузится в хаос. Чародеи обречены на бескорыстное служение людям.
У девушки по имени Миладея была старая мать, которая часто болела. Именно это обстоятельство позволило главной героине познакомиться с волшебником по имени Ромар.
Ее мать ждала своей очереди на исцеление. Когда маг появился в их доме, Миладея сразу поняла, кто перед ней. Темное длинное пальто, на груди ромбовидный медальон с восьмиконечной звездой магов и черные очки, скрывающие взгляд. Ромар устало опустился в кресло рядом с кроватью. Внимательно выслушав жалобы, волшебник коснулся ладонями живота пожилой женщины, и уже через несколько секунд мать Миладеи почувствовала облегчение. Встав, Ромар пошатнулся. Оказалось, он уже 12 часов был на ногах. Его смена закончилась, но отказать в помощи он не имел права. Магов на всех не хватало, а Совет девяти по-прежнему медлил с реформами и не позволял чародеям брать больше трех учеников за раз. Девушка угостила Ромара ужином, и они разговорились. Проникшись проблемами волшебного сообщества, Миладея собрала мирную демонстрацию у стен королевского дворца, требуя увеличить количество учеников магов. Протест был жестоко подавлен, многих арестовали. Выйдя на свободу, Миладея рассказала обо всем волшебнику, когда он в следующий раз пришел лечить ее мать. Ромар был удивлен неравнодушием девушки. Они вместе составили обращение к Совету девяти. Последовал формальный ответ, что увеличение числа учеников приведет к ослаблению контроля над ними. Магия – огромная сила, и если ее получит недоучка или хулиган, то это может привести к катастрофе. Но герои не собирались сдаваться.
Прикрываясь болезнью матери, Миладея организовывала их встречи. И вот однажды она призналась Ромару в любви. Не говоря ни слова, он покинул ее дом…
Потерев уставшие глаза, я усмехнулась. Прекрасно, теперь у меня болит не только тело, но и голова. Хорошо отвлеклась!
Очки.
Наступило морозное и темное утро понедельника. Сдав кровь, я поспешила в класс.
– Мио, а ты почему учебники не достаешь? – спросила профессор Адамалия, глядя на пустую парту передо мной.
– Я не знаю, где мой портфель. Спросите Дика, Зейма и Хари, куда они его дели.
Бросив взгляд на мои синяки, учительница раздосадованно махнула кошачьим хвостом и тяжело вздохнула.
– Пока возьми мой учебник. После занятий сходим к кладовщице, она выдаст тебе новый комплект.
Неужели доктор Вотарг все-таки с ней поговорил?! Теперь она верит мне без вопросов… Да наш врач просто ангел! Меня согрела волна благодарности.
Профессор Адамалия начала урок.
– Сегодня мы разберем произведение домагической эпохи. Язык – это живая структура, и он со временем меняется. И хотя мы можем понимать общий смысл, нам было бы сложно объясняться с древними. На странице 47 приведен отрывок текста, написанного семьсот лет назад. Кто хочет попробовать прочитать? Да, Мио!
Я поднялась и взяла в руки книгу. Шрифт был мелким и каким-то смазанным. Он сливался с бумагой. Света ламп не хватало… Я попыталась разобрать буквы.
– Д… Да… Давн… Давным…
Я замолчала. Кто только придумал делать такой маленький шрифт?! Я не могу даже пары слов связать! Мне стало стыдно.
– Что такое, Мио?
– В Вашем учебнике все слишком мелко написано.
– Мио, не выдумывай! Он такой же, каким был твой, – строго сказала учительница.
Обидно. Почему она опять мне не верит?!
– Но ведь это правда! – попыталась оправдаться я. – Вот же, сравните!
И я положила книгу рядом с учебником соседки по парте. Шрифт и там, и там был одинаково мелким и неразборчивым. Как за пару дней мог поменяться текст?! Страшная догадка холодными щупальцами расползлась по позвоночнику.
– Я… Я не вижу… Не вижу! – прошептала я, глядя на учительницу полными ужаса глазами.