Юрист Музы – Могилы Богов: Безжалостная жертва (страница 8)

Наю задевало его безразличие. Ей так хотелось привлечь его внимание, завладеть его мыслями, его телом и кровью… Не потому, что она была влюблена. Совсем не поэтому. Он явно был ее недостоин, он был надменен, опасен, непредсказуем, временами груб. Помешанный на своем идеальном монстре, он никогда бы не поставил ее во главу угла. А быть на вторых ролях вампирша, привыкшая к обожанию, не собиралась. Она это терпеть не станет. И ей безумно хотелось показать ему это. Доказать, что она достойна большего, достойна лучшего… что она достойна любви. Эта мысль не давала покоя, вызывая почти забытое щемящее чувство в груди. Она вновь ощущала себя совсем юной девушкой, которая пытается привлечь внимание недоступного и холодного взрослого. Умного, красивого, все знающего… Тогда, в далекой человеческой жизни, это было вполне объяснимо. Но теперь ведь она другая. Она старшего его и опытнее. Так в чем же дело?! Почему рядом с ним она чувствует себя несмышленой?! Разве владение магией может заменить годы опыта? Нет, не в этом дело, просто… За все это время чародей ни разу не посмотрел на нее, как на женщину. Галантность волшебника граничила с безразличием. Все его комплименты относились к ее вампирской сущности, а не к ней. Ее личность, ее желания и нужды его нисколько не интересовали. И этим он заставлял ее чувствовать себя неполноценной, что вызывало внутреннее возмущение. Поэтому Нае хотелось доказать. Ему, себе, всему миру – доказать, что она может, что она привлекательна, что она желанна, что она ценна. Поэтому она соблазнит его. Соблазнит, а потом бросит. Да, именно так она вернет себе контроль над своей жизнью.

И даже самой себе она не могла признаться, что этот новый план служит лишь предлогом, чтобы остаться; что ей необходимо мечтать о том, как она его бросит, потому что ее ужасает мысль, что Пожиратель младенцев может расстаться с ней первым.

Вампиры нередко заводили отношения, если это сулило какую-то выгоду, всерьез влюбляться в пищу считалось моветоном. И Ная не станет нарушать негласные правила. Это всего лишь беззаботная интрижка, которая закончится, как только она получит свое.

Твердо решив привести свой план по соблазнению в исполнение, Ная устроила засаду в обеденном зале.

***

Пожиратель младенцев появился там только вечером, когда включились лампы с мягким искусственным светом. Неужели он настолько увлечен созданием идеального монстра, что даже не чувствует голода?

– Ная, рад тебя видеть! – улыбнулся маг, наскоро кусая бутерброд с икрой. – Если вдруг тебе интересно… Чеснок работает по принципу аллергической реакции. Он вызывает раздражение, отек, зуд, удушье, и при этом отключает регенерацию. Однако смертельную дозу в естественных условиях получить очень сложно – вряд ли вампир «случайно» съест целую головку. Так что это средство способно скорее ослабить, чем убить.

– А зачем тебе убивать вампиров? – нервно усмехнулась девушка.

– Незачем, незачем, конечно! – заверил ее волшебник с набитым ртом. – Я просто хочу изучить все. В том числе ваши слабые стороны. Без полной информации создать лекарство от рака тела не получится.

– Знаешь, ты прав, – протянула Ная. – Нет ничего важнее, чем поиски лекарства. Поэтому я хочу помочь тебе в твоих исследованиях.

Пожиратель младенцев проглотил еду.

– Спасибо за предложение, но я справляюсь, – с натянутой улыбкой ответил он.

– И все же я вынуждена настаивать, – с кокетливым упрямством возразила Ная. – Ты все время проводишь в своей лаборатории, забываешь даже поесть! Я хочу стать ближе к тебе. Совместная активность сближает.

– Только не в этом случае.

– Почему? Почему ты меня отталкиваешь?! Разве ты не хочешь, чтобы я осталась с тобой?!

Ная прекрасно понимала, что это дешевая манипуляция, и даже не особо надеялась, что она сработает. Однако маг переменился в лице, отодвинул тарелку и поставил локти на стол, сцепив ладони у лица, будто прикрываясь от чужих глаз.

– Ная, ты не знаешь, о чем просишь… Повелитель боли заставлял меня совершать ужасные поступки, – тихо и серьезно сказал он. – Поступки, о которых я не хочу вспоминать. Я убивал. Я насиловал женщин. Я пытал людей.

По спине вампирши пробежал холодок. Да, она могла предполагать, но теперь это стало реальностью…

– Ты же знаешь, что связалась со злым волшебником. Ты ожидала чего-то иного?! – с вызовом спросил юноша, заметив ее реакцию.

Ная сделала глубокий вдох. Так, спокойно… Она ведь знает, зачем она здесь, и не собирается строить с ним отношения. Как будто это помешает ей соблазнить его! Как будто ей никогда раньше не попадались преступники! На Землях вампиров магическое поле обеспечивает соблюдение Конвенции «Красота за кровь», из-за чего другие волшебные воздействия ограничены. Например, поиск целого по части практически невозможен. Это привлекает к вампирам всякий сброд, скрывающийся от закона. Так чем маг хуже их?

Девушка подошла к волшебнику и обняла его. Тепло его живого тела успокаивало, и ей нравилось возвышаться над ним.

– Все хорошо, – прошептала она. – Мне все равно, что было в твоем прошлом. Теперь ты больше не такой. Теперь ты свободен от Повелителя боли.

Да, ведь если Ная отреагирует иначе, то ее план провалится. Теперь не он, а она его использует. Она его обманывает. Она имеет власть над ним.

Пожиратель младенцев мрачно усмехнулся:

– «Не такой»? Ная, я способен на ужасные вещи ради достижения своих целей. Мое прошлое оставило неизгладимые шрамы на моей душе. Для меня было рутиной то, о чем многие боятся даже подумать. Не осталось черты, которую я не смог бы преступить для создания идеального монстра.

– Но ведь ты говорил, что ненавидишь боль… – Ная отстранилась и посмотрела в изумрудные глаза мага.

– Да, но меня научили ее терпеть и причинять. Прежде чем лекарство поможет, его тестируют на мышах. Им придется расстаться с жизнью ради спасения миллионов. Иначе прогресс невозможен. Не я придумал эти жестокие законы. Но я смогу их изменить, и эта цель оправдывает любые жертвы. Ведь я кладу на алтарь не только чужие жизни, но и себя. Ты думаешь, я не чувствую жалости?! Ты думаешь, мне нравится видеть их страдания?! Думаешь, мне нравится то, что я делаю?! Нет. Я умираю вместе с каждой жертвой. Но кто еще способен это вынести, кроме ученика Повелителя боли?! У кого еще найдется сила и смелость пройти через все это?! – волшебник покачал головой. – Мое имя – это не пустой звук. Не обманывай себя. Я на самом деле Пожиратель младенцев. Но даже если в итоге я останусь единственным злодеем на земле – я готов заплатить эту цену. Твоя же жертва будет бессмысленной. Я не хочу, чтобы ты страдала.

Значит, она все-таки ему небезразлична… Но не так интересна, как его исследования.

– Неужели твой идеальный монстр того стоит?! – возмущенно спросила вампирша. – Почему?!

Чародей опустил взгляд. На его красивых тонких губах заиграла таинственная улыбка:

– Когда он появится, мир изменится навсегда. В конечном итоге, в лучшую сторону, даже если сначала придется сломать все до основания. Но это все – моя тайна. Никому не говори об этом, хорошо?

– Я все равно не понимаю, что именно…

– Ная, пожалуйста, – волшебник взял ее за руку и посмотрел ей в глаза. – Я и так уже сказал тебе гораздо больше, чем хотел. Не могу тебе отказать, просто безумие какое-то…

Девушка почувствовала скрытую радость от его слов. Она все-таки что-то для него значит! Она для него особенная!

– Знаешь ли, я тоже прошла через многое, – ответила Ная. – Меня сложно напугать. Просто позволь помочь тебе!

Пожиратель младенцев посмотрел на нее с сомнением. Что было в его изумрудных глазах? Страх разочаровать ее? Опасения за ее душу? Робкая надежда найти понимание и принятие даже самых страшных своих тайн?

– Тебе не понравится то, что ты увидишь, – тихо ответил маг.

– Пожалуйста, – попросила Ная, гладя ладонями лицо волшебника. – Что бы я там ни увидела, это вряд ли будет страшнее неизвестности.

***

Он сдался. Она добилась своего. Внутренне ликуя, Ная вошла через приоткрытую дубовую дверь в дальнем конце лаборатории. В нос ударил запах формалина и каких-то химикатов.

На слабо освещенном каменном столе в центре комнаты лежала обнаженная Ная. Нет, не она, но точная ее копия. На миг вампирше показалось, что она смотрит на себя со стороны, как бесплотный дух. Голова закружилась.

Руки и ноги двойника были крепко стянуты ремнями, глаза закрыты, лицо безмятежно. Можно было бы подумать, что девушка мертва, но ее бледная грудь мерно вздымалась и опадала.

– Не волнуйся, она не чувствует боли, – глухо сказал Пожиратель младенцев. – Вообще ничего не чувствует. Я лишил ее сознания.

– Рада это слышать, – машинально прошептала Ная, пытаясь прийти в себя. Она же сама этого хотела. Сама согласилась. Теперь не время раскисать! Но откуда ей было знать, насколько сложно будет смотреть на саму себя в таком беспомощном состоянии?! Девушка вдруг ощутила жгучее сочувствие к тому, кто лежал на этом холодном каменном столе. Действительно ли она ничего не чувствует или просто не может ничего сказать?!

– Теперь я изучаю воздействие ядов, – голос волшебника вывел ее из забытья. – Я попрошу тебя записывать мои наблюдения.

Ная не поняла, как в ее руках оказались блокнот и ручка. Сильные руки усадили ее в мягкое кресло.