Юра Куза – Вафель убивает смерть (страница 2)

– Вор? – мужчина встал, отбросив робота в снег, – Я клиент, и Хаус пожалеет о таком поведении.

– Идеально, – промурлыкала Иска.

Чуть позже Хит ел свой двойной бургер, не обращая внимания на вкус.

– А когда можно будет ещё?

– Ещё бургер?

– Нет, музей ломать.

– Слишком часто нельзя – по-настоящему удариться можешь.

Гарден действительно был садом. Огромным и заросшим сорняками яблоневым садом. За деревьями никто не ухаживал, так что яблоки на них созревали мелкие и кривые со всех сторон. Между деревьями стоял небольшой дом-сторожка, в котором жила Иска, а вокруг него – семь одинаковых серо-стальных боксов для детей. Когда жильцу бокса исполнялось восемнадцать, Иска помогала найти работу или пойти учиться – дальше нужно было заботиться о себе самостоятельно.

«Чудес не бывает» – девиз Гардена, и Хит с ним полностью согласен. В его жизни чудеса ни разу не случались, сколько бы он ни ждал. Фро считает, что ему очень повезло в восемнадцать открыть собственную кофейню, но она понятия не имеет, насколько тяжело для этого пришлось работать. Хит уверен, что заработал тут каждый стул и каждую чашку. Фро тринадцать, её не берут ни на что серьёзнее обычных столкновений, и даже здания она ходит ломать вместе с группой, не одна. Иска говорит, что девочки больше мечтают, поэтому даже в разрушении зданий от неё мало толка. Восхитится каким-нибудь средневековым замком – и врежется в стену. По-настоящему. В Гардене каждый месяц кто-нибудь попадает в травмпункт, чаще всего – с вывихом плеча, но особенно мечтательные могут и ногу сломать.

– Ты – лучший, – перед выпуском сказала ему Иска, – Я ни разу не видела, чтобы ты сомневался. Так хорошо отличать реальность и фантазию – это талант.

– Хочешь сказать, обычно человек не понимает, что он выдумал, а что – происходит по-настоящему?

– Конечно, нет. Люди постоянно сбегают в фантазию – каждую секунду. Им необходимо считать себя умнее, красивее или сильнее, чем есть на самом деле. Каждый считает себя не таким, как все. А на самом деле большинство движется по одной и той же схеме.

– И я тоже?

– Ты – нет.

– Почему ты так решила?

– Если бы ты был из большинства, то сейчас очень возмутился бы и начал доказывать, что ты не такой.

– Мне это не важно.

– А что важно?

– Что сегодня на ужин. Какая завтра будет погода. Где мне набить следующую татуировку.

– Но не каким ты будешь через десять лет?

– Это что, собеседование? Я не предсказатель. Через десять лет могу быть, например, мёртвым.

На самом деле, для такого будущего есть все шансы. Хита давно не берут на простые столкновения, он закрывает миры.

2. Афродита говорит много лишнего

Неужели так сложно запомнить имя? Или проговаривать его полностью – невыполнимая задача? Почему никому приходит в голову звать охранника кофейни Виви вместо Виталий Викторович, а имя Афродиты полностью произносит только Иска?

Сложно заставить принимать тебя всерьёз, если пока не получилось вырасти выше 155 сантиметров и в тринадцать лет выглядишь на десять. Как-то раз она твердо решила отзываться только на полное имя, так ребята в Гардене начали обращаться к ней по двое: один говорил «Афро», а второй продолжал «Дита». И ржали больше, чем обычно, гиены.

Кроме Афродиты и Иски девушек в Гардене нет – говорят, раньше была одна, но она то ли уехала куда-то, то ли сбежала до того, как взяли Афродиту.

Дело в том, что девушки проще поддаются иллюзиям Хауса – по крайней мере, так считается, хотя Афродита могла бы поспорить. Она в Гардене два года и до сих пор – младшая в группе. За это время уже пятеро мальчиков были дисквалифицированы, а она осталась. И кто теперь поддается иллюзиям?

Иску Афродита терпеть не может. Сильнее она ненавидит только отца – за то, что умер. Каждый день этот урод бил маму, а Афродита смотрела и думала, что ещё чуть-чуть вырастет и отомстит. Так, чтобы наверняка. Но он не дождался – умер сам. А потом не стало мамы и появилась Иска.

Иска опасная. Афродита не может объяснить, почему, да и не хочет никому объяснять, но в ней что-то не так. Отец не всегда дрался, и когда на него это находило, Афродита чувствовала заранее и пряталась. Так вот, Иска – постоянно такая. Как будто сейчас бить кого-то будет, причем очень сильно. За всё время в Гардене Афродита ни разу не видела, чтобы она действительно кого-то била, но видеть было не обязательно. Она просто чувствовала, и точно знала, что ощущения не обманывают.

Люди не всегда такие, какими выглядят. Иску парни в Гардене считают очень доброй, а Хита – агрессивным и страшным. На самом деле все наоборот. Хит – спокойный и милый, для Афродиты вместо брата. С тех пор, как он выпустился и открыл кофейню, Афродита практически поселилась там, возвращаясь в Гарден только на ночь. Все тут же начали шептаться, что она в Хита влюблена, но дело, конечно, не в этом.

На башню Афродита смотрела каждый день. Специально делала крюк по пути в кофейню, даже когда дождь шёл или было ужасно холодно. Она так хотела, чтобы Башня исчезла, что сегодня даже не сразу поняла, что желание сбылось.

Афродита никому об этом не рассказывала, но Иска как-то узнала сама – в Хаусе пропал её младший брат. Мама отправила его туда, чтобы защитить, хотела отправить и Афродиту, но та решила, что её помощь важнее дома. И зря, потому что настоящая опасность была в Хаусе – на второй год мелкого не стало. Мама ничего не объясняла, сказала, что это несчастный случай, но Фро понимала, что всё не так просто. Мелкий выглядел очень взрослым и уставшим, когда приезжал на лето, ни с того ни с сего стал постоянно носить шумоподавляющие наушники, и игнорировал всё, кроме учёбы.

Башня – самая мощная из иллюзий Хауса. То ли потому, что её создали над реальным зданием, то ли из-за того, что сам Смотритель – в ней, разрушить башню не могла даже Иска. Её видели все, обычные люди поднимались на смотровую площадку на самом верху, не подозревая, что у них под ногами триста метров пустоты, которую поддерживает их же тупая фантазия.

Больше всех мечтала мама, а когда с детства видишь, насколько опасно и бессмысленно прятаться от реальности, учишься отличать факты от выдумки.

И вот, сегодня верхние этажи башни стали аккуратно складываться, как карточный домик.

– Вы это видите? – на всякий случай спросила Афродита у стоящего рядом полицейского.

Тот сразу просиял:

– Конечно! Башня уходит на реконструкцию, вы не знали? Это самый современный способ.

– Спорим ты сейчас это придумал, – пробурчала Афродита, но её настроение уже ничего не могло испортить. У Хауса нет смотрителя на место Вафеля. Если он погиб, то их фантазиям конец. По-настоящему.

Афродита так торопилась поделиться новостями с Хитом, что на входе в кофейню чуть не сбила с ног мальчика, который задумчиво рассматривал меню.

– Прошу прощения, – почему-то сказал он.

– Не за что! То есть, за что? В общем, извините!

Пока Афродита рассказывала новости, мальчик бесшумно зашёл следом, забрался на высокий стул и повторил:

– Прошу прощения.

Хит положил перед ним меню, Афродита от нетерпения запихнула в рот сразу три бесплатных ириски.

– Чёрный кофе, самый крепкий, который у вас есть.

Хит дёрнул бровью, но пошёл готовить, а Афродита не удержалась.

– Тебе не рано?

Мальчик медленно повернул к ней голову, посмотрел сквозь рыжую чёлку.

– Прошу прощения?

– Ты другие слова знаешь?

Он пожал плечами и отвернулся, но Афродита уже завелась.

– В школу не надо?

– Я её закончил. А вот ты, кажется, нет.

– Я на домашнем обучении!

– Научись уважать старших.

– Иди убейся.

– Фро, повежливей с гостем, – не выдержал Хит.

– Идите убейтесь. Пожалуйста.

– Фро!

– Кажется, я мешаю, – взяв бумажный стакан с кофе, мальчик улыбнулся Хиту и направился к выходу.

– Простите, пожалуйста, я понятия не имею, какая муха её укусила. Заходите ещё, если… В общем, заходите.

– Конечно. У вас прекрасный кофе.

– Вот бесячий! – разворачивая пятую ириску, нахмурилась Афродита.

– Хочешь разрушить мой бизнес?