Юра Игнатов – ТО ЧТО Я ВИДЕЛ ВО СНЕ И В ЖИЗНИ (страница 8)

И это чувство обиды перерастает невольно в капающие из глаз горько-солёные слезы. Дни быстро летят, раны нанесённых обид и не исполненных желаний постепенно заживают, под носом и на подбородке появляется первый пушок, наступает переходный момент и юноша превращается в зрелого мужчину. Эта взрослая жизнь начинается с получением паспорта. Двери школы захлопнулись, впереди новая жизнь со своей радостью и смехом, горечью и печалью. Эта жизнь у всех складывается по разному и у всех при этом обязательно присутствует смех и слёзы. Смех когда на доске объявлений в вузе находишь свое имя в числе зачисленных, сдавших экзамены, слёзы когда тебя в этих списках нет. Проходят месяц за месяцем, день за днем, наступает время отдать долг Родине, послужить в армии и тут тебя преследуют эти два чувства. Чувство радости и гордости у родителей что их сын стал таким уже взрослым, слёзы что их чадо открывают от дома. Есть конечно и такие слёзы, они льются у тех кто не хотел бы служить в армии, это крокодильи слёзы. Затем армейский смех и радость, радость получение воинского звания, смех во время отдыха, во время подсчёта дней которые уже отслужил, и наконец от дембеля. Слёзы они больше текут произвольно или спрятаны где то там в глубине души. Стоя в наряде часовым на морозе ты тоже плачешь, но это другие слёзы, или в наряде по кухне, когда картофеле чистка сломалась, а перед тобой целая ванна мороженой картошки, хоть смейся, хоть плач, а солдат голодный это мишень для неприятеля.

Дембель, в душе чувство радости от встречи с родным городом, улицей где ты жил, с родными, с пацанами с которыми гонял мяч, дрался с ребятами из другого района, с девчатами из твоей компании, льётся смех во время встреч, всплывают воспоминания, а она склизкая, тёмная идёт рядом и усмехается.

–Радуешься!!! Радуйся, радуйся, но ты вспомни только отца погибшего во время твоей службы, подумай как будешь жить один в пустом доме ?

Часы бьют, время идёт, жизнь налаживается, начинаешь трудится и все узелки неприятностей и трудностей постепенно начинают развязываться. Ты полностью включаешься в рабочий цикл жизни страны. Появляются новые друзья, новые интересы. Наступает тот момент когда тебе хочется чего то нового, тобою не изведанного. Покидаешь свой родной город и едешь в края где ты ещё не был, на Крайний Север в Якутию. При первой встрече, с ещё неопознанным , чувство радости распирает душу. Но наступают обычные рабочие будни на Севере. Снимаешь золото с колоды промывочного прибора и слёзы накатывает где то в глубине души.

–А нужна была тебе вся эта романтика ?

Думаешь, а сам в ледяной воде смываешь шлихи с колоды и смахиваешь золото с матов в баксу. Руки в конце смены все опухшие, спина болит, относишь и сдаёшь намытое тобой за смену золото в золото приёмный пункт и на отдых в барак, сквозь стены которого видны звёзды. Ложишься на нары и думаешь.

–Где то там Юрка и твоя звезда?

В бараке слышится разговор:

–Братва!!! А что мы стараемся, на материке может уже деньги отменили !

Тишину в бараке нарушает бурный смех, а если серьёзно то связи с материком нет, дорога только зимником, вертолёт только раз в месяц прилетает забрать добытое. И тут опять смех, но уже сквозь слёзы они постоянно рядом от них не спрятаться не в экспедиции, не на строительстве Якутских посёлков, ни в Магаданских организациях , их дыхание постоянно у тебя за спиной . Твой друг женится, радуешься и смеёшься на его свадьбе, празднует юбилей опять повод посмеяться, повеселиться. Ты заматерел, возмужал, испытал чувство романтики, и всё равно возвращаешься к родному очагу.

Детство прошло, юность тоже, поработать поработал, страну посмотрел. Как говориться дерево посадил, дом построил, детей народил, на счёт детей я воспитывал не своих, но все они меня называют папой, пора и на пенсию. Настали те времена в моей жизни чтобы вспомнить все хорошие моменты в моей жизни, над смешными посмеяться, над горьким поплакать. Но жизнь ещё не закончилась, а это значит что мы будем радоваться и смеяться, а эта тёмная будет искать момента покрыть нас своим чёрным саваном. Но настанет момент когда эта тьма горечи и обид, слез и печали тоже покинет меня, я уйду с улыбкой в мир счастья, смеха, мира и покоя, а тень моя останется на земле и будет бродить в поисках меня, но все это напрасно. На этой не много печальной ноте я заканчиваю свое повествование, но нет я не дам повода моей тени овладеть Вами.

Живите и радуйтесь жизни, улыбайтесь и смейтесь,, а тень, тень горечи и слез от этого только станет меньше.

Подсолить бы!!!

Все описанное мною чистая правда, моменты моего детства, детства которое прошли дедушки и бабушки сегодняшнего молодого поколения. Закончились занятия в школе, наступили долгие летние каникулы. Перед родителями встала проблема что делать со своими детьми. Некоторые, у кого была возможность, отправляли своё чадо в пионерские лагеря, но многие определяли своих детей к своим бабушкам и дедушкам, тётям и дядям жившим в сёлах и деревнях.

Таким образом и мой персонаж рассказа с окончанием обучения в школе и приходом летних каникул собирал свой тревожный чемоданчик, получал у родителей наказ, три рубля денежек и прямым ходом на Московский вокзал. Вы спросите "да как это отпустить ребёнка одного в возрасте 10 лет ехать к черту на кулички". Не знаю с чем это было связано, толи проще было жить, дети возможно пошустрей были, люди относились к детям по другому, не могу ответить на этот вопрос. На Московском вокзале Юрка брал билет на электричку едущую в Москву , а в Москве делал пересадку на электричку в Клин, а там ещё садился в автобус идущий до бабушкиной деревни. Этот маршрут ему был хорошо знаком, так как они с мамой часто на праздники и зимние каникулы посещали бабушку и сестру мамы жившую в соседней деревне.

Проведав бабушку Юра отправлялся к постоянному пункту назначения в соседнюю деревню к тёте Наде куда в летнее время слеталась вся детвора, дети трёх сестер. У тети Нади было своих трое, да ещё приезжали от тёти Дуси двое и от тёти Маруси один, это Юрка. Во дворе появлялся теннисный стол, бадминтон, но это было не основное развлечение для ребят. В деревню в это время съезжалась большое количество детей, со всех уголков обширной нашей страны. По всюду слышался звонкий ребячий смех, собирались ватагами на выгуле и как стая воробьёв рассевшись на жердях поздно вечером рассказывали страшилки, прикалывали друг друга. Днём ходили купаться на пруды, ловили отсвечивающих золотом карасиков, играли в разные игры, царило безмятежное детство. Вот я и постепенно подвел Вас к основной части моего рассказа.

С наступлением лета у тёти Нади, по мимо работы в колхозе, прибавлялось ещё одна забота куча детей, а их надо было и накормить, и проследить чтобы все были здоровы. Но это всё решалось как то само по себе. Ребята встав по утру, выпив по пол литра парного молока с запечённым в русской печи куском хлеба убегали на улицу и появлялись дома только уже достаточно проголодавшись. Тётя Надя встав с утра по раньше затапливала печь и ставила на трещащие , сверкающие огнём дрова чугунки в которых готовила еду для ребятишек и для скотины. Если дома заканчивался хлеб, пекла коврижки. Закончив готовить еду, притушив печь, сдвинув чугунки подальше от тлеющих углей, но так чтобы они сохраняли тепло и вдобавок томились. Томленные щи да ещё в русской печи это чудо блюдо. Накормив скотину, сготовив еду, подоив корову и выгнав ее на выгул с другими деревенскими коровами, тётя Надя уходила на работу, ребята оставались полноценными хозяевами в доме, были старшие которые следили за порядком и всё шло своим чередом. У младших были свои дела, свои игры, у старших свои.

Однажды Витек, Юрка, а так же младший Мишка, набегавшись и вдоволь накупавшись в озере сильно проголодались. Они знали что еда всегда ещё теплая ожидала их за заслонкой в русской печи, да ещё пышный выпеченный хлеб. Прибежав домой старший Витя открыл загнеток, взял рогач и выдвинул чугунок из печи, младшие в нетерпении стояли вокруг стуча деревянными ложками по мискам. Наконец разлив содержимое чугунка все дружно приступили к еде, старший Витек и на год его моложе Юрка сразу догадались что с едой что то не то, младший же Мишка смачно причмокивая продолжал опустошать содержимое миски в прикуску с пышным, душистым хлебом. Старшие братья только с улыбкой переглядывались между собой. А Миша закончив трапезу, выпил еще пол литра молока , и они взяв удочки пошли ловить карасиков на пруд, уж дюже они хорошо клевали, даже кот Василий перестал есть дома, а ходил и рыбачил на пруду. День прошёл, к вечеру все собрались у домашнего очага. И тут младший Миша спрашивает у тёти Нади:

–Крёстная, а почему у тебя сегодня щи не солёные были?

Тётя Надя засуетилась.

–Да не што забыла ?

И прямиком к печи, отодвинула загнеток, взяла рогач, подцепила чугунок, а он полный. Смотрит на ребят, они молчат, цепляет другой, а он полупустой, улыбается и говорит

– Ой дитятки Вы мои, ой поросяточки, да по што вы порося без еды оставили..

По началу стояла тишина, а затем громкий ребячий смех огласил деревенскую хату. Тётя Надя готовила еду в двух чугунках, в одном для себя, в другом для поросёнка, но еда почти не отличалась, не в том смысле что для себя готовила как для скотины, а в том что для скотины как для себя. Вот какой был случай в моей жизни, ели всё подряд, пили что хотели и ещё прекрасно существовали.