Yuna Verne – Мёртвые знают правду (страница 32)

Я замерла.

Он говорил так, будто знал, что я вижу то, что другим недоступно.

Но это невозможно. Никто не знал. Никто, кроме меня.

Я почувствовала, как сердце замедлило ритм, а по коже пробежали мурашки.

– Откуда ты…

– Ты слышишь их, верно? – его голос был низким, тёмным, почти гипнотическим.

Я сделала резкий вдох.

– Что?..

– Мёртвых.

Он сказал это так буднично, что у меня пошли мурашки.

– О чём ты говоришь? – я попыталась сделать голос твёрдым, но он всё равно дрогнул.

Скай медленно провёл пальцами по рулю, а затем чуть наклонился ко мне.

– Я видел, как ты смотришь в пустоту. Как ты замираешь, когда проходишь мимо мест, где кто-то умер. Как ты отворачиваешься, будто не хочешь видеть то, что другие не замечают.

Я сжала пальцы в кулаки.

– Ты ошибаешься.

– Правда?

Он изучающе посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то опасное.

– Тогда почему ты побледнела, когда мы говорили о мёртвых?

Я прикусила губу.

Не может быть. Он просто догадывается. Он не знает.

Не знает, каково это – слышать их. Чувствовать их присутствие.

Видеть их.

Я заставила себя выпрямиться и посмотрела ему в глаза.

– Ты говоришь так, будто сам слышишь их.

Он усмехнулся, но усмешка была тёмной, почти пугающей.

– Нет. Я просто научился их понимать.

Я нахмурилась.

– Что это значит?

Скай молчал какое-то время, а потом выдохнул, устремляя взгляд в окно.

– В этом городе мёртвые говорят громче, чем живые. Просто надо уметь их слушать.

Меня передёрнуло.

Я не знала, что он имел в виду.

Но знала одно: этот разговор всё изменил.

Я больше не могла смотреть на него так же, как раньше.

Скай Вальмонт был тайной.

Но теперь я начинала понимать, что и я для него – загадка, которую он жаждет разгадать.

Глава9. Между страхом и желанием.

                                      1.

Я сидела за столиком в маленьком кафе, размешивая ложечкой остывший кофе. Передо мной лежала распечатка старых судебных документов, и я в сотый раз перечитывала их, пытаясь найти то, что упустила.

Анна Фрей. Алекс Уитмор. Льюис Карвер. Дэниэл Кроу.

Эти имена я знала уже наизусть.

Семь лет назад Дэниэл Кроу был обвинён в убийстве младшего брата Льюиса Карвера. Ему грозил пожизненный срок, но его оправдали. Анна Фрей и Алекс Уитмор были его адвокатами.

Одна пропала, а спустя время другой был убит..

А сам Дэниэл Кроу исчез.

Я до сих пор не могла найти ничего, что доказывало бы его смерть.

Все зацепки, которые у меня были, вели в пустоту. Но я знала одно: если кто-то и мог пролить свет на эту историю, то это детектив Хейл.

Я достала телефон и набрала его номер.

– Хейл.

– Это Сайрэна. Мне нужно с вами поговорить. Лично.

На другом конце провода повисла пауза.

– В участке через час.

Я кивнула, хотя он этого не видел.

– Хорошо.

Дождь барабанил по крыше машины, когда я подъехала к полицейскому участку. Я глубоко вдохнула и вышла, поднимая воротник пальто.

Детектив ждал меня в своём кабинете. Как всегда, он выглядел уставшим – будто кто-то вытащил из него последние силы.

Его кабинет был таким, каким должен быть кабинет человека, который проводит большую часть жизни, охотясь за преступниками. Просторное, но захламленное пространство, пропитанное запахом старых бумаг, дешевого кофе и легкого табачного налета.

Центром комнаты был массивный деревянный стол, на котором царил идеальный хаос: стопки папок с делами, чашки с засохшими следами кофе, ручки, карандаши и какие-то скомканные записки. В одном углу стола стояла старая печатная машинка – скорее всего, сувенир, но Хейл иногда с раздражением постукивал по ее клавишам, когда думал.

На стенах висели доски с делами: фотографии жертв, подозреваемых, вырезки из газет, карты города с отмеченными местами преступлений. Красные нити соединяли одни улики с другими, создавая сложную паутину расследования. Среди них были и фотографии с мест преступлений, которые недавно обсуждали в новостях.

Хейл был не из тех, кто заботился о чистоте, но в этом беспорядке чувствовалась система. Если что-то и терялось на его столе, то только временно. Он знал, где лежит каждая улика, каждый отчет, каждая улика.

Все в этом кабинете говорило о том, что Хейл жил своей работой. И, глядя на всю эту кипу документом и фотографий, становилось ясно: дело, которое он ведет сейчас, – одно из самых сложных в его карьере.

– Садись.

Я присела на стул напротив него и положила перед ним бумаги.

– Я хочу поговорить о деле Дэниэла Кроу.

Он поднял брови.

– Серьёзно? Это дело давно закрыто.