Юна-Мари Паркер – Роковая ошибка дипломата (страница 4)

Но с другой… Все это великолепие отчаянно требовало ремонта. Стена пошла трещинами и обзавелась парочкой добротных дыр, куда без труда мог проскользнуть вражеский шпион, рассохлись перила и доски помоста, где совсем недавно стоял генерал, а каменные ступеньки, ведущие в целительскую, обвалились, и кто – то заботливо накидал сверху бревен, чтобы раненых затаскивать было хоть капельку сподручнее.

– Казармы у нас смешанного типа. На мужские и женские не делятся, – огорошил лейтенант и, обогнув порядком покосившуюся конюшню, остановился на площади с небольшим прудиком. – Свободные койки есть только у патрульного отряда, туда вас и поселим. Считайте, вам крупно повезло с соседями. Ночью они за стеной, днем отсыпаются. Их распорядок дня не касается, а вот некоторым неплохо бы запомнить. Подъем в пять, с полшестого тренируемся на полигоне за оружейной. Дорогу, думаю, найдете без труда. Если ночью звучит горн, встаем немедленно. Это сигнал тревоги. Завтрак с семи до восьми. После все расходятся по своим делам. Обед с двенадцати до часу, в шесть еще одна тренировка, в восемь ужин.

– Отбой тоже по расписанию? – не удержалась Ида.

Мирри недовольно засопела, но Мейрэль пропустил колкость мимо ушей:

– Отбой по желанию, но шуметь после одиннадцати не рекомендую. Берна лично хвост оторвет.

Информацию на «ус» она, естественно, намотала, невзирая на собственный скепсис. Злить генерала раньше времени – непростительная глупость, с его – то репутацией. Ида твердо решила быть паинькой. Глядишь, получит отчет о практике с оценкой «отлично», и дядя сменит гнев на милость. Может, даже вернет ее в лоно родного факультета, а если нет, то и с дипломом боевого не пропадешь.

Мейрэль времени зря не терял и по дороге в казармы провел им коротенькую, но весьма информативную экскурсию по рубежам. Показал столовую, купальни, склад с предметами первой необходимости, объяснил, чем живет и дышит гарнизон, какие в ходу правила и порядки, а главное – рассказал, как не нажить себе проблем с Берной в первый же день. Условий для спокойного существования на рубежах было всего три. Не лгать. Не устраивать склоки. Не мешать остальным нести службу. В принципе, ничего невыполнимого. Все в пределах разумного.

– Прошу, – лейтенант толкнул хлипкую деревянную дверь, ведущую в казармы. – Чувствуйте себя как дома.

Как дома, конечно, громко сказано, хоть дома как такового у Иды давно и не было. Особняк семьи Вальд, расположенный в самом центре столицы, всего в пяти минутах ходьбы от королевского дворца и живописной площади с фонтанами, сгорел еще семь лет назад, через неделю после гибели ее родителей.

Восстанавливать поместье они с дядей не стали, оплакивать тоже. Продали землю и переехали в гостиницу, где прожили аж целых два года. Потом снимали виллу на побережье, после чего дяде предложили пост ректора лучшего учебного заведения королевства, а с ним и уютные четырехкомнатные апартаменты на территории академического городка, где он жил и по сей день. Ида же съехала в общежитие, дабы вкусить все прелести студенческой жизни и дать дяде, заменившему ей и маму, и отца, возможность «выдохнуть» и заняться собой.

В соседки ей досталась харизматичная ведьма Бэк, способная одним взмахом пушистых ресниц растопить самое даже ледяное мужское сердечко, и комендант не устоял, выделил им замечательную комнату с просторной ванной комнатой, избавив их от необходимости толпиться в коридоре по утрам.

На рубежах о такой роскоши, как собственная ванна и туалет, оставалось только мечтать. Интерьер ее нового жилища, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Голые каменные стены, пол, столь же голый, без единого коврика, с десяток двухъярусных коек, несколько шкафов и деревянный стол у окна. Обжитым помещение не казалось, уютным – тем более, несмотря на то, что почти все койки были заняты и аккуратно застелены одинаковым казенным бельем из грубого льна непривлекательного грязновато – серого оттенка, а наверху и вовсе кто – то самозабвенно дрых, натянув по уши одеяло.

Ида подавила внутренний протест, приправленный острым желанием вернуться в родное общежитие, и пристроила сумку на ближайшее свободное место:

– Нас уже распределили в группы?

– Миранда в разведке. Это мой отряд. А ты, Вальд… – Мейрэль неопределенно пожал плечами. – Не знаю, отдыхай, что ли. Генерал никаких указаний на твой счет пока не давал. Ты же у нас как снег на голову свалилась вместо парнишки из клана Аннера.

На втором ярусе койки, которую присмотрела для себя Ида, недовольно зарычали:

– Слушай, Мейрэль, шел бы ты уже. Спать мешаешь.

Голос, увы, не был женским, а значит и кончик толстенной косы, торчащий из – под одеяла, к сожалению, принадлежал мужчине. Зря Ида, выбирая место, надежды питала, что «ложе» делить с ней будет какая – нибудь милая веснушчатая девчушка с широкой улыбкой и густой рыжей гривой, а не совершенно незнакомый ей мужик, исконно джентльменским стрижкам предпочитающий золотые ленты в волосах.

– Забыл вам представить нашу местную достопримечательность, – Мейрэль страдальчески закатил глаза. – Кьян Гаэль. Командир патрульного отряда. Недовольство всем и вся – его перманентное состояние.

– Эрик, не испытывай мое терпение! – одеяло зашуршало, и «достопримечательность» явила себя во всей красе.

С открытым ртом застыла даже мышь. Широкие плечи, мощная грудь, идеальный пресс. Едва тронутая загаром кожа с россыпью веснушек на лице, острые ушки, выразительные зеленые глаза и свежий шрам на щеке, ничуть не портящий безупречную во всех смыслах красоту мужчины, в чьих жилах несомненно текла эльфийская кровь.

– Нравлюсь? – нахально усмехнулся командир и, сменив гнев на милость, с чувством потянулся, демонстрируя литые мышцы и клановую метку на ребре.

Скорее всего – полукровка. Среди чистокровных эльфов оборотни не встречались.

Миранда поперхнулась воздухом, стушевалась и принялась активно запихивать подушку в наволочку, а Ида не растерялась и ответила в лоб:

– Нравитесь, Кьян Гаэль. Простите, не знаю Вашего звания.

Дерзко? Да. Но что еще она могла ему сказать? Комплиментом эльф был доволен и даже изволил улыбнуться:

– Капитан Гаэль. А ты остра на язык, девчонка Вальд. Мы с тобой поладим.

– Только не начинай! – Мейрэль угрожающе сверкнул глазами. – Госпожа Вальд обручена. Скажи мне лучше, чего Берна такой хмурый? Случилось что?

Кьян резко изменился в лице:

– Не слышал, значит… Иска и Дрей с патруля не вернулись. Мы с Берной все до самого ущелья прочесали. Как сквозь землю провалились.

Лейтенант нецензурно выругался и прикрыл глаза:

– Если в засаду попали, могли в пещерах схорониться за ущельем. Я своих отправлю, как стемнеет. Пусть проверят.

– Этого еще не хватало, – Гаэль выбрался из – под одеяла и ловко спрыгнул на пол, проигнорировав предназначенную для спуска лестницу. – У тебя и так пол – отряда в лазарете.

– И то верно. Сам сбегаю после ужина, гляну, что да как.

Эльф оказался высоким, почти на две головы выше Мейрэля:

– Сдурел? Тебе прошлого раза мало? Через мой труп ты за стену выйдешь, понял?

– Кьян! – складка меж бровей вновь украсила лицо лейтенанта. – Честное слово, хватит.

Гаэль отмахнулся и выудил из шкафа форменную одежду:

– Запрещаю, Эрик. Как брат и как старший по званию. Берна со мной солидарен, пока полностью не восстановишься, носа из – за стены не высунешь и точка.

– Брат? – опешила Ида. – Серьезно?

Мужчины одновременно повернулись, и Кьян покачал головой, от чего лента, удерживавшая волосы в косе, соскользнула, и волнистая грива эльфа рассыпалась по плечам:

– А тебя что – то смущает? Вальд, не пугай меня. Мейрэль – эльфийская фамилия, как и Гаэль.

Эльфийская, спору нет. Удивительно, что она изначально не обратила внимание на этакую странность. Ида скользнула взглядом по лицу лейтенанта, пытаясь найти хоть какое – то сходство с Кьяном и, что странно, нашла.

Если отбросить разницу в росте, а потом закрыть глаза на острые уши Гаэля и его роскошную, типичную для эльфов шевелюру, и сфокусироваться на деталях, можно было прийти к выводу, что эти двое действительно братья.

Такие разные на первый взгляд, простоватый, но миловидный Эрик Мейрэль, и эффектный, броский Кьян Гаэль, на деле имели больше сходств, чем различий.

Тот же овал лица, с острыми, как бритва, углами красиво очерченной челюсти, идентичный «узор» пробивающейся после бритья щетины, мощная длинная шея. Губы, пухлые, с изящной ямочкой сверху, прямые брови вразлет и золотистая кожа с легким румянцем. Отличались у них разве что носы и глаза. У Гаэля был классический эльфийский нос без единого изъяна, а Мейрэлю нос достался обыкновенный, человеческий. Красивый, но с горбинкой. Глаза у обоих были зеленые, только разного оттенка. У эльфа оливковые с темным ободком, а у лейтенанта – с голубоватым отливом.

– Рассмотрела? – Кьян выразительно поднял бровь. – Или нам поближе подойти?

– Не стыдно тебе над девчонкой издеваться? – Мейрэль толкнул брата в плечо и сжалился над Идой. – У нас с этой занозой одна мать. Она оборотень. Отцы разные, оба эльфы, но у Кьяна он чистокровный, а мой полукровка, поэтому из эльфийского мне только фамилия и досталась.

– Это я – то заноза? – фыркнул Гаэль и убрал волосы в высокий хвост, зафиксировав прическу все той же золотистой лентой. – Ладно, идем, раз уж ты меня разбудил. Все равно совещание у Берны через полчаса. Вальд, не скучай, вернусь к рассвету.