Юля Шеффер – Предатель. Я тебе не жена (страница 13)
Откровения Ларисы меня нокаутировали. Она говорит так складно, ее поведение так убедительно, а скрины их переписки такие говорящие, что у меня практически не остается сомнений - Иван виновен во всем. И вся его демонстрируемая любовь ко мне, все, что он говорил - ложь и фарс.
Все указывает на то, что он тщательно спланировал, разработал целую операцию по охмурению меня под кодовым названием "влюби в себя дуру и получи все и сразу". Он всё предусмотрел, позаботился, чтобы я не узнала о его связи с Ларисой и ее ребенком. Даже телефон ее не забыл подчистить… Чтобы не осталось доказательств. Но они есть, я прямо сейчас на них смотрю.
На ее скринах есть даты, когда они общались, и это было лишь несколько месяцев назад. Мы тогда уже встречались! И Иван - а это точно он, я узнаю его по фирменным словечкам и смайлам - бурно радуется новости о ребенке и торгуется с Ларисой за имя будущего наследника.
И я уже слышала от него это имя - он говорил мне, как бы хотел назвать своих детей, когда пару месяцев назад у меня случилась задержка. Как противно сейчас от этого… Я почти чувствую тошноту и останавливаюсь у края тротуара, чтобы подышать. Дождь уже не идет, поэтому я решила пройтись пешком до ближайшего торгового центра - мне нужно осмыслить все услышанное, - а уже оттуда вызвать такси. Но не утерпела и заглянула в пришедшие от Ларисы изображения.
И зря. От того, чтобы меня не вывернуло наизнанку прямо здесь, меня спасло лишь то, что в кафе я, в отличие от Ларисы, ничего не ела.
Когда вулкан внутри успокаивается, меня охватывает такая ярость, я так хочу отомстить Ивану за обман и предательство, за подлость и коварство, что даже согласна на план Дворецкого по подделке документов относительно способа получения мной доли в фирме. Что угодно, только бы ему ничего не досталось.
Я разведусь с Иваном, теперь уже точно, пусть Лариса забирает его себе с потрохами, но не с моими деньгами!
С этими мыслями передумываю ехать домой, а решаю отправиться к папе в офис - хочу узнать, как движутся наши дела. Но приложение такси показывает очень долгое ожидание, а дождь пошел снова, и я захожу внутрь Торгового центра - переждать. И попробовать заказать машину у другого агрегатора - вдруг повезет больше.
Но делаю лишь пару шагов от входа и замираю, зацепившись взглядом за знакомую фигуру за стеклянной стеной магазина справа от меня.
Вглядываюсь, отступив на шаг, чтобы не обнаружить себя, а сердце отбивает тревожный сигнал - это точно он, Герман Поланский.
Но шарахаюсь я зря - он, похоже, заметил меня раньше, чем я его, и широко улыбается мне.
Снявшись с места, выходит из магазина и поворачивает ко мне. На мгновение мне хочется повернуться и выбежать обратно на улицу, но быстро понимаю, как это неуместно - он же понял, что я увидела его. Мы встретились глазами, и сбежать сейчас было бы максимально глупо. Герман помог мне и не заслужил грубости. По крайней мере пока.
Поланский останавливается напротив. Не слишком близко и не слишком далеко. В руках никакого пакета - он ничего не покупал или бросил все из-за меня?..
- Привет! - спокойно говорит он, как будто делает это постоянно - как старой знакомой.
- Привет, - отзываюсь я эхом и замолкаю, больше не зная, что ему сказать.
Терпеть не могу такие случайные встречи с малознакомыми людьми. Они максимально неловкие. Лучше бы прошли мимо друг друга, чем мучиться, не зная, как себя вести, куда смотреть и что говорить.
Повисает напряженная пауза, во время которой он внимательно меня разглядывает, улыбаясь - или усмехаясь - краешком губ, а мои глаза бегают, избегая его взгляда, и я мысленно от души желаю провалиться сквозь землю. И жалею, что сунулась в этот ТЦ. Лучше б на улице мокла!
Когда уровень внутренней неловкости достигает пиковой отметки, у меня неожиданно вырывается:
- Покупаете что-то?
- Да. Подарок бабушке, у нее юбилей, - отвечает он с явной - и удивительной - охотой. - Уже больше часа тут хожу и пока ничего не выбрал.
- С подарками всегда так, - улыбаюсь я, радуясь, что так ловко выбралась из неловкого положения - про подарки можно и поговорить пару минут, а потом я скажу, что тороплюсь. - Я тоже своей недавно выбирала. Только у нее не юбилей.
- И как, выбрала? - заинтересовывается он.
- Да. Конечно. Мне помогли.
Я почти расслабляюсь, улыбка перестает быть скованной, а я - тяготиться разговором, как он вдруг спрашивает:
- А мне поможешь?
- С чем? - не понимаю сразу.
- С подарком, конечно, - смотрит в упор. - Поможешь выбрать?
Глава 17. Представитель менвитов
- Я? - восклицаю удивленно на эту необычную просьбу.
- Ты, - спокойно повторяет Герман. - Если ты не торопишься.
- Вообще-то тороплюсь, - улыбнувшись, спешу я ухватиться за повод отказаться от просьбы. - Я как раз заказывала такси, собиралась ехать к отцу в офис. К тому же, подарки - это дело личное. Уверена, вы справитесь с задачей лучше меня. Я совсем не знаю вашу бабушку…
- Это нетрудно исправить, - возражает он с легкой усмешкой, а его взгляд - цепкий, цепляющий за живое - вызывает во мне какое-то странное чувство.
Поланский явно не привык к отказам, и я почти уверена, что он не примет его и от меня. Настраиваюсь стоять на своем, но, когда он, как-то по-особенному, проникновенно глядя мне в глаза, говорит мягко, но настойчиво:
- Это не займёт много времени. На самом деле я уже знаю, что хочу подарить, просто не могу определиться с рисунком. Нужен женский взгляд, - я чувствую, что не могу ему сопротивляться.
Я замираю, как кролик перед удавом, и… соглашаюсь.
- Только недолго, - добавляю, когда он отводит глаза и разрывает контакт.
Едва заметно кивнув, Поланский жестом указывает на магазин, откуда только что вышел. Я следую за ним, мысленно недоумевая, как я умудрилась ввязаться в игру, правила которой мне неизвестны. Но их, похоже, знает Герман.
Когда мы входим, к нам сразу устремляется консультант, буквально бежит, спотыкаясь на высоченных каблуках, но Поланский останавливает ее, заверив, что мы справимся, и ведет меня к витрине с кашемировыми пледами.
- Плед? - спрашиваю я.
- Да. Это вторая часть подарка - практичная. Бабушка у меня - огонь, - произносит с легко считываемой гордостью. - В свои восемьдесят пять каждый день наматывает по саду по семь километров.
- В восемьдесят пять? - поражаюсь я. - Семь километров?!
- Не меньше. Следит по фитнес-часам.
- Продвинутая старушка, - улыбаюсь я.
- Еще какая, - соглашается, зеркаля мою улыбку. - А когда не гуляет, то подолгу читает в беседке. Скоро осень, и я хочу, чтобы этот плед согревал ее прохладными вечерами.
- Отличный подарок, - говорю искренне - несмотря на его суровую внешность и репутацию плохиша, в этом жесте столько заботы о родном человеке, что это… подкупает.
- Какой из принтов лучше? - резко переходит он к делу.
- Я выбрала бы этот, - показываю на спокойный бархатно-серый с еле уловимыми цветочными узорами в пастельных тонах, но с яркой ниткой окантовки, и с наслаждением провожу ладонью по услужливо разложенному передо мной кашемиру, ощущая его приятную мягкость. - Сдержанный и элегантный. Классический, но с изюминкой. Как ваша бабушка, если я правильно ее себе представила.
Поланский не отвечает, лишь улыбается едва заметно как будто одобрительно и, не раздумывая, бросает консультанту:
- Этот.
Он не колеблется ни секунды! Не сомневается, не оспаривает, а просто… покупает. Как будто моё мнение было решающим… Мне даже становится не по себе из-за внезапного груза ответственности - выбор, по сути, сделала я. И, если подарок все же не понравится, это будет моя ошибка, не его, а отвечать перед бабушкой придется Герману. Но в общем-то он сам виноват. Я не напрашивалась в эксперты по пледам. И по подаркам.
Забрав пакет с покупкой, мы выходим из магазина. Я поворачиваюсь к нему и открываю рот, чтобы попрощаться, но Поланский перебивает меня:
- Алина, а как насчёт кофе? В качестве моей благодарности за удачный выбор.
- Его удачность определит только реакция вашей бабушки, - возражаю с улыбкой. - Благодарить меня рано.
- Тогда просто так, - ничуть не смущается он и снова смотрит этим своим лишающим воли взглядом.
Мне почему-то вспоминаются инопланетяне расы менвитов, описанные Волковым. Те тоже обладали свойством подчинять себе людей, только лишь глядя им в глаза.
Тоже?.. Я сказала "тоже"?!
Ну нет, этот фокус со мной не пройдет. Оглядываюсь на дверь торгового центра.
- Не могу, - отвечаю с притворным сожалением. - Я говорила, что тороплюсь. Мое время вышло.
- Ты, вроде, без машины?
- Да. Я вызову такси, - показываю телефон в руке.
- Не надо такси, - возражает резко. - Я подвезу.
- Не стоит беспокоиться, - начинаю я, делая шаг к выходу, но Поланский даже не слушает, а, коснувшись рукой моего локтя, просит тоном, не терпящим возражений:
- В паркинг - это в другую сторону, - кивает он на эскалаторы.
Его уверенность, что я непременно соглашусь, слегка действует на нервы, но я киваю. Заранее осознавая тщетность своего отказа - он все равно его не примет. Я совсем ничего не знаю о Поланском, но с этим его качеством уже познакомилась. К тому же мне самой выгодно продлить наше общение - это шанс для меня узнать, что он делал на свадьбе, когда так удачно для меня оказался "опоздавшим".