Юля Артеева – Фол последней надежды (страница 33)

— Ладно, мой суровый брат. Делай, как знаешь. Я люблю тебя, Бо.

— И я тебя. Я всегда буду на твоей стороне, — отзывается он мягко.

Я киваю:

— Знаю. Повезло нам, да?

— Еще как, сестренка. Еще как, — напоследок Бо еще разок крепко прижимает меня к своему боку, и мы наконец расцепляемся.

Но я чувствую себя намного лучше, как гаджет после подзарядки. Где-то глубоко внутри появляется ощущение, что все будет хорошо. Не знаю, как именно, может, не совсем так, как я себе представляла, но точно — хорошо.

Когда подходим к школе, на крыльце уже, как обычно, ждет Арина, моя ранняя пташка. Сидит на периллах, листает что-то в телефоне, склонив кудрявую голову. Взбегаю по ступеням и звонко чмокаю подругу в щеку, обхватив ее лицо ладонями.

— Геля, слюни! — пищит она и смеется.

Я зацеловываю ее лицо, пока она наконец не отбивается от меня.

— Лови ответочку, Арин, — выдаю радостно, глядя, как она преувеличенно изображает отвращение и вытирается ладонью.

— Это вызов? Ходи и оглядывайся, я тебя так в следующий раз поцелую, вообще не отмоешься!

— У-у-у, — тяну со значением, — серьезная угроза.

— Ари-Ари-Ари, — подходя к нам, проговаривает Бо с отсылкой к своему любимому треку, — привет.

Я внимательно вглядываюсь в лицо Аринки, но, кажется, ничего не вижу. Она просто кивает Богдану и говорит:

— Привет!

Скорее поседею, чем разберусь в их отношениях. То спорят с пеной у рта из-за любой мелочи, то смотрят друг на друга с чудовищной нежностью, то вот, безразлично поздоровались и взгляды отвели.

Брат заходит в школу, а мы еще задерживаемся на крыльце.

Я подставляю руки утреннему солнцу и говорю:

— Как думаешь, сколько надо так стоять, чтобы загореть?

— Ты мне зубы не заговаривай, Гель. Рассказывай, что вчера было.

— Тихо ты, — шикаю я, нервно оглядываясь на школьников, которые вялым ручейком стекаются к первому уроку.

— Ну что, — канючит Арина, — я вся извелась, мне знаешь, как любопытно!

Я прикрываю глаза и делаю вид, что сильно увлечена солнечными ваннами. Конечно, мне и самой не терпится все рассказать, но это была бы не я, если бы хоть немного не подразнила подругу.

Она тем временем понижает голос до свистящего шепота:

— Ты такая интересная, конечно, про поцелуй написала и спать завалилась, а подробности?! Как это было?

— На самом деле, их было даже два.

— Два?! — взвизгивает Арина и хватает меня за плечи.

Я снова шикаю и смеюсь, чувствуя себя легкой и счастливой.

— Ладно, давай найдем какой-нибудь уголок, я тебе все расскажу.

Арина энергично кивает и подхватывает свой рюкзак с пола. Мы собираемся заходить, когда я чувствую, что кто-то напирает сзади и щекочет меня, касаясь голой кожи под укороченной футболкой. Недоуменно оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с Акостиным.

— Сдурел? — спрашиваю совсем не деликатно.

— Анж, ну ты чего? Я пошутить хотел.

Хмурюсь и пытаюсь увидеть хоть толику раскаяния за наш последний разговор, но ничего нет. Он как будто действительно не понимает, почему я так реагирую.

Подтверждая мои мысли, Сережа приобнимает меня за плечо, но я выворачиваюсь из-под его руки.

— Коса, давай пока без этого? — говорю, старательно сдерживая раздражение.

И слышу за своей спиной прохладное:

— Проблемы?

Оборачиваюсь и вижу Громова. Все внутренности резко ошпаривает восторгом. Ноги слабеют, сердце бьется на разрыв, щеки теплеют. Я так соскучилась! Вот бы коснуться, просто потрогать его хоть немножко. Но я стою, не понимая, как мне себя вести. И не сразу даже осознаю, что его вопрос относится ко мне.

— Н-н-нет, — говорю растерянно.

Громов же не сводит недоброжелательного взгляда с Сереги. Зубы сжаты, губы напряжены. Он вопросительно приподнимает брови, будто приглашает Косу дать ему повод для агрессии.

— Неловко, — шепчет мне Аринка.

Я перевожу взгляд на Косу и понимаю, что он выглядит не менее взбешенным.

Глава 33

Атмосфера вокруг становится действительно угрожающей. Только что это был обычный спор, и за секунду воздух сгущается от источаемой парнями агрессии. Я примерно понимаю, почему Серега ведет себя подобным образом. Но почему Ваня раздувает ноздри, как слетевший с катушек бык? Мне страшно даже предполагать это, но, может быть, он…ревнует? Беспокоится обо мне?

Но думать об этом мне действительно некогда. Ведь этот странный конфликт начался в какой-то степени из-за меня. Значит, мне его и гасить.

Я подаюсь вперед, мажу костяшками пальцев по его бедру, и Ваня вздрагивает. Я поднимаю руку и сжимаю его локоть, нащупывая круглую косточку.

Говорю беззаботно:

— Вань, пойдем? Там Бо, он хотел с тобой поговорить. Если поторопимся, то поймаем его в холле!

Боковым зрением вижу, как Аринка берет Сережу под руку и что-то щебечет, разворачивая его в сторону.

Сама тяну Ваню ко входу в школу. Со скрипом, но он поддается. Все мышцы напряжены, и он все еще бросает недоброжелательные взгляды через плечо, но все же идет за мной.

— Богдан? — переспрашивает рассеянно.

— Ну да. Искал тебя, что-то хотел спросить.

То ли Ваня думает о чем-то другом, то ли почему-то верит моему дурацкому трюку, но он говорит:

— Про вечеринку?

— Да! Да.

Мы заходим, здороваемся с дядей Сережей на посту, я оглядываю холл и с преувеличенной досадой выдаю:

— Ну вот, он уже ушел! Так что там насчет вечеринки?

— А? — Ваня бросает еще один взгляд за спину, через стеклянные двери глядя на Косу.

— Я передам Бо насчет тусовки. Когда она будет?

— В субботу вечером, я же ему говорил.

Ваня моргает и смотрит на меня уже внимательнее. Кажется, начинает постепенно врубаться в происходящее.

Я набираю воздух в легкие и на выдохе выпаливаю, собрав всю смелость:

— Я приду?

— Гелик…черт, извини. Гель, я не уверен, там не самая классная компания.

Кто-то толкает меня в плечо, и я торопливо веду Громова к банкеткам. Так же — за локоть.