Юлка Торшенко – Чужак среди дикарей. Книга 1 (страница 5)

– Не нравится мне, что они так суетятся после ссоры, – негромко проговорил Виго, наблюдая за тем, как усердно расставляют посуду поселенцы.

– Хотят загладить обиду, – предположила Чёрная Кошка, – Будь ты к ним поснисходительней, всё-таки это мы всех здесь переполошили. А ты их ещё и напугал своим языком демонов.

– Может, ты и права, но я им всё равно не доверяю, – сказал он ещё тише, – ты на всякий случай не ешь и не пей ничего, прежде чем кто-либо из них это не попробует.

– Хорошо, не буду. Но только ради твоего спокойствия.

Во время ужина Мия, хоть и не ограничивала себя в закусках, но и вправду старалась следовать совету друга. Сам же Алексим лишь выпил пару чарок местного травяного вина и с мрачным видом сидел перед пустой миской, на что ему не преминула указать оказавшаяся неподалёку Аркоя Каре:

– Что-то ты, чужеземец, пищей нашей брезгуешь?

– Да не голоден я, – ответил он как можно приветливей.

– Ну хоть кусочек-то отведай, – женщина указала на одно из блюд, – уважь хозяев!

– Уж лучше я тогда эту вот диковину оценю, – ланиссиец отверг предложенное угощение, пододвинув к себе большой горшок, из которого, как он видел, уже несколько человек что-то себе наливали.

Похлёбка оказалась довольно аппетитной, правда, её сочный фруктовый аромат почему-то вызвал у мужчины ассоциацию с запахом собачьей шерсти. Справившись у Аркои Каре, он узнал, что кушанье приготовлено из плодов и коры какого-то местного дерева, а никакой дичи в его составе нет. Это ещё больше насторожило Алексима, и он порешил неприметно избавиться от своей порции.

По окончании трапезы хозяйка сообщила, что с превеликой радостью готова предоставить свой кров жрице Абилис, однако её телохранителю такой почёт она оказать не в силах, ибо жилище её тесновато.

– Не беда, я могу и за дверью поспать или в хлеву, – с готовностью заявил Виго, уже привыкший к тому, что у илсази ему достаются не самые удобные места для ночлега. – Есть тут хлев-то?

– У меня нет, зато у брата моего есть, – ответила Аркоя Каре и подозвала к себе одного из старейшин. – Он тебя проводит!

– Не надо, я, пожалуй, здесь останусь, на крыльце.

– На улице холодно, дождь будет, а может, и снег, – заметил хозяйский родственник, – у меня же под лестницей хороший и крепкий сарайчик, не хлев даже, а скорее кладовая, тепло, сухо и скотиной не пахнет.

– Если вы так о моём комфорте печётесь, то могли бы и в дом позвать, – съехидничал ланиссиец.

Сестра и брат переглянулись, и последний нехотя протянул:

– Ну, наверное, можно и туда.

– Правда, Алекс, иди с ним, нечего тебе тут под дверью мёрзнуть, – сказала Мия, чувствуя, что друг её вознамерился отказаться от надёжной крыши над головой.

– Ладно, пойду, – сдался он.

– А в дом-таки или в сарай? – поинтересовался старейшина.

– Да не беспокойся ты, не буду я тебя своим «свирепым видом» пугать. Веди в свою кладовую!

Показав ланиссийцу его жилище, хозяин поспешил скрыться, предоставив гостю обустраиваться самому.

Виго так и поступил: осмотрев небольшую каморку, он обнаружил, что спать в ней не слишком удобно, но зато для наблюдения за крыльцом Аркои Каре, что находилось на склоне противоположного холма, она годится в самый раз. В верхней части стены, под самым потолком, Алексим выломал пару досок и, составив в углу несколько бочек, расположился напротив только что прорубленного окна.

Через час мужчина поймал себя на мысли, что засыпает, и тут же ему стало понятно, отчего похлёбка вызвала столь странные ассоциации: никакой собачьей шерсти в ней не было, просто он сам находился в пёсьей шкуре, когда пробовал нечто подобное в прошлый раз. Тогда из его жизни выпали почти сутки, но сейчас, когда он съел всего несколько ложек, зелье не должно было подействовать слишком сильно. Больше беспокоило его, что же сталось с Мией, любезно перепробовавшей все кушанья, предложенные ей соплеменниками.

Алексим покинул свой наблюдательный пункт, намереваясь выйти на улицу, но тут на лестнице, что примыкала к крыше его убежища, заскрипели ступени. А вскоре в кладовую заглянули двое молодых людей.

– Вроде спит, – отметил один из них, посмотрев на мирно растянувшегося средь тюков ланиссийца, – отец сказал, надо бы у этого вумо меч забрать.

– Отцу надо, вот пусть он и забирает! – ответил второй. – А я не буду, разбужу ещё.

«Правильный выбор», – подумал Виго, заранее решивший, что того, кто к нему прикоснётся, придётся убить.

– Не разбудишь, говорят, на пиру тётушка Каре вокруг него стряпню с соком жёлтика расставила и настояла, чтобы он что-нибудь да попробовал. Он теперь день-два так проваляется.

– Если ты такой умный, то сам его и разоружай!

– Ну нет! Я тоже не хочу смерть дразнить. Давай его пока здесь закроем, а утром старшие сами разберутся, что с ним делать.

Дождавшись, когда хозяйские сыновья отойдут подальше, Алексим попытался сбить засов, однако, тот оказался закреплён куда надёжнее, чем он рассчитывал. От идеи вышибить дверь целиком он отказался сразу, ибо опасался, что от слишком сильных ударов может обрушиться и стена, а это наверняка привлечёт излишнее внимание.

Не найдя более лёгкого способа выбраться, узник кладовой вновь обратился к недавно проделанному им окну. Ещё две доски с лёгкостью покинули свои места, а вот следующие так быстро сдаваться не желали.

Тем временем оба юноши уже успели подняться на крыльцо к своей тётке. С открывшей им Зотэ, как показалось Виго, они поругались, а Аркоя Каре, напротив, лишь появившись на пороге, пригласила племянников войти и сама тут же убежала куда-то вниз.

Женщина вновь появилась на улице, ведя под уздцы двух снаряжённых лошадей.

– Вот ведь дрянь, хлева у неё нет! – в сердцах воскликнул Алексим, с досады стукнув по стене.

Последняя мешавшая ему доска с треском разломилась, но это не облегчило задачу ланиссийца. От того же удара пострадала одна из балок, и поддерживаемая ею часть крыши съехала внутрь постройки, похоронив под собой и Виго, и его сооружение из бочек.

Когда мужчина наконец смог выбраться из-под завала, выяснилось, что оба брата, по-видимому, не заметившие обрушения угла отцовской кладовой, уже сидели в седле, а через спину кобылы одного из них был перекинут свёрток, по цвету напоминавший плащ Мии. Более того, казалось весьма правдоподобным то, что и сама девушка находится внутри. Зачем илсази таким недостойным способом вывозить из поселения свою же шаманку, Алексим не знал, однако всё прежде увиденное и услышанное подтверждало сию зловещую догадку.

Не теряя времени на поиск остальных вещей, Виго выудил из-под обломков кровли ножны с Гласом Демона и бросился за похитителями. Те ехали шагом, так что догнать на равнине было бы не сложно, но к превеликому сожалению преследователя, юноши, покинув Зарэй-вилим, свернули на лесную тропу. Здесь ланиссиец, вынужденный в скупом лунном свете по следам уточнять дорогу, уже не мог бежать без остановок, и стал отставать.

С каждым мгновеньем, прошедшим с того момента, как стих стук копыт, мрачные мысли всё больше овладевали Алексом. Не один десяток раз успел он подумать, что заплутал и сбился с пути, но вот из чащи вновь послышались голоса и знакомое цоканье. Правда, теперь звуки эти приближались.

Мужчина залез на дерево и, когда всадники проходили рядом, спрыгнул на одного из них. Лошадь заржала и встала на дыбы, сбросив на землю нападавшего и жертву.

Первым вскочив на ноги, Виго не дал парню подняться, наступив ему на грудь.

– Отвечай, куда вы её отвезли! – злобно потребовал ланиссиец, намереваясь обнажить меч.

Поверженный противник, испуганно озираясь, пробормотал что-то невнятное. Зато его спутник не растерялся и, развернув кобылу, направил на чужака острие копья.

– Сейчас же убери своё оружие! – стараясь сохранять спокойствие, проговорил он.

– Думаешь, твоё мне больше подойдёт? – задвинув Глас Демона обратно в ножны, усмехнулся Алексим и выдернул копьё из рук юноши с такой силой, что тот выпал из седла. – Незачем пугать кого-то палкой, если сам с ней управляться не умеешь! Не изображай из себя героя, а просто скажи, где Мия, и мне не придётся убивать твоего брата!

– У дикарей она, – выдохнул пленник, уже успевший сообразить, что речь зашла о его жизни.

– Ну зачем ты проговорился? – посетовал второй илсази, поднимаясь. – Он же теперь нас обоих прикончит!

– Не прикончу, если будете меня слушать! – возразил Виго. – Верёвка у вас есть?

– Есть.

– Хорошо. Тогда поступим так: ты, бесстрашный воитель, – ланиссиец ткнул парня его же оружием, – свяжешь брата, чтобы я мог повести его за лошадью, а сам поедешь впереди дорогу нам указывать.

– Не надо за лошадью, – взмолился заложник, – я и так не сбегу.

– Я тоже, – добавил копьеносец.

– Ну нет, ребята, после того представления, что учинили ваши старейшины, я никому здесь не поверю! Что за гадами надо быть, чтобы продать жрицу Абилис каким-то воинственным горцам!

– Они грозятся поселение разорить, если наши не будут платить дань каждую зиму: либо четыре дюжины овец, либо две и девушку, в этом году ею должна была стать Зотэ, и тётушка…

– Не надейтесь меня разжалобить. Мия чувствовала, здесь что-то происходит, но всё равно пошла в вашу деревню, ибо думала, что сможет помочь… а вы её предали! Все вы, а не только Каре или ваш папаша! И я бы с удовольствием посрубал бы головы парочке таких вот негодяев, не будь они мне сейчас полезны!