Юлия Зимина – Далеко собралась, ведьмочка? (страница 28)

Скосила глаза под стол и увидела больших размеров бугор у Акселя, что говорило лишь об одном: мужская сила вернулась на место. Рагнар даже не нуждался в осмотре. Его дыхание было настолько частым, что порой даже срывалось на хрип. Нужно было что-то предпринимать, иначе парни сойдут с ума. Вот только, что можно придумать в зале, под завязку забитым оборотнями?

— Ваше величество! — донеслось из-за спины. — Вам плохо?

— Нет! — злобно рыкнул Рагнар, поворачиваясь к лекарю, который с самого начала скромно стоял недалеко от нас, не привлекая к себе внимания.

— Но… — неуверенно начал он.

— Паритос, — произнес Аксель. — Не переживайте. Все нормально. Правда!

Состояние Акселя было чуть лучше, чем у его брата. Но это лишь потому, что он и выпил меньше, чем Рагнар.

Как ни странно, но, откусив немного курочки, во мне проснулся зверский аппетит. Я с удовольствием отщипывала небольшие кусочки и неспешно поедала нежное мясо. Правители ничего не говорили, лишь моя кожа полыхала от их жарких взглядов. Касаться меня они тоже не спешили. Ну, мало ли, вдруг я и правда выкину что-то невероятное. А ведь я могу!

Возле музыкантов происходило какое-то необычное движение. Кто-то что-то выяснял, и я внимательно вгляделась в многочисленную толпу. Дария, а это была именно она, о чем-то просила мужчин. Скорее даже требовала, но ей, по всей видимости, отказывали.

— А что, собственно, происходит? — не удержалась я, не понимая, что именно волчице нужно от бедных музыкантов.

— Она хочет спеть! — прошипел Рагнар сквозь зубы.

— Вот как? — удивилась я. — А не тебе ли будет посвящена эта песня, волчонок? — усмехнулась, сдерживая подкатывающую ярость внутри.

Ответа я не услышала. Не выдержав, встала с кресла и, громко хлопнув в ладоши, стала ждать тишины. Парни не противились моей самодеятельности, что мне было только на руку.

— Уважаемые! — начала я, обращаясь к музыкантам после того, как голоса в зале стихли, и все внимание было предназначено лишь мне одной. — Дайте уже девушке то, что она так сильно хочет!

Несколько секунд — и недовольная волчица повернулась ко всем лицом. Вот уже зазвучали первые аккорды. Свет погас, оставляя лишь небольшую подсветку на небольшом возвышении, где и находились музыкальные инструменты.

— Зря ты дала ей спеть, — услышала я тихий шепот со стороны Акселя. — Она сейчас будет выть о разбитом сердце и тебе, разлучнице, так не вовремя появившейся.

Его горячее дыхание сводило с ума. Участки моей кожи до сих полыхали от прикосновений волка, и я поспешила отстраниться, вернуть себе здравый рассудок.

— Мою любовь забрали, — донесся до меня женский голос, который был очень неплох. — Но я грустить не тороплюсь. Ведь иногда бывает чудо, в котором к сопернице уйдет вся моя грусть.

Ее слова трогали душу. С одной стороны мне было немного даже жаль девушку. Но с другой — всегда нужно уйти красиво, а не волочиться за мужчиной, словно туалетная бумага, прилипшая к ботинку.

Рагнар, как ни странно, внимательно вслушивался в слова, так и не прикоснувшись к еде. Мне совершенно не нравилось, что он смотрит на нее. Откинув тревожные мысли, вытерла руки салфеткой и откинулась на спинку кресла. Аксель сидел, не двигаясь, откинув голову и прикрыв глаза. Не вынося больше этих душераздирающих подвываний, положила свои руки на колени парней и, не давая себе шанса на отступление, резко скользнула ими вверх, накрывая каменные члены.

— М-м-м! — не выдержал Аксель, накрывая мою руку своей и толкаясь бедрами вперед.

А вот Рагнар молчал. Лишь его дыхание говорило о том, что он чувствовал каждое мое движение, даже самое легкое.

Подняла руку чуть выше и, расстегнув две пуговицы, прикоснулась к оголенному плоти, сжимая ее.

— Только, прошу, не останавливайся, — прохрипел Рагнар, стиснув в руках бокал. — Иначе я сойду с ума!

Двинула рукой, вырывая из его груди тихий стон, который всколыхнул в моем теле сильное возбуждение. Мужская плоть пульсировала в руке, это отчетливо ощущалось при каждом движении. Не желая обидеть Акселя, проделала те же манипуляции с пуговицами, оголяя мужской вздыбленный член. Пока одна рука скользила по плоти Рагнара, отчего он невольно порыкивал, вторая — плотно сжимала головку члена второго правителя. Акс шумно дышал и пытался ускорить мои движения.

Подняла руки до самого верха возбужденной мужской плоти и резко опустила вниз. По бокам прозвучало два тихих стона, отчего моя грудь начала наливаться желанием. Прикусила нижнюю губу, чувствуя, как между ног мгновенно стало мокро. От каждого движения волки сходили с ума, уже совсем не слушая пения нудной волчицы, полностью уделяя внимание лишь мне одной. Потухший свет был мне только на руку, точнее на руки. Я все быстрее скользила по каменным членам, желая, чтобы и мне было так же хорошо, как и им сейчас.

Не вынося больше этих мучений, так как каждое мое движение и каждый мужской стон отдавались желанием внизу живота, я еще активнее задвигала руками. Пару секунд — и парни протяжно застонали, накрывая мои руки своими ладонями. Ехидно усмехнулась, глядя в сторону волчицы, которая уже почти допела свою песню. Эти мужчины принадлежат лишь мне одной и никому больше!

50. Нарушитель

Рагнар

Никогда бы не подумал, что родной отец, который воспитывал нас с братом с самых пеленок, вступит в сговор с нашей ведьмой. Это же насколько она ему смогла понравиться, что он решил ей подыграть и напоить своих родных детей непонятно каким зельем?

Под кожей все горело огнем. Дыхание прерывалось. Уже не знал, каким богам нужно молиться, чтобы эта пытка прекратилась. Я не спорю, член ожил, что несказанно радовало. Но вот то, что он пульсировал наисильнейшим желанием, отчего кровь в венах почти кипела, я этому точно рад не был.

Акс держался немного лучше, чем я. Все дело в его магии. Она у него сильнее, нежели моя. Именно поэтому маме и сказали, что будет один ребеночек. Магия Акселя скрывала его от глаз знахарок и повитух. Даже нюх отца, сильного оборотня, одаренного магически, не смог распознать второе дитя. Для всех стало огромной неожиданностью, что на свет появился не я один. Возможно, знай бы они про Акса, то мама осталась бы жива. Брата я не виню. Ведь он делал это неосознанно. Но факт налицо: мамы нет и вернуть ее уже не получится никогда.

Песня Дарии, как ни странно, принесла немного облегчения. Я даже отвлекся на несколько секунд, пока моего колена не коснулась нежная ручка нашей ведьмочки. Затаив дыхание, молился, чтобы не останавливалась, а коснулась своими пальчиками моей возбужденной плоти.

Стон Акселя дал мне надежду, что Киара сжалится над нами и, наконец, подарит долгожданную разрядку. С замиранием сердца ощущал, как ее рука легла поверх брюк, накрывая каменный стояк. Сжал зубы, представляя, кого пойду убивать первым, если ведьмочка сейчас остановится. Я пребывал в таком взвинченном состоянии на данный момент, что разум крепко уснул, не контролируя мои поступки.

— Только прошу не останавливайся, — прохрипел я, ощущая, как пальчики моей истинной плотно сжимают член. — Иначе я сойду с ума!

Пусть это глупо и совершенно недопустимо для правителя, но я был готов умолять, чтобы Киара не останавливала свои движения рукой. Растворялся в ощущениях, жадно вдыхая запах возбуждения своей пары. Ничего, девочка моя, у нас вся ночь впереди.

Резкие движения — и я, наконец, освобождаюсь от сильного напряжения, накопившееся за эти два дня. Оргазм был огромной силы. Не удалось сдержать стона. Отчего столики, стоящие ближе всего, явно поняли, чем именно мы занимаемся на данный момент. Но, если честно, мне было совершенно плевать. Это моя пара! Мой дворец! И если я хочу кончить именно сейчас, то значит, так и будет! Мысленно дав себе подзатыльник за такие слова, поспешил очистить салфеткой следы семенной жидкости, которая прилично замазала брюки. Да твою же мать! И как теперь произносить речь?!

— Мальчики, — пропела моя ведьмочка. — Вам лучше?

Свет еще и не включили, но я отчетливо ощущал улыбку на ее лице. Она была довольна своей выходкой. И пусть это было неприлично с ее стороны, но я испытал облегчение от полученного оргазма. Словно задышал полной грудью и вновь вернулся к жизни, просыпаясь после долгой спячки.

— Будет лучше, — прошептал Акс, прижимаясь к оголенному плечу Киары. — Когда ты проведешь с нами ночь!

— Я сказала, не прикасаться ко мне! — зашипела ведьмочка от легкого поцелуя брата. — Ну, раз так! Я пошла танцевать!

Даже слова сказать не успел, как она выскользнула из-за стола и направилась прямиком к перепуганному лекарю, который от ее приближения стал белее мела, почти сливаясь со своим халатом.

— Вот и нужно было тебе ее затронуть, — недовольно пробурчал я, не глядя на брата.

— Не могу сдержаться, — выдохнул он. — Кровь кипит, требуя сделать ведьму своей. Нужно срочно поставить на нее метку! Это не дело, что любой лапает ее взглядом!

— Поставим, брат! — заверил я в ответ, пристально наблюдая, как ведьмочка уверенно тащила бедного оборотня в белом халате к танцующим парам. — Вот сегодня же ночью и займемся этой процедурой. И не только этой!

Наблюдая за неугомонной Киарой, как она плавно двигается, кружась под музыку, пропустил сбоку незваного гостя:

— Что же вы, ваше высочество, не оповестили о такой радости?