Юлия Зимина – Бунтарка для нахала (страница 43)
— Завали! — взревел Каэль, резко оборачиваясь.
— Да какого черта тебе надо⁈ — кинулась я вперед, обращаясь к недоумку. Не понимала, что происходит. — Ты в своем уме⁈
— Нет, — сладко пропел Риан, смотря развратно и омерзительно. — Как ты отшила меня, так до сих пор не могу прийти в себя. Хочу тебя до одури! Дашь? — нахально улыбнулся он, своими словами выбивая у меня воздух из легких.
Эмоции разрывали Каэля изнутри, и я понимала, что всё, это конец. Увести его отсюда не получится.
Помощи от кого-то ждать даже не стоило. Адепты пришли понаблюдать и насладиться зрелищем, чтобы потом обсуждать на каждом углу, а не для того, чтобы попробовать урегулировать конфликт.
— Открой портал, — резко обернувшись, я вцепилась в Каэля, глаза которого заволокла кровавая пелена. — Открой! Слышишь?
Он неотрывно смотрел на хохочущего Риана, дыша часто и разъяренно.
Я нутром чуяла надвигающуюся опасность и старалась всеми силами предотвратить ее.
— Каэль! — позвала любимого громче. — Да открой ты этот чертов портал! Не слушай его!
Обстановка настолько накалилась, что мне перестало хватать кислорода. Под кожей все отчетливее разливался страх. Страх за того, кто мне дорог, ведь я на интуитивном уровне ощущала, что Каэля пытаются во что-то втянуть.
Не выдерживая, приподнялась на носочки и впилась в губы мага света, чтобы хоть немного его отвлечь.
И это помогло.
Любимый не сразу, но ответил, целуя жадно и обнимая за талию.
Вот так… Я с тобой… Я только твоя… А ты только мой…
Чувствовала, как ярость в его крови постепенно уменьшается. Как становится легче дышать, но вдруг мое плечо обожгло болью, от которой я зашипела, распахнув глаза.
Каэль, схватившись за то же место, посмотрел на меня, а потом его взгляд потемнел, стал убийственным.
— Это тебе мой прощальный подарок, — хохотнул неадекватный Оусон. — Раз ты стал таким правильным, наши дороги больше не пересекутся. Тебя для меня больше не будет существовать, Майрон, чему я несказанно рад!
Он нанес рану исподтишка. Не мне. Каэлю. Вот только пострадали мы оба.
Радуясь, что поверх блузки на мне надет плотный пиджак, я делала вид, что ранения у меня нет, а вот у Каэля кровь проступила, пропитывая рукав рубашки.
— Ты собирался куда-то идти? Так иди, — отмахнулся Оусон, перемена в поведении которого дико напрягала. — Более не задерживаю!
С этими словами он неспешно развернулся и, как ни в чем не бывало, сквозь расступающуюся толпу направился в противоположную от нас сторону…
48. Опасный, но идеальный план
— Ждешь меня?
Нахально улыбнувшись, сын герцога Оусона вышел из кустов, через которые пробирался к самому дальнему участку аллеи, где никогда не ходили адепты.
— Спрашиваешь! — Лайла, готовая от переживаний на себе волосы вырывать, подскочила со скамейки.
В глазах девушки плескались тревога и мольба, чтобы Риан принес то, что послужило бы гарантией её счастью.
— Ну⁈ — сделала она нерешительный шаг вперед. — У тебя получилось?
Её дыхание было тяжелым, а пересохшие от волнения губы слегка приоткрыты, что сразу привлекло внимание мага.
— Получилось, — кивнул он, неспешно приближаясь и по пути расстегивая ширинку. — Пососешь? Я заслужил, — произнёс парень приглушенно.
Без лишних слов Лайла шлепнулась на колени и потянулась руками к его брюкам.
Несколько ловких, отточенных движений, и член толкнулся в её рот, проникая до горла и протискиваясь в него медленно.
Сын герцога, чуть запрокинув голову, застонал, задвигав бедрами. Проникая глубже. Ещё и ещё.
А ведь он не врал там, в коридоре, что Тиара ему снится и не даёт покоя. Риан действительно трахал её в своих снах. Вбивался в податливое тело синеволосой везде, где только можно. Ему не давало покоя, что она отшила его. Выбрала Майрона, которого маг тьмы ненавидел всеми фибрами своей души.
И сейчас, запустив пальцы в россыпь волос Лайлы, Оусон младший грубо насаживал её рот на свой член, представляя на месте тупоголовой родственницы короля Тиару, которая в его понимании, идеально ему подходила.
С силой притягивая голову Лайлы, он вжимал её лицом в свой пах, толкаясь в узкое горло, которое сжималось от рвотных спазмов, но девица терпела, контролируя себя.
Толчок за толчком… Пальцы сильнее стиснули крашеные волосы девицы в кулаке, дергая на себя…
И вот Риан приглушенно застонал, хрипя…
Сперма выплеснулась в горло, и послушная Лайла проглотила её, отстраняясь и облизывая губы.
— Давай уже, — часто дышала она, поднимаясь на ноги.
Оусон, не сводя с неё сытого взгляда, повернул кисть руки ладонью вверх и на ней в следующую секунду появился магический пульсар, на котором проглядывалось алое пятно.
— Это… Каэля? — Лайла от увиденного сбилась с дыхания. — Его кровь?
Не сводя маниакального взгляда, родственница короля потянулась руками к своей шее, касаясь невидимой для остальных цепочки, на которой висел старинный артефакт. Он считался запрещенным в этом государстве и любой, кто осмеливался воспользоваться им и был пойман, нёс серьезное наказание за содеянное.
— Ты до конца своих дней будешь в долгу передо мной и моим отцом, — усмехнулся Риан.
— Это и вам на пользу, между прочим, — огрызнулась Лайла, смотря недовольно. — Так что не нужно говорить, что ты действуешь исключительно по доброте душевной! Твой отец хочет подбросить проблем герцогу Майрону, ты не желаешь брать на себя ответственность за своего ребенка, а я готова рискнуть и принять удар на себя, чтобы дать и вам, и себе желаемое.
— Кто бы знал, Лайла, — голос Риана стал тише, — что ты настолько коварная тварь.
— Что⁈ — взвизгнула дальняя родственница короля, которая была готова на всё, только бы достичь своей цели. — Ты в своём ум…
Она не успела высказать свои возмущения, так как Оусон младший схватил её за волосы и рывком притянул к своим губам, жадно целуя.
Его рука без прелюдий проникла под плиссированную юбку и стянула трусы.
Рывок и Лайла уже опиралась руками о спинку скамьи, прогибаясь в пояснице. Она громко стонала и подмахивала задницей, в то время как Риан глубокими толчками входил в неё сзади, вонзая пальцы в округлые бедра…
Родственница короля, болеющая Каэлем, была готова на всё, только бы он был с ней. Поэтому-то она и отважилась на этот шаг, который мог принести серьёзные неприятности как ей, так и её семье. Но Лайлу это не останавливало. Точнее ей было плевать на родственников. Она хотела Каэля и намеревалась заполучить его любой ценой.
Да, ребёнок был зачат от Риана, но магия тьмы ему в любом случае не передалась бы, потому что Лайла — слабая магиана. А это значило, что дитя унаследует именно её дар. Слабая при всем желании не родит сильного.
Но существовала другая опасность — определение отцовства при помощи проверок. Лайла прекрасно понимала это и хорошенько подготовилась.
Когда стало известно, что она забеременела от Риана, герцог Оусон пришёл в ярость. Вызвал её к себе. Орал, что слабый внук ему не нужен. Что это позор для его семьи. И тогда ему в голову пришла идея, которая и герцога, и Риана, и саму Лайлу полностью устраивала. Если точнее — запрещенный артефакт, который мог решить все проблемы и успокоить душу главы семейства Оусон. Он ненавидел отца Каэля, ведь тот на его взгляд был слишком правильным, что несказанно раздражало.
Так заговорщики и пришли к единому мнению.
Лайла получила запрещенный артефакт. Осталось только капнуть на него кровь того, кто по магической проверке станет отцом ребенка, что рос внутри неё.
Она знала, стоит только заявить, что забеременела от Каэля, как он тут же запросит доказательства, и вот тогда-то артефакт сделает своё дело.
Отец Риана будет доволен, ведь в доме герцога Майрона появится слабый в магическом плане внук. А это конец для любого уважающего себя сильного мага. Риан избежит нежданного и нежеланного отцовства, как и позора, что он стал родителем мага низкого уровня. А сама Лайла наконец-то получит то, о чём так долго мечтала — Каэля!
А что до синеволосой твари, опутавшей его своими ведьмовскими сетями… Ей ничего не светит! Так что пусть проваливает, откуда пришла!
49. Я беременна! От тебя!
— Со мной все хорошо. Честно!
Я, находясь в комнате Каэля, со всей серьезностью пыталась заверить его, что рана на моей руке пустяковая. Вот только он все равно был обеспокоен, нервничая и злясь на недоумка Оусона, которого укусила непонятно какая муха. Скорее всего, бешеная.
— Я ему голову оторву, идиоту!
— Не трогай его, — не могла понять, почему в душе плохое предчувствие. Но с каждой секундой оно становилось все ощутимее и ощутимее.