Юлия Жукова – Влюблённый в мир (страница 2)
Тедди не просто расстроилась, она практически растеклась лужицей самобичевания и тоски по несостоявшемуся светлому будущему. И что же теперь делать? Продолжать работать тут в ожидании новой возможности? Но если профессор осушил чашку, значит, скорее всего, он так делает всегда и никакой другой возможности не будет. И потом, он же может заметить, что призванного им духа кто-то увёл. Кстати, а с этим-то что делать?
— Ты говоришь, тебя потянуло сюда? — уточнила она, проигнорировав его вопрос. — А сейчас тебя к чему тянет?
— Ни к чему, — спокойно сказал он. — Можно узнать, зачем я тебе нужен?
— Низачем, — в тон ему вздохнула она. — Я не собиралась тебя призывать, просто перепутала чашки… Ты можешь идти обратно.
— Куда обратно? — не понял дух.
— Ну, к профессору.
— Мне незачем к нему идти, его заклинание лопнуло и отпустило меня, — объяснил дух.
Тедди поёжилась. Это профессор точно заметит, а восстановить чужое заклинание призыва нельзя.
— Ну тогда иди обратно на астральный план, — пожала плечами она. Может, профессор решит, что дух сам как-то сбежал…
— Не могу, пока ты меня не отпустишь, — сообщил дух укоризненно, как будто думал, что она издевается, но не осмеливался её осадить.
— А я тебя держу? — нахмурилась Тедди.
— Ну да, — края плаща немного колыхнулись, как будто дух развёл руками.
В коридоре заслышался какой-то шорох, и Тедди проворно вылезла из постели и, приподняв дверь за нижнюю перекладину, закрыла её почти бесшумно. Скорее всего это Азалия пошла в кладовке шарить, за ней водится объедаться по ночам, но Тедди не хотелось привлекать внимание к своему посетителю.
С закрытой дверью стало темно, и Тедди, щёлкнув пальцами, зажгла парящие светильники. Теперь дух наконец-то оказался к свету лицом, и она смогла это самое лицо разглядеть.
Ничего такое было лицо, приятное, хоть и землистого цвета, ну так дух земли всё-таки. Тедди помнила из лекций, что у духов нет собственной внешности, но они являются в этот мир по призыву настолько человекообразными, насколько силён призывающий. Самые сильные маги могут даже задавать некоторые параметры их внешности, но нечеловеческая природа всё равно проявится не в том, так в другом. Вот у этого были бараньи рога и ослиные уши, зато руки человеческие — ясное дело, раз профессору нужно было, чтобы он руками работал!
— Понимаешь, Кразг, — начала Тедди, проталкиваясь мимо него к выступу печи, где стоял бак с горячей водой, — я тебя не призывала. Я использовала приворотный заговор.
— Ты хотела приворожить профессора? — спросил дух без особого удивления. — Он тебе нравится?
— Совершенно не нравится, — прыснула Тедди. — Это была моя проектная работа. Видишь ли, этот старый хрен ведёт один из моих основных предметов, а именно заговоры, и мне нужно было сделать проектную работу. Но все преподы как преподы, раздают темы, сиди ройся в библиотеке, никаких проблем. А этот хочет увидеть оригинальное исследование, и тему предлагает придумать самостоятельно. Я три штуки придумала, он все завернул, то ему слишком просто, то уже делал кто-то, то невозможно проверить экспериментально. И отправил, гад, «подумать до пересдачи». Но это всё письменно подаётся, и в лицо он меня не запомнил, нас много на курсе, вот я и нанялась к нему в дом служанкой, чтобы новый проект прямо ему и подсунуть. Понимаешь, я придумала приворот, который подмешивают в напиток не до распития, а после, в остатки. Вот только профессор прозорлив и остатков не оставляет, а что второй глинтвейн был твой, я не знала.
Рассказывая, она заварила себе травяного чая — всё равно спать уже явно не придётся, — а потом, вспомнив, что говорил дух, развела ему мёд в горячей воде. Это ему пришлось по вкусу больше, чем глинтвейн.
— А почему тебе нужно было именно профессора приворожить? — уточнил он, допив. — Или это специальный приворот для профессоров?
— Нет, — фыркнула Тедди. — Просто приворот-то я придумала, а отворот — нет. Сильный маг с себя любой приворот скинет без проблем, а обычный человек так и будет за мной таскаться, пока не составлю антидот, понимаешь? А у меня на это времени нет, ещё описать ход эксперимента надо…
— А когда у тебя будет время? — приуныл дух.
— Не знаю, — вздохнула Тедди. — Теперь надо новый проект придумывать и выполнять, а потом снова занятия начнутся, а мне учёба даётся не особо легко, приходится пахать… Может, летом… А что, неужели ты не можешь мой приворот разорвать? Это ведь заговор эмоционального состояния, духи с ними должны легко справляться.
Кразг задумался, что-то прикидывая.
— Я не то чтобы не могу, — наконец сказал он, вертя в руках кружку. — Я не очень понимаю, что скидывать. Вроде бы нет ничего.
— Ну, так а что тебе мешает вернуться на астральный план? — подняла бровь Тедди.
Дух подумал ещё немножко и уверенно заявил:
— Я туда не хочу.
— Ну извини, дорогой, — прыснула Тедди. — Это уже твоё дело!
— Но я всегда раньше хотел! — запротестовал дух. — Ещё вечером, когда хозяин угощал меня этим варевом, я хотел обратно! А теперь не хочу.
Тедди уже набрала побольше воздуха, чтобы объяснить духу, что в его желаниях, как и в отсутствии таковых, она не виновата, как вдруг в голове мелькнуло смутное воспоминание.
— Погоди, — подняла она палец и пробралась в изножье кровати, где на полу стопкой лежали учебники, прикрытые старой скатертью. — Сейчас… Где у меня магия призыва… Демонология, грибоводство, волшебная диетология… Ага, вот.
Вытащив нужный том, она вернулась на кровать и углубилась в чтение. Стоящий над душой дух немного раздражал, но Тедди решительно напомнила себе, что ему всё равно, стоять или сидеть, он ведь висит в воздухе.
Вскоре одного только чтения ей стало недостаточно, она перегнулась через спинку кровати и достала пухлую, явно давно и пылко любимую тетрадь, и принялась конспектировать.
Дух стоял-стоял, а потом, поняв, что странная псевдохозяйка не собирается в ближайшее время обращать на него внимания, пошёл и налил себе ещё горячей воды с мёдом. Мёд был очень сладкий и пах летним лугом, приятно напоминая о родной стихии — ведь зимой земля была такая промёрзшая, что даже её собственные духи не могли сквозь неё просочиться, да и каменное основание замка, к которому Кразг был привязан эти несколько дней, надёжно отделяло его от почвы.
Он выглянул в витражное окно. Сквозь те стёклышки, что были прозрачными, было видно, как кружатся в свете окна снежные хлопья и духи ветра, а на холмах вдоль горизонта разлёгся долговязый, сине-серый и пушистый дух тишины.
Кразг отпил ещё мёда и почувствовал, как по его астральному телу разливается новая, странная привязанность — привязанность к миру. Было так необычно смотреть на вещи, виденные многие тысячи раз — просто снег, просто ночное небо, просто холмы вдалеке, но при этом чувствовать к ним невыразимую, щемящую любовь, как будто одновременно хотеть обхватить всё это и впитать в себя, и в то же время понимать, что это нельзя унести с собой или оставить на потом, что это не принадлежит ему, да и никому, а только этой ночи, с которой и уйдёт в небытие. Но придёт что-то другое, не менее прекрасное, и каждый вдох и каждый взгляд будет наполнен колющим наслаждением, желанием сохранить всё это в себе и поделиться с другими…
Дверь распахнулась настежь не только с визгом грешных душ, но и с грохотом, от которого Тедди подскочила, а потом едва не свалилась за кровать.
— Теодора!!! — взвыл профессор, одетый в утренний домашний костюм. — Что ты сделала с моим стихийным духом?!
Тедди булькнула что-то неопределённое, слишком перепуганная, чтобы сообразить, с какого места начинать отмазываться.
— И не думай врать, — помог ей профессор. — Я прекрасно знаю, кто ты такая и зачем ты здесь! И что ты пыталась меня подпоить, тоже знаю! И проект ты мне будешь пересдавать осенью, а не весной! А теперь говори толком, какого демона ты сотворила с моим духом?!
— Я-я вовсе не пыталась вас подпоить, — обрела неверный голос Тедди. — Я экспериментировала как раз-таки над стихийным духом. И это и есть мой новый проект. Вот, — она протянула возмущённому старику исписанную тетрадь.
Он нахмурился, наколдовал себе очки и пробежался взглядом по разнокалиберным кривым рунам. По мере чтения, впрочем, возмущение уступило место любопытству, а затем и изумлению.
— Эмотивная функция, — бормотал он, сверяя написанное с чем-то у себя в голове, — Соки земли… Раскрепощающее свойство алкоголя… Конечно, нужен был дух, призванный сильным магом, иначе не у него бы не… мгм, угу, но как же… Ах да, действительно… Теодора! Проклятая девчонка! Я не могу тебе это засчитать за проект!
— Почему?! — взъерепенилась Тедди, сжимая кулаки — она хорошо смотрелась, стоя на коленях в ночнушке на расхристанной кровати.
— Потому что это исследование уровня дипломной работы, а ты только на втором курсе! Это во-первых. А во-вторых, потому что дух, которого я вообще-то призвал, чтобы заниматься своими экспериментами, теперь во дворе играет в снежки с кухаркиными детьми,
— Но на духов не действуют заговоры эмоционального состояния! — взвыла Тедди. — Как я его усмирю?!