Юлия Жукова – Ведома зверюшка (страница 10)

– Нет, я не буду это подписывать, лучше сразу всю сумму оплачу, это только нервы себе трепать весь срок рассрочки.

– А у тебя есть такая возможность? – уточняю. Сумма там не то чтобы неподъёмная, но откуда мне знать, как у Чачи с деньгами.

– Есть, – снова морщится он, – только не знаю, когда новую работу найду, а с пустым кошелём до неизвестно когда жить – это по ночам не спать. Тем более ещё поддерживающую терапию оплачивать…

– Новая работа тебя уже ждёт, – тут же вставляю я. – Уут-хон написал на тебя рекомендательное письмо, и оно очень заинтересовало Ахмад-хона. Так что давай решай свои дела здесь, и я тебя к нему провожу.

Чача раскрывает круглые совиные глаза и принимается нервно поглаживать большими пальцами ногти остальных.

– Это большая ответственность, – неуверенно произносит он.

– Бить не будем, – обещаю я. – Договор можешь сам написать.

– Я и так всегда сам пишу, – фыркает он. – Да только где те договора потом оказываются… За последние два года один Уут-хон мне и выплатил неустойку.

– Ты думаешь, Император тебе неустойки пожалеет? – приподнимаю бровь. – За тем, насколько он соблюдает собственные законы, вся планета следит, знаешь ли.

Чача пару раз дёргано кивает, молча встаёт и отправляется на кассу.

Азамат ждёт нас в кабинете и только что руки не потирает. Он уже с вечера составил список задач и обязанностей, который намерен повесить на нового работника. Даже ночью два раза подрывался, чтобы туда что-то добавить.

Я завожу Чачу внутрь, быстренько представляю мужиков друг другу и намерена уже сделать ноги, пока на меня из уст супруга не сошла лавина государственных дел, но тут я понимаю, что Чача на представление вообще не реагирует, вместо этого уставившись негодующим взглядом на Азаматов стол. Тот самый, инкрустированный.

– А где моё рабочее место? – спрашивает он вместо здрасьте.

Азамат кидает на меня обеспокоенный взгляд.

– Напротив через коридор.

– Мгм, – Чача обхватывает рукой подбородок и перестаёт поджимать плечи к ушам. Склоняет голову набок, потом на другой бок. Потом переводит пытливый взгляд на Азамата. – А вы не хотите от этого избавиться?

Муж на секунду подвисает, потом напрягает уголки губ, чтобы не разъезжались.

– Я бы пользовался чем-то более практичным, но выбора нет. Старейшины настояли, что у меня в кабинете должен быть хоть один предмет обихода старых Императоров.

В ответ он удостаивается подозрительного прищура.

– Выбор есть всегда.

– Безусловно, – соглашается Азамат. – Но это не очень актуальная проблема.

Чача снова дёргано кивает.

– Хорошо. Я посмотрю своё рабочее место.

С этими словами он разворачивается и двигает на выход.

– Может быть, позже? – предлагает Азамат. – У меня есть кое-что срочное для вас…

– Срочность – это иллюзия, – бросает Чача через плечо и исчезает за дверью.

Азамат переводит недоумевающий взгляд на меня. Я только развожу руками, пожав плечами так, что шею заломило.

– За что купила, за то продаю. Уут-хон очень его хвалил, а он превыше всего ценит порядок в делах. И потом, в Доме Целителей этот кадр вёл себя тише воды, ниже травы. Ну, разве только особого пиетета ни перед кем не проявлял.

– Да уж, вижу, – хмыкает муж, откидываясь на спинку кресла. – Я как-то даже отвык от таких манер.

– Зазнался? – коварно ухмыляюсь я.

– Мгм, – поддерживает мою иронию Азамат. – Золотой коростой покрылся. Ладно, испытательный срок в договоре пропишем, а там посмотрим…

До вечера Чача в кабинете у Азамата не появляется. И мне, и мужу в течение дня несколько раз звонят возмущённые люди из дворцового снабжения и вопрошают, что это за чучело даёт им указания вне очереди, да ещё и в хамском тоне. Мы миролюбиво просим потерпеть, параллельно переписываясь друг с другом смайликами разной степени офигевания.

Поскольку жилья у нашего загадочного нового сотрудника в столице нет, а Азамат предполагал, что он ему понадобится под рукой, решено было разместить его в жилой части дворца на пару этажей ниже нас. Прямо под нами гостевые покои – на случай приглашения каких-нибудь делегаций с других планет, а первые два этажа заняты техническими помещениями и комнатами слуг. Однако вечером к нам является управляющий и объясняет, что новый жилец от комнаты на таком высоком этаже отказался из-за страха высоты, а вместо этого занял аскетичную каморку рядом с бассейнами, заявив, что предпочитает жить поближе к воде.

Азамат всё чаще чешет в затылке, а я всё больше склоняюсь к мысли позвонить Уут-хону и уточнить, нормально ли это.

Но наутро Чача является к Азамату в кабинет, как будто поджидал его появления у двери. В наглаженном строгом диле, аккуратно причёсанный, чисто выбритый и всячески изображающий из себя примерного гражданина. Я сама провожаю мужа на работу, чтобы потом отправиться поболтать с парой чиновников о своих министерских делах – теперь ведь в мои обязанности входит не только целительство, но и его организация. Так что я имею удовольствие лицезреть наше новое приобретение воочию.

– Дайте мне список дел, – требует Чача с порога. Потом думает и добавляет: – Пожалуйста.

Я начинаю подозревать, что у него в роду были хозяева леса.

Азамат, который к чему-то такому уже морально подготовился, протягивает свой список. Я знаю, как мой муж обычно формулирует задачи – даже если только для себя, всё равно дробит на мелкие кусочки и каждый записывает предельно ясно. По его выражению, жалеет завтрашнего себя. Так что Чаче для ознакомления с этим списком вряд ли нужна помощь, но всё же он пробегается по всем пунктам, ставя кое-где пометки, а потом принимается задавать вопросы.

– Вот тут у вас написано, – он стучит пальцем по листу, – фильтровать письма, приходящие на общедворцовую почту. Но я вчера получил доступ к порталу Императорской канцелярии, а на нём в правилах ясно сказано, что письма для Императора следует направлять на его рабочую почту, которую ведёт секретарь, то есть я. Зачем вам общая?

Азамат вздыхает и принимается объяснять про олухов, которые не читают правил. Где-то на середине его монолога Чача кивает, ставит в листе пометку пожирнее и заявляет:

– Понятно. Отчитаюсь после обеда.

Он разворачивается и почти уже выходит, когда как будто вспоминает что-то важное.

– Если это удобно, – добавляет он.

– Удобно, – обалдело отвечает муж, и Чача нас покидает.

– Ну, – медленно заговаривает Азамат, – во всяком случае, он быстро разобрался с порталом. Это уже лучший результат, чем у всех его предшественников.

– А кто ему сказал о существовании портала? Я даже не говорила, на какую должность приглашаю его во дворец.

– Мне вчера звонил управляющий по персоналу, – припоминает муж. – Жаловался, что его бедная голова сильно пострадала в неравной борьбе с новым кадром.

– Ты, помнится, жаловался, что без твоего вмешательства никто решений не принимает? Вот тебе самостоятельный подчинённый.

– Мда, – качает головой Азамат. – Что-то мне хочется ещё два таких списка написать, а то он этот выполнит и мало ли чем ещё займётся…

Вопреки ожиданиям, ничего ужасного Чача пока не сделал, кроме того, что всех напряг. За первые полдня с наскока выполнил две трети списка, подняв на уши решительно весь дворец, а потом немного обороты сбавил и с остатками списка разбирается уже пару дней.

– Это возмутительно! – скандалит глава министерства строительства, потрясая перед Азаматом внушительными лапищами. – У нас и так годовой отчёт на носу, все с ног сбились, а этот не пойми кто ещё дополнительную базу вести требует!

Азамат хмурится.

– Дополнительную? Я вам ещё три месяца назад велел перенести все данные в новую базу, которую специально для вас разработали. Вы об этом?

– Ну да, но… – мужик немного смущается. – За три месяца это нереально, тем более, что количество данных растёт с каждым днём. Только что вот в Имн-Билче инспекция прошла…

– Ну так вы новые данные в новую базу заносите? – уточняю я на всякий случай. Вроде как логично бы так делать, но с этими муданжцами никогда не знаешь.

И судя по тому, как мужик мнётся, я попала не в бровь, а в глаз.

– С новой ещё разобраться надо. Там в каждой карточке полей в два раза больше…

Азамат тяжело вздыхает.

– Да, больше. И содержимое всех этих полей я хочу видеть в годовом отчёте. Если внести все данные в новую базу, этот отчёт сформируется автоматически, вам останется только красивости написать – впрочем, я бы и без них обошёлся.

– Так для старых объектов у нас нет тех данных, которые теперь требуются, – разводит ручищами министр.

– А вы “с ног сбились”, говорите, это вы не данные собираете? – интересуется Азамат, и я чувствую, что кто-то рискует остаться без премии.

– Отчёт пишем, Ахмад-хон!

– Турецкому султану, – бормочу я. Азамат, знакомый с упомянутой картиной, закашливается в кулак.

– Что же вы там такое пишете, чего в базе нет? И зачем, если он формируется автоматически? – ласково вопрошает супруг. – Я напоминаю, что цифровая грамотность была критерием, по которому вы должны были набирать своих специалистов. Теперь давайте ещё раз: чего вы от меня хотите? Больше времени? Больше людей? Уволить половину и новых набрать?

– Да мы только… чтобы демон этот от нас отцепился. А то ему подавай количество изменений, внесённых за день! Кто он такой вообще, чтобы мы ему отчитывались?