Юлия Жукова – О князе и грязи (страница 3)

– Теперь да, – довольно улыбнулся тамлинг, блеснув белыми зубами, к счастью, без алмазов. – Сегодня первый день на первом курсе физмата.

– Серьёзно?! – обрадовался Кир. – Я на биомеде первый день! Ты тоже с тура слинял?

Тамлинг закатил глаза.

– Я на него даже не ходил, только зашёл поздороваться с деканом. У меня отец тут преподаёт, я этот тур сам провести могу.

– Круто! – улыбнулся Кир и, собравшись с силами, протянул руку. – Я Кир.

– Париндра, – сказал он и поклонился, не беря его руку. – Это значит “лев”. А твоё имя что значит?

Кир неловко спрятал руку в карман, чувствуя себя идиотом. Тамлинги не жали рук! Это только земляне! Но вопрос был ещё хуже.

– Моё имя очень древнее, и теперь книжники не могут согласиться, что оно значит, – пробормотал он. – Кто-то говорит, “солнце”, другие – “заботиться”, а третьи – “унижать врагов”.

Париндра расхохотался.

– Я считаю, это отличное сочетание! Если ты проживёшь жизнь в согласии с этими значениями, ты будешь счастливым человеком!

Кир осторожно улыбнулся. Наверное, надо было ответить что-то аналогичное про льва, но на Муданге они не водились, и он мало что про них знал.

– Ты сейчас уже домой пойдёшь? – не придумал он ничего лучшего.

– Нет, я хотел почитать где-нибудь под деревом, пока погода хорошая.

– Я тоже! – обрадовался Кир.

– Тогда пойдём к собачьему клубу. Ты его не нашёл ещё?

Кир помотал головой.

Париндра привёл его в дальнюю часть кампуса, на приличном расстоянии от зданий. Здесь угол территории был огорожен звукоподавляющим стеклом, а внутри колбасилось разное зверьё. Кто-то бегал кругами, кто-то лазал по тренажёрам, кто-то просто расслаблялся в теньке. Присмотревшись, Кир заметил, что там не только собаки, но и какая-то экзотика вроде обезьян, пантер и одного варана. К счастью, внутри “собачий клуб” тоже был разгорожен на зоны, чтобы никто никого не загрыз.

– На время занятий лучше тут его оставлять, – сказал Париндра, вручая поводок коржика смотрительнице. Пёсик тут же воодушевился и рванул в гущу событий. Смотрительница отвела его к тем, кто бегал, и спустила с поводка. – Мой тут уже всех знает.

Филин посмотрел на бесильню и презрительно чихнул.

– Пойдёшь? – спросил Кир.

Тот встряхнул головой и потянул Кира к лавочке поодаль.

– Он не очень любит играть с другими собаками, – признался Кир.

– Привыкнет, – заверил Париндра и подмигнул.

Они уселись на лавочке. Филина Кир украдкой спустил с поводка – далеко тот отходить не будет, так, обнюхает всё вокруг. Сверившись с расписанием на завтра, Кир открыл на планшете курс по молекулярной биологии. Париндра достал из кармана шароваров маленькую книжечку и раскрыл на середине. Книжечка была сильно потасканная, а текст, насколько Кир видел, в ней располагался узкими столбцами.

– Это молитвы? – поинтересовался Кир.

– Стихи, – усмехнулся Париндра.

– О, – удивился Кир. – Я думал, ты по учёбе что-то читать хотел.

Париндра смерил его насмешливым взглядом, почти как Филин – собачий клуб.

– За первый курс? Я там и так всё знаю.

Кир захлопал глазами.

– А зачем тогда поступал?

– Надо же диплом получить, – пожал плечами Париндра. – А мне всё равно, в каком парке стихи читать, здесь или у дома.

Кир отвернулся от него и уставился в экран. Он что, один тут недотёпа из глубинки?!

Глава 4

На занятие по молекулярной биологии Кир двигал с новой целеустремлённостью. Вчера созвонился с отцом – тот, конечно, хотел знать первые впечатления от университета. Кир ему, конечно, ничего не сказал о своих неудачах. Мол, занятий не было, с кем учусь, пока не знаю, поводов для знакомства не нашлось. Вот определится состав группы, тогда… Кир так убедительно это преподнёс, что сам поверил. Действительно, что ему эти математики с филологами? Сегодня придёт в свою группу, где будут нормальные люди с общими интересами. Это как у матери с клубом было: одно дело какие-то случайные соседи, а совсем другое – люди, осознанно выбравшие именно этот круг интересов.

Таким образом преисполнившись оптимизма, Кир явился в аудиторию с улыбкой и настроем наделать кучу друзей на все года обучения. На биомеде первый год все учились вместе, потом начиналось разделение на медиков и исследователей, и с каждым годом область изучения становилась всё уже. А чтобы на первом курсе группы были не слишком большими, их делили случайным образом, поэтому Кир не знал, будет в его группе ещё кто-то, кто метит в медицину, или нет, но в любом случае собирался завести знакомства.

Аудитория оказалась небольшая – всего человек на десять. Кир пришёл чуть-чуть заранее, и кроме него здесь уже было трое: две ареянки и, вероятно, землянка.

– Привет! – лучезарно объявил Кир.

Ареянки обернулись к нему на секунду, кивнули и вернулись к прерванному разговору. Землянка закатила глаза.

– Из всех возможных мест… – пробормотала она.

Кир не понял, к чему она это, но засмотрелся. На девушке был розово-коричневый спортивный костюм, сидящий немного туго на её выразительных округлостях, и это сочетание цветов ласкало взгляд. Пушистые русые волосы девушка забрала в небрежный пучок, и выпавшие из него лохмушки мило обрамляли румяное лицо. Кир обошёл длинный стол первого ряда и прицелился на стул рядом с розовой пышечкой, но там оказались сложены её вещи. Тут Кир припомнил, что Ма говорила, мол, земляне любят рассесться попросторнее, и занял место через одно от девушки.

– Я Кир, – сказал он, протягивая руку.

Она скривилась и открыла рот что-то ответить, но тут дверь аудитории распахнулась, и внутрь влетела тощая блондинка в коротком платье, едва прикрывающем то место, откуда начинались её бесконечные ноги.

– Итта! – воскликнула она мелодичным голосом. – Наконец-то я тебя нашла! Ты уже познакомилась?

Кир так понял, что реплика предназначалась девушке в розовом, хотя смотрела блондинка на него. Сам он немного протормозил, шокированный её нарядом. Нет, он, конечно, на Земле уже всякого повидал, но как-то… Не так близко, что ли? Подол микроплатьица заканчивался в нескольких сантиметрах над краем Кирова стола.

– Ну типа, – буркнула, очевидно, Итта.

– А я её подруга! – жизнерадостно продолжила блондинка, переступая на месте от бурлящей энергии, и Кир с усилием отвёл взгляд, опасаясь увидеть что-то, что вовсе не положено. – Меня зовут Мэй!

Она протянула Киру руку, так что пришлось снова на неё посмотреть, но тут Кир сообразил встать. С высоты его роста вся девушка визуально сократилась до улыбчивого лица и носков туфель.

– Кир, – сообщил он, тайком облегчённо выдыхая. – Ты тоже в нашей группе?

– Нет, – выпятила губу Мэй, как будто это было её недостижимой мечтой. – Я в ботанике ничего не понимаю, у меня вся семья экономисты. А ты не хочешь на эконом перевестись?

Кир вытаращился. Это была очень странная идея.

– Зачем?

Мэй кокетливо склонила голову набок.

– Там я!

Кир не сразу нашёлся с ответом. Нельзя же сказать девушке, что таких, как она, тут целая планета, и если б он искал себе невесту, были пути и попроще, чем отборочные экзамены?..

– Пока что ты тут, – выдавил он с кривой ухмылкой. – Так зачем мне далеко ходить?

– Ого-о, какой ты наглый! – протянула Мэй, но, кажется, в шутку. – Ну чего и ждать от принца! У тебя, наверное, поклонниц хоть отбавляй?

Кир не совсем понял последнюю фразу – то есть, суть-то он понял, но не мог сообразить, нейтральное это выражение или Мэй чем-то недовольна. К счастью, в этот момент в аудиторию вошли ещё какие-то люди: высокая негритянка, двое низеньких парней с муданжскими лицами – Кир уже знал, что это земляне такие, – и эспажанец с нагеленными волосами.

– Ка-а-акие лю-ю-юди! – взвыл последний при виде Кира. – Принц Байч-Харах собственной персоной!

Он подскочил поближе, отвесил поясной поклон и тут же вцепился в руку Кира, отобранную у Мэй. Руку эту он обхватил двумя ладонями.

– Ваше высочество, я так благодарен! Мы все так благодарны! Если бы ваш высокородный отец не разбил Джингошскую Империю, у нас никогда не бы не было возможности получить земное образование! Мы все вам так обязаны!

– Рад за вас, – прохрипел Кир, отшатываясь. К такому он был вообще не готов. Даже когда ездил с отцом на всякие встречи, его там никто не трогал. Отцу иногда выражали – кто благодарность, кто просто восхищение, но Кир успешно скрывался в его тени. Откуда этот нагеленный вообще знает, как Кир выглядит?!

– Ну что у нас тут, все? – раздался от двери приятный баритон. – Ага, не все. Что ж, господа студенты, я никого ждать не буду, а ключ от аудитории есть только у меня и у декана.

Толпа в передней части класса мгновенно рассосалась – Мэй провинтилась наружу, послав Киру воздушный поцелуй, остальные расселись. Кир обнаружил на соседнем стуле нагеленного эспажанца.

– Итак, – продолжил обладатель баритона. Это был подтянутый лысеющий мужчина в свитере с эмблемой университета. – Что мы имеем? Раз, два, – он начал считать с ареянок, сидящих у дальней от входа стены, – три, четыре, пять, – посчитал он Итту, Кира и эспажанца, – шесть, семь, восемь, – закончил он негритянкой и землянами. – В группе вас двенадцать человек. Ну что ж, уже есть четыре кандидата на вылет. Кстати, меня зовут профессор Лонкинс.