Юлия Жданова – Воробушек (страница 6)

А потом о женитьбе и думать не смел, озлобился на всех. Были женщины, "одноночки", а чтоб жениться… Не дождутся они от него!

А тут что-то вроде "торкнуло". Галька ничего себе баба. Симпатичная, "в теле". Только вот моложе сильно, она его дочки, Кристинки, старше на пару-тройку лет всего! И к ребенку ее, Саньке, привязался, хоть сам себе не признавался в этом. Он вообще как-то с детьми не очень…И Кристинку не хотел, получилась случайно. И рано, и не с той, которую любил. На стороне, считай, завел. Не воспитывал. Мать его ее нянчила.

А близко познакомились-то всего несколько лет назад. Когда беда пришла. Сергей затушил "бычок" и взял еще сигарету.

А Галькин мальчишка почему-то прямо в сердце проник. И на рыбалку с ним, и на пасеку. Хвостом прямо. "ДядьСереж, я с тобой!", и все тут! Задружили. Может потому что это мальчишка? Кто его знает?

Ветер трепал его волосы, седина серебрилась на висках. Да, вот и жизнь пробежала…А что он, где он…Дочь в бегах, а чужого воспитывает. Выпивать, да, выпивает, но сейчас гораздо реже. Галька если унюхает – крик поднимет, а ей переживать нельзя. Ребенка ж носит. Сама-то она, как забеременела, все бросила. И пить и курить! Галька как хозяйка хороша была. И еда горячая, и в доме все блестит. И ребенка в строгости воспитывала. Учился Санька хорошо, никому не докучал, проблем не создавал.

А веселая баба была, когда познакомились. Приехала она тогда с города – ребенка матери привезла. Познакомились, да как загуляли!!!! Мать ее, которую все в деревне "Зайчиха" звали, фамилия у нее Зайцева, все ходила, из компании ее вытаскивать, все к совести взывала. Но ведь когда выпьешь, сам король тебе не указ! Он усмехнулся. Ну вот, сначала там, в Куликовской избе встречались за выпивкой, потом таились, ночевали, бегала она к нему, туда-сюда и все. Беременная. А ему за 50. Пришла к нему. Что он должен был, прогнать ее? Зайчиха как узнала, что дочь беременная, да еще и от него – мигом ее из дома выперла. "Иди, говорит, семью создавай, как хочешь! Или избавляйся." Как можно? Ладно, родит, посмотрим, чья порода. Ему не жениться…Если его – на себя запишет. А если нет…Об этом даже думать не хотелось.

***

Доехав до кладбища Кристина боялась, что не найдет могилу матери. Но неожиданно нашла сразу. Участок был расчищен от травы, лежали увядшие цветы. Кто же был тут недавно? Не Слава и не Саша, это уж точно. Кристина присела на корточки.

– Здравствуй, мамочка… – по щекам потекли слезы.

Да, совсем она забыла когда у матери была. Плохая она дочь. Мать старалась, тянула ее, как могла, а она…Ни образования не получила, ни семьи не создала…

Стыдно стало так что в жар бросило. Весь год валялась в "отключках". Чтобы сейчас ей сказала мама, увидев ее? Кристинка горестно вздохнула. Ноги устали, она уселась прямо на траву. Долго смотрела на крест, пытаясь мысленно обратиться к матери…Но мысли скакали, не давая сосредоточиться. Почему-то вспомнился дом в деревне, БАля, Север…Как они были счастливы там!

Все ее школьные друзья потерялись. В новой школе как-то прижиться она не смогла. Одна осталась на целом свете. И ничего у нее нет. Ни угла, ни денег, ни работы…Другие вон, в 30 лет уже "директора", а она…только школу и окончила. Да и то еле-еле. Любовь…Леша…Думала навсегда, а оно вот как все получилось. Ладно хоть жива осталась…

Вещи! Внезапно вспомнила она. Ее сумка с вещами! Она же осталась в той страшной квартире! И если она ее не заберет, то у нее даже трусов лишних нет. Возвращаться туда? Возвращаться до жути не хотелось, но что делать? Там зимняя куртка, обувь, все ее нехитрые пожитки, которые она успела собрать в тот день, когда уходила от Леши насовсем. Если их не забрать, то она, считай, голая. Отец вряд ли накупит ей обнов! Когда в тот последний раз она собиралась к Леше, он ей сказал:

– Ты Кристина, бестолковая! Ну на кой ты опять к нему едешь? Уж сколько раз приезжала, уезжала. Он не изменится, неужели ты этого не понимаешь?

– Ну пап, – просительно сказала Кристина, – ну он сказал, что все, больше такого не повторится. Ну как человеку шанс не дать?

– Ну езжай, давай ему шансы, а он тебе "люли". – ответил Серега. – Ты, конечно, всегда можешь сюда вернуться, но знай, мне это уже надоело. Едешь – езжай совсем. И его я чтоб больше не видел, подонка.

Кристина в тот момент была окрылена примирением с Лешей, и ей не хотелось слушать проповеди отца. Она все-таки верила Алексею – столько лет прожили. Ведь на коленях просил вернуться!

А вернулась – так понеслось! То не так, это не эдак, мать-проститутка и она, достойная ее дочь. Когда Леша был пьян, он себя не контролировал. Чуть что не по его – сразу оплеуху!

Отец его в их ссоры не вникал, отсиживался в своей комнате. Он только один раз ему сказал, чтоб не трогал Кристину, но Леша послал его подальше.

– Не твое дело, я сам свою бабу буду учить, не суйся…-огрызнулся он и замахнулся на отца.

– Учитель хренов, – сказал отец. Сладить с Алексеем ему было не под силу. Кристина поняла, что помощи ждать неоткуда. Полицию не вызовешь, а идти некуда. Так и терпела, пока терпение не кончилось совсем.

Когда он был на работе, она аккуратно сложила все свои вещички в большую сумку и ушла. Замазала синяки оставшейся "тоналкой".

Она вышла на улицу совершенно не зная куда ей податься. К отцу стыдно. Скажет я тебе говорил, а ты овца, вся в мать. Она села на лавку, нашла в сумке пачку сигарет и закурила. Что же делать? Еще день белый. Денег нет. И есть как хочется – сил нет. Из дома взять было нечего. Леша еще не получил зарплату, дома было шаром покати. Денег он ей не давал, покупал все сам принципиально. Она порылась в сумочке и нашла мелочь. Надо хоть булку какую-нибудь пойти купить. Оставив сумку в густых кустах в сквере, она пошла в ближайший магазин. Она ходила вдоль полок с хлебом, выбрала булку – "веснушку". Йогурт бы еще, но нет денег…

– Кристина? – внезапно позвал ее какой-то очень знакомый голос.

Она обернулась. Перед ней стоял Саша.

– Привет....пап, – автоматически сказала она. Она когда-то звала его папой.

– Привет…-Саша изумленно разглядывал ее.

Глава 7

Нет, больше нет никаких ее сил! Дал Бог детей! Ну Миша-то хотя бы проблем сейчас не подкидывает, а эта что творит? Ольга за голову хваталась. Неужели можно быть такой бесчувственной и беспечной? Она в ее возрасте уже институт закончила, замуж вышла! С юности просто "вгрызалась" в науку! Учиться хотела! Строила свое будущее! А эта?

В пятницу вечером дала ей Ольга карточку и велела сходить в аптеку за лекарством Павлу. И что вы думаете? Сегодня воскресенье и она только под утро приперлась домой! Сходила, называется, за хлебушком! Ольга, как посмотрела сколько прогуляла эта нахалка, в ужас пришла. Жить-то им теперь на что? Ладно хоть у Миши скоро аванс!

Ольга понимала что накручивает себя, но нервы были и без того накалены, ничего с собой поделать она не могла. Выгнать ее к чертям собачьим? Но куда она пойдет? Господи! Хоть бы замуж что ли вышла! Пусть муж за нее ответственность несет! Ей 25 лет! Замуж! Да кто ее возьмет, эту колотушку? Ни сготовить, ни заработать! Вот воспитали дочь – врагу не пожелаешь! Ольга вытерла мокрый лоб рукой. Матери рядом нет, даже пожаловаться некому. С подругами она не общалась, у всех своя жизнь. Да и все ее подруги уже жили, как говорится, "в шоколаде", в собственных домах за городом. С внуками возились по выходным, да по салонам красоты и шоппингам разъезжали!

А она сидит тут, в старуху превращается! Стирает! Готовит на всех! Котлами! Четверо взрослых! А Павлу еще отдельно! Миша не захотел в деревню с бабушкой ехать, остался дома. С одной стороны правильно, что ему там делать? А с другой…Но ей вот с ними всеми как? Помощи никакой! Как надоела эта готовка, стирка уборка! И нельзя уехать все и бросить, как тогда, с Серегой. Тогда у нее детей не было. И муж здоровый был. Ничего их не связывало, развелись, и дело с концом. А теперь опутана она по рукам и ногам. Не жизнь, а тюрьма. И выхода из нее никакого…

Ольга не выдержала, пошла в комнату дочери, которая отсыпалась после своих двухдневных похождений. Дашка спала, как убитая. Ольга с какой-то неприязнью посмотрела на дочь. Как огромный тюлень развалился на кровати! Вся белая, рыхлая! Вот как нагулялась, никак отоспаться не может. А уж запах стоит в комнате!

– А ну вставай, белоручка! – крикнула она и дернула Дашку за ногу. Та замычала что-то невнятно, во сне махнув в сторону матери толстой ногой. Как она похожа на сестру ее, покойную Наташку, отметила Ольга. Та же фигура, глаза карие…И не только внешне. Тоже учиться не хотела, мать все в школу таскали! Но та, хоть кое-как ПТУ закончила! Хотя ребенка на руках уже имела! Ребенок этот был от мужа ее бывшего, Сереги. Сестры из-за этого общаться перестали. Не смогла Оля простить сестре.

Так, время прошло, забылось все, но чужими стали, и общаться вроде не о чем – жизнь шла, интересы изменились. Новость о смерти сестры не то чтобы расстроила Олю. Просто как будто умер посторонний человек. Вроде и жалко, а вроде и все равно. Она и не знала каким ее сестра стала человеком. Мать тоже, как к ней съездила, вернулась чернее тучи, но ничего не рассказала. И вот вам, такая насмешка судьбы – дочь ее очень похожей на Наталью выросла.