Юлия Жаркова – Тайна старинной усадьбы (страница 2)
Кстати, про кроссовки это не фигура речи, друг Ника обнаружил на обратном пути, что щеголяет одной ногой в дырявом носке. В доме же, очевидно, у нас сработал коллективный разум большой испуганной компании.
Подбил нас на вылазку Ник, он как раз недавно получил права и гонял на ржавой копейке деда. Первый парень потока, шебутной, веселый, любимец девушек, собак и котов.
Как я затесалась в эту компанию, не поняла сама, мы с подругой готовились к поступлению в университет и всю весну просиживали в читальном зале библиотеки. Не успели в тот день выйти на свежий воздух, как напротив затормозила вышеупомянутая копейка, и к нам подошли трое одноклассников во главе с Ником. Мы увлеклись разговором, а спустя двадцать минут, соревнуясь в сочинении страшилок на ходу, дружно катили к усадьбе.
Старые деревенские истории про местную заброшку оригинальностью не отличались. Несчастные возлюбленные, коварные родственники, ведьмы, упыри и странные пожары.
Вынырнула из воспоминаний, закрыла воду и вышла из душевой, кутаясь в теплый и такой уютный махровый халат. Прошлепала босыми ногами на кухню и удивленно замерла у входа. Ник стоял у плиты в моем фартуке с лопаткой в руке. На столе стояла миска с овощным салатом, на тарелке красовались картофельные оладьи, в вазочке белела гладь сметаны. Я сглотнула, не ела с самого утра, если, конечно, утренний кофе с одной конфетой можно считать едой. Я уселась на стул и цапнула с тарелки пышущую жаром оладью, откусила приличный кусок, едва не застонав от удовольствия, невероятно вкусно, или это я такая голодная…
– Исправился и вернул долг, – помахивая лопаткой, улыбнулся Ник.
– Котлет нет, – все-таки поддела я, уминая вкуснющие горячие оладьи.
– У тебя пустой холодильник, – взмах лопатки по направлению к белому монстру выпуска прошлого века.
– Я в курсе, не доехала до магазина, но я-то надеялась, что свой ужин слопаю сама! Без непрошеных помощников! – ворчливо попеняла я, вытерла масляные пальцы о салфетку и запустила ложку в миску с салатом.
Ник предпочел пропустить мое нытье мимо ушей, он выключил конфорку, стащил фартук, плюхнувшись на стул, стоящий напротив. Пододвинул мне кружку с чаем. Я подняла на него глаза, он взъерошил черные волосы, голубые глаза смотрели на меня непривычно серьезно. Я сделала глоток чая: черный и сладкий, как я люблю – подхалим!
– Насколько ты собираешься у меня задержаться? – буркнула я.
Он широко улыбнулся, я угрюмо нахмурилась.
– На пару месяцев, – выдал с поразительным спокойствием этот будущий труп.
Чай от возмущения пошел не в то горло, я закашлялась, он легонько хлопнул меня по спине, я с трудом подавила желание надеть миску с салатом ему на голову.
– Пару месяцев? Ты издеваешься? И скажи, пожалуйста, почему у меня? Больше пожить не у кого?
– Не у кого! – ехидно ухмыльнулся паршивец, глядя мне прямо в глаза, я моргнула и сумела-таки отвести взгляд, пытаясь вспомнить язвительные слова, только долю секунды назад вертевшиеся на языке, но голова, как назло, была раздражающе пуста, мысли трусливо разбежались по углам.
Я открыла было рот, высказать паршивцу все, что о нем думаю, как вдруг что-то сильно ударило в окно, стекло задрожало, тихо позвякивая. Вздрогнув, я съехала на край стула, чудом не свалившись на пол. Еле успела вцепиться пальцами в стол. Ник мигом перестал ухмыляться, встал и, отодвинув штору, выглянул в окно, обернулся и молча покачал головой. Никого. Подошел ко мне вплотную, разглядывая мое перекошенное от страха лицо.
– Ты ничего не хочешь мне рассказать?
– Нет, не хочу, – огрызнулась я, села поровнее, скрестив руки на груди.
– Да, в общем, я и так все понял, – фыркнул Ник. – Основываясь на логике и твоему запыленному, растрепанному и загнанному внешнему виду по возвращении домой, делаю логичный вывод – ты побывала в заброшенной усадьбе. – Уперев руки в бока, навис надо мной. – Я прав? Ты что-то там увидела, раз удирала, сдирая колени в кровь. У тебя, кстати, еще царапина на щеке.
Ник провел пальцами по моей скуле, меня окутал пряный и такой знакомый аромат его духов. Я взбесилась окончательно. Нет, вы на него посмотрите, сыщик недоделанный! Кровь застучала в ушах, я скрипнула зубами.
– Прав, – рявкнула, вскочила на ноги, мы едва не стукнулась с Ником лбами, он вовремя успел отшатнуться. – Купила камеру, проезжала мимо заброшки и решила поснимать.
– Поснимала? – елейно уточнил Ник, подошел ко мне еще ближе, я сглотнула, кивнула, изо всех сил стараясь сохранять последние жалкие крохи спокойствия. – Получилось? – его губы невесомо скользнули по моим, дыхание перехватило.
Я отступила на шаг, сама от себя подобного финта не ожидая, схватила со стола тарелку с оладьями, проворно выскочила в коридор и влетела в свою комнату, захлопнув ногой дверь. До меня долетел громкий и донельзя ехидный смешок Ника из кухни. Наглая кошачья морда, и почему я не могу на него спокойно реагировать? Шесть месяцев ведь прошло! Кипя от злости, я пыхтела, как закипающий чайник, стоя у двери. В полотно двери в районе моих лопаток раздался вкрадчивый стук, я отпрянула от нее, как ошпаренная.
– Настя, открой, мне правда очень интересно, что ты увидела в доме?
Одной рукой придерживая тарелку, распахнула дверь. За ней обнаружился Ник с миской салата в руках, он бочком втек в комнату. Я молча развернулась и протопала к компьютерному столу, поставила тарелку на стол рядом с клавиатурой. Спиной почувствовала тепло тела Ника, он подошел совсем близко и… поставил миску рядом с оладьями. Не оборачиваясь, я попросила:
– Принеси, пожалуйста, камеру из прихожей, я ее там оставила. Посмотрим, что наснимала в усадьбе, раз тебе так интересно. Не могу же я позволить тебе мучиться, а потом погибнуть во цвете лет от неудовлетворенного любопытства. Хотя…
Он поцеловал меня в макушку, тепло исчезло, я стекла на стул, нажала на кнопку на блоке питания старенького компьютера. Взвыл вентилятор, замерцал экран монитора. Шаги Ника приблизились к комнате, рядом со мной бухнулся стул из кухни. Шустрый какой! Ник протянул мне карту памяти, камеру поставил на подоконник. Я вставила карту в слот, щелкнула мышкой, открывая последнюю фотографию. Мы с Ником молча уставились на мутную картинку. Ближе к левому краю фотографии сиял огонек, окруженный разнообразными оттенками темноты. Фото, которое я сделала, сидя в машине.
– Что это? – поинтересовался Ник, наклонившись к самому экрану, практически утыкаясь в него носом.
– Свет в окне, он загорелся после того, как я выбежала за ворота и добралась до машины.
Ник нахмурился, наклонил голову, протянул руку, положил на мою и моим же пальцем щелкнул кнопкой, перелистывая фото. Машина, свет фар, черная тень у кустов, я понятия не имела, в какой момент сделала это фото. Ник присвистнул.
– Так ты их тоже видела!
Открыв рот, я ошеломленно уставилась на него. Он посерьезнел, вздохнул, откинулся на спинку стула.
– В школе я в гордом одиночестве отправился в усадьбу вечером. На своем стареньком велике – в начале десятого класса. Дури в башке было много, и захотелось острых ощущений. Некоторое время побродил с фонарем по первому этажу, удивляясь, что хоть дом, конечно, и пришел в запустение, но привычных печальных итогов забредания в здание бомжей и молодых идиотов не было: ни граффити, ни битого стекла, ни, хм… специфического запаха. Поднялся по лестнице на второй этаж. Луч фонаря скользнул по темному провалу дверного проема, я заметил краем глаза черную длинную тень. Фонарь вылетел из руки, отлетел в сторону, ударился об пол и погас. Впереди что-то промелькнуло, хлопнула дверь. Я опрометью кинулся из усадьбы, вскочил на велосипед и побил пару рекордов, добираясь до дома. Протрясся всю ночь под одеялом, а утром мне стало невыносимо стыдно. Всегда считал себя смельчаком, а из усадьбы удирал как трусливый заяц.
– А зачем подбил нас поехать тогда в усадьбу – перед выпускным?
Он повернулся ко мне, его теплая рука все еще лежала на моей. Я таращилась в монитор, старательно делала вид, что не замечаю ни его взгляда, ни прикосновения.
– Выделывался, пытаясь привлечь внимание серьезной брюнетки с карими глазами. Не мог понять, как вытащить ее из библиотеки на прогулку.
– Ха-ха, ну конечно, – автоматически щелкнула мышкой, повернулась к экрану, вскрикнула, схватила Ника за локоть, вскочила со стула и отбежала к двери, утаскивая парня за собой.
Глава 3. Прошлое
Оба стула с оглушительным грохотом рухнули на пол, Ник непонимающе на меня вытаращился, я дрожащей рукой указала на монитор. Он обернулся и, поперхнувшись, притянул меня к себе. Оказывается, я, даже валяясь в коридоре на полу усадьбы с закрытыми глазами, не теряла времени даром и нащелкала несколько занятных кадров.
Длинный туннель коридора, освещенный вспышкой камеры, в центре стояли группой длинные черные силуэты, пять штук, их было ровно пять. Я присмотрелась, да нет, не группой, один призрак маячил в стороне от остальных и был заметно насыщеннее и темнее, больше похожий на черную дыру на сером фоне. Ник нахмурился и шагнул обратно к столу, я нерешительно поплелась следом за ним.
– Пятеро, – почему-то иррационально обрадовался Ник. – Если верить книге, именно столько призраков и бродят по усадьбе.