Юлия Юг – Непокорная для дракона (страница 9)

– Думаю, что в деревне… – начал размышлять возничий.

– Мы можем продать лошадь! – заявила работорговка, явно подслушивающая наш разговор.

– И сколько же вы за это возьмёте? – недоверчиво спросил у неё мой извозчик.

Вероятнее всего ему понравилась роль моего поверенного, и он с радостью ей пользоваться, старательно представляя мои интересы.

– Ой, немного возьмём, всего три золотых. Да за такую хорошую работоспособную лошадь это можно сказать даром.

Меня пронзила мысль, что за лошадь попросили больше, чем за живого человека! Как так-то?

А женщина, тыкая пальцем на стоящую невдалеке лошадь и пытаясь нас подвести к ней, по пути активно расхваливая свой товар. Мне же ещё на подходе показалось, что предлагаемая лошадь или больная или же уже очень старая. Это понял и мой извозчик.

– Это вы мне рассказываете? Лошадь у Вас хорошая? Три золотых за такое доходяжное животное? С ума сошли!

Извозчик повернулся ко мне и негромко начал рассуждать:

– Извините меня господин, если вмешиваюсь не в своё дело, но Вам предлагают плохой товар и явно втридорога. Но даже не это главное. Дело в том, что в оборотнях много животного, и даже если у этого раба связь со своим зверем из-за ошейника почти отсутствует, всё равно верхом на лошадь его лучше не сажать, вдруг она взбрыкнет. Да и в телеге или повозке в таком состоянии его проще передвигать. Не сочтите за наглость, но я могу предложить свою лошадь с повозкой. Мой конь молодой и очень выносливый. Вам за Ваше доброе сердце я его за семь золотых отдам. Если бы при других обстоятельствах и другому, то все десять золотых просил бы.

– Хорошо. По рукам, если поможете мне раба в повозку переложить.

– Конечно!

Вот так я и стала не скажу, что счастливым, но всё же обладателем коня повозки и раба. Сама от себя в шоке! Но дело сделано. Потихоньку я спросила у извозчика как правильно управлять его лошадью. Он понимающе хмыкнул, вероятно подумав, что раньше это было не барское дело садиться за коня, и напомнил азы управления лошадью, которые в теории я знала. Затем мы с извозчиком дружелюбно распрощались.

Он решил дойти до деревни к своему знакомому который поможет приобрести ему нового коня. Мужчина заверил меня что моих золотых ему хватит и на коня, и на новую повозку, чтобы я о нём не переживала. Я и сама подсознательно догадывалась, что семь золотых это вполне приличная сумма за всученный мне товар, и что себя извозчик уж точно не обделил. Но в итоге в выигрыше остались оба. По крайней мере я сэкономила себе время, чтобы не заезжать в деревню.

В итоге, я села управлять повозкой, в которую ранее извозчик погрузил многострадального раба. Вначале я поехала в том же направлении, в котором мы двигались извозчиком, то есть в сторону деревни, но затем увидела как небольшая дорога сворачивает в лес. Подумала, что это как раз именно то, что мне нужно. В деревню заезжать, и лишний раз показываться на люди, было бы глупо в моём положении.

Ширины лесной дороги, на которую я свернула, как раз впритык хватало на то, чтобы поместилась управляемая мной повозка. Проехать вглубь леса удалось недолго, примерно минут сорок. Периодически во время езды я слышала тихие стоны раба. Но вот в какой-то момент они полностью затихли, и от этого мне стало не по себе. Уснул или умер? Эта мысль меня ужаснула. Я остановила лошадь, и пошла проведать своё приобретение.

Молодой мужчина лежал спиной к верху, примерно в том же положении, в каком его положили в повозку. Однако сейчас дыхание раба было очень прерывистым и тяжёлым. Я решила померить температуру его тела и дотронулась рукой до его лба, но в этот момент только и успела краем глаза увидеть, как резким движением он схватил запястье моей руки. Сам же оставался лежачим, даже глаза не разлепил и тяжело дышал.

– Тише, тише. Я не причиню вреда, хочу помочь. – Спокойным голосом произнесла я.

Мою руку отпустили. Ресницы раба задрожали, и он медленно приоткрыл глаза, посмотрев на меня тяжёлым затуманенным взглядом. Я всё-таки потрогала его лоб. Он был горячим. У мужчины явно высокая температура, и это очень плохо. Понимая, что тянуть дальше нельзя, я отогнала лошадь на поляну, расположенную недалеко от дороги, для того чтобы проезжающие мимо не увидели нас и не смогли помешать. Коня привязала к ближайшему дереву, и принялась за эксперимент лечения, который ранее провела с Диониссой. Настроилась, очень захотела помочь избитому больному, вновь почувствовала то самое состояние – прилив энергии и покалывания на кончике пальцев, и принялась свою белую лечебную силу выливать в пострадавшего.

Но в этот раз что-то пошло не так. Он, в отличие от служанки, словно губка жадно поглощал мою лечебную живительную энергию, и в какой-то момент я поняла, что мне срочно нужно прекратить происходящее, иначе я сама останусь без сил. Я попыталась сжать пальцы в кулаки, но это процесс лечения не остановило. И вот теперь я испугалась не на шутку. Ибо нечего было играть в великого лекаря, и соваться в то, что я совершенно не понимаю.

Меня накрыла паника. Неумеха! Во что я ввязалась? Я вновь посмотрела на кончики своих пальцев и мысленно представила железный щит между ними и телом больного. А потом мысленно сама себе приказала: «Хватит лечить. Чем могла – помогла. Всё!».

Не знаю, что именно в этот раз помогло, но лечение действительно прекратилось. Правда меня пошатнуло, и я почувствовала, что безумно хочу спать, прямо глаза слипаются. Кажется, про это когда-то меня спросила Ди, не чувствую ли я отката после лечения. О, ещё как, сейчас, чувствую! Что бы это значило? Что дар всё-таки не такой сильный, или что оборотни много энергии требуют? Или всё дело в том, что пациент мне очень тяжёлый попался?

Погрузившись в свои мысли, я не сразу поняла, что кожа на спине мужчины в процессе моих манипуляций довольно хорошо зарубцевалась. На ранее извороченной кожи спины, вернее месива, в которое спина превратилась после ударов плетью, появилась розовая молодая кожа. Все порезы зарубцевались. Потрясающий результат после однократного воздействия! Просто чудо.

Дыхание мужчины также выровнялось и теперь он, открыв глаза, очень пристально, как-то по-новому меня рассматривал. Я смотрела на него в ответ, пока не почувствовала, что наши гляделки с ним затянулись. А моё состояние при этом лучше не становится.

Осознала, что сейчас усну прямо у него на глазах. Этого никак допустить нельзя! Лучше его отпустить подобру-поздорову. А судя по посвежевшему лицу мужчины и его плотоядной улыбки, ему уже действительно стало намного лучше. Поэтому я не стала ходить вокруг да около:

– Вижу, Вам стало лучше. Это хорошо. Если помните, я Вам обещала свободу. А я всегда держу свои обещания. Вот.

Я сняла выкупленный у работорговцев браслет с руки и протянула его мужчине.

– Нет, это так не действует. – Пояснил мне он. – Раб не может освободить сам себя.

На мгновение мне показалось, что от моих слов и движений мужчина расслабился. Сейчас я уже не ощущала от него той угрозы, которая меня пугала в нём ещё несколько минут назад.

– Что я должна сделать?

– Открыть ключом замок на моём рабском ошейнике, и вслух произнести, что я теперь не раб, потому что ты даёшь мне свободу. Это магический ошейник, обязательно нужно сказать «Носивший его получает свободу».

– Хорошо. – Произнесла я, а затем осторожно добавила. – Надеюсь, Вы помните, что обещали не причинять мне вреда?

Молодой носитель рабского ошейника утвердительно покачал головой и сказал:

– Я обещал, и сдержу своё обещание, если и ты сдержишь своё обещание, дракон.

Я медленно, не делая резких движений, потянулась к ошейнику. Всё равно подсознательно я чувствую, что мужчина не так прост, как хочет казаться. Взять хотя бы то, что он в данный момент раб, а я его хозяин. Но он настойчиво игнорирует мое обращение на «Вы» и постоянно мне тыкает! Да и держится так, будто он великий король, удостаивающий меня чести с ним общаться. И это неимоверно бесит!

Теперь, побыв с ним некоторое время рядом, наедине, я даже несмотря на его ошейник, ощущаю в нем что-то животное, сильное, пугающее. Это заставляет быть более аккуратной и настороженной.

Он отклонился назад, подставляя мне шею. Не знаю, сделал он это для того, чтобы мне было удобнее снимать ошейник или в знак временного подчинения, но интуитивно меня этот его жест успокоил. Но это нисколечко не отменило моего желания побыстрее избавится от соответствующей обузы, из-за которой я сейчас практически без сил и очень хочу спать.

Я вставила в замочную скважину ключ, повернула его до щелчка, и ошейник приоткрылся, всё ещё оставаясь на его шее. Правда, волшебство какое-то! Я громко проговорила:

– Я отпускаю тебя, больше ты не раб, открываю ошейник и даю тебе свободу. – Потом, вспомнив нужные слова, добавила: – Пусть носивший его, да получит свободу!

Вуаля, и после моих слов ошейник полностью расстегнулся, распадаясь на две части. Мужчина довольно улыбнулся, а затем спросил меня:

– Ну что же, а теперь давай на чистоту: кто ты и что именно тебе от меня нужно?

– Мне? От тебя? Ничего себе постановка вопроса! И это вместо спасибо?! И с каких пор мы с ВАМИ на «ты»?

– И всё же?

– Разговор у нас странный получается, не находите? Но я отвечу: мне от Вас совершенно ничего не нужно! Я просто Вас спасла, как мне показалось, от неминуемой гибели. Дала свободу. На этом мы с Вами вполне можем разойтись.