Юлия Яр – Академия АСПИД. Обмани меня (страница 4)
Вдруг скрипнула входная дверь и в комнату въехала груженая доверху тачка, а следом вошел довольный Казимир.
– Вот, смотри сколько я тебе всякого добра насобирал, – гордо возвестил команданте. – Оно может не очень новое, но ничего. Немного чародейства и все будет в порядке.
– Козя… я тут это, – стыдливо скривилась. – В общем, колдовать не умею.
– Как это? – обалдел он. – Может ты что-то напутала?
– Нет, ничего я не напутала, – твердо ответила ему.
– Ну, а вдруг к тебе неожиданно придет магическое озарение, – с надеждой высказался хозяйственник.
– Запомни, Козя, в наше время к женщине неожиданно приходят только две вещи: инфаркт и беременность. Все остальное строго по расписанию.
– Как же ты тогда здесь работать собираешься? – Козьма задумчиво плюхнулся рядом со мной на диван.
– Даже не представляю, – в тон ему отозвалась я.
Весь оставшийся день я заботливо обустраивала свою новую обитель. Козьма оказался тем еще «плюшкиным» и натащил мне полную комнату разнообразной требухи разной степени антикварного состояния, а кое-что оказалось так и вовсе мумифицированным. Например, трупик маленькой мышки, который вывалился из вороха старых, недогрызенных молью шерстяных одеял. За неимением магии чистить, мыть, стирать и отскабливать мне приходилось вручную. Козя мне, конечно, самоотверженно помогал. В основном тем, что валялся на кровати задрав крылышки, и подсказывал за что лучше взяться в следующую очередь. Правда, под конец дня сжалился и вызвался сбегать в трапезную и принести чего-нибудь вкусненького к ужину. А мне великодушно предложил пока привести себя в порядок.
К сожалению, отдельной ванной комнаты мне пока что по статусу не полагалось. Все мое личное богатство ограничивалось исключительно фаянсовым рукомойником со сколотым боком. Но зато на этаже имелась отдельная душевая, квалифицированная мной, как вполне приличная даже по здешним отсталым меркам. Выложенный глазурью угол и несколько латунных ручек с большими распылителями прямо под потолком, так что сразу несколько человек могли одновременно принимать душ. Кабинок или хотя бы перегородок не оказалось. Впрочем, меня это не смутило, потому что этот корпус общежития еще не был заселен студентами, поскольку нуждался в ремонте. Так что гостей я не ожидала.
Вооружившись куском мыла, я открутила кран и смело шагнула под душ. Вода оказалась едва теплой, что очень бодрило и мотивировало поскорее закончить водные процедуры. Мыло, добытое Козей и идентифицированное им как «яблоневый цвет», пахло отнюдь не яблоками, а почему-то старыми портянками. Мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы вымылить его настолько, чтобы запах стал хотя бы терпимым. Кое-как приведя себя в соответствие с международными санитарными нормами, я подошла к зеркалу и, наконец, могла воочию оценить масштабы трагедии.
Какой кошмар!
Разве можно на ночь в зеркале такие ужасы показывать?
Сторона лица, на которую я сегодня так недальновидно приземлилась, явно ответила взаимностью на этот поцелуй земли-матушки. Потому что опухла, увеличившись в размере раза в два, и сделала меня похожей на хомяка, страдающего рахитом. Странно, как еще декан не принял меня за какую-нибудь бродяжку. А потом я вспомнила, что была одета в форму МВД. Наверное, она даже в другом мире на подсознательном уровне вызывает у людей доверие.
Когда я вернулась в комнату, Казимир уже был там, а на столе стояли тарелки со всякой всячиной. Болезнь Плюшкина у хозяйственника здесь оказалась как нельзя кстати, потому что он натащил разнообразных вкусностей на пару дней вперед. Аппетит у меня за день разыгрался зверский, так что мы тут же с ним принялись с аппетитом поглощать добытое.
– Я там тебе форму аспидовскую принес, – кивнул в сторону шкафа Козя. – Если не по размеру будет, завтра подойдешь – заменим.
– Ты прямо знаешь кем я тут буду работать? – поддела я.
– А чего тут знать? Господину Каро давно куратор над молодняком требуется, – пожал плечами комендант. – Тут уже и на козу хромоногую согласишься, лишь бы она не удрала через неделю поджав хвост.
– В смысле? – я выкатила глаза.
Сообразив, что сболтнул лишнего, команданте резко засуетился и засобирался домой, выхаживать увядшую малину. А я почувствовала, что это сегодняшнее обхаживание с его стороны было совсем не просто так.
– Ты, Варя, послушай хорошего совета, – остановившись в дверях вдруг произнес Казимир. – Не говори пока никому, что колдовать не умеешь. Глядишь, оно и обойдется. А в остальном, обращайся если что…
– Если ЧТО? – ошарашенно уточнила я, но дверь за команданте уже захлопнулась.
Ну и что это за мрачные намеки и таинственные загадки?
Я вздохнула и устало плюхнулась на кровать. Под рукой оказался листок со злополучным опросником. Повертев его в руках, призадумалась. Стоит ли доверять словам Казимира и умолчать о некоторых особенностях. Жизнь научила меня никому не раскрывать своих слабых мест, потому как придет время и тебя ударят прямо туда. Сделай недостатки главными достоинствами, это собьет с толку твоих врагов.
Я минуту подумала, а затем схватила принесенную Козей чернильницу и старательно по буквам вывела:
Ранним утром следующего дня, вооруженная кипой заполненных и прочитанных бумаг, облаченная в официальную форму академии, бодро стучалась в дубовую дверь магического деканата.
– Войдите! – послышался глухой властный приказ и дверь тут же услужливо распахнулась без каких-либо усилий с моей стороны.
– А-а-а, это вы, – послышался разочарованный вздох декана.
Вот интересный дядя, сам меня позвал, а теперь делает вид, что разочарован. Как будто он на завтрак мисс вселенную ждал, а к нему неожиданно уборка номеров заявилась.
– А это вы, – в тон ему закатила глаза. Я, знаете ли, дядя, себя тоже не на помойке нашла.
До этого склоненный в три погибели над столом, он оторвался от своего занятия и окинул меня презрительным взглядом.
– Дайте сюда вашу анкету! – потребовал он.
Я подошла и спокойно вручила коряво исписанные чернильным пером листки. Мужчина взглянул на обилие клякс и в который раз поморщился.
– Вы что, уроки каллиграфии в школе не проходили?
– Проходила, но мимо, – с притворной грустью ответила ему.
Уж пусть лучше считает меня недоучкой, чем иномирянкой. Еще, чего доброго, в какой-нибудь тюрьме запрет до выяснения обстоятельств.
Несколько минут он придирчиво изучал листок с описанием моих житейских навыков и что-то невнятно бормотал. Я неосознанно сделала маленький шажок вперед и прислушалась. Похоже декан пытался правильно произнести мое имя и отчество.
– Ва-ра-ва-ра Ва-ла-ле-ра-на… – в какую-то минуту мне его даже жалко стало, пока выговоришь язык узлом завяжется. А тут мужчина на свою беду еще немного картавил и слегка растягивал слова, на французский манер.
Я уже собиралась было сжалиться и предложить ему, как и Козе, называть меня просто Варей, но меня опередили. Махнув рукой, он царственно возвестил:
– Мисс Вари Волкоффа, значит…
Какая еще «Вари», я тебе горшочек что ли?1 И только я открыла рот, чтобы возмутиться, как раздался удивленный его возглас.
– Карате? Первый раз слышу. Это что за магия такая?
– Хорошая магия, сильная. Сногсшибательная даже можно сказать, – честно призналась я.
Декан окинул меня придирчивым и недоверчивым взглядом, как будто перед ним стоял оборванец, вдруг представившийся королем.
– Может быть продемонстрируете? – предложил мужчина.
Я осмотрела сначала роскошную обстановку кабинета, затем эту ходячую витрину ювелирного магазина в камзоле и отрицательно мотнула головой.
– Не хочу портить вашу красивую мебель, – а про себя подумала: «Вот интересно, если я тебя через бедро кину, ты зазвенишь?»
– Настолько разрушительная магия? – удивленно воззрился декан.
– Бывает, – честно призналась я.
Не знаю удалось ли мне впечатлить декана, но во всяком случае испытать мою магию он больше не предлагал. Вместо этого, покопавшись в недрах выдвижных ящиков, извлек оттуда блокнот из темной дубленой кожи и изящное металлическое перо и протянул все мне.
– Итак, мисс Волкофа, вы поступаете на работу в академию АСПИД на должность куратора факультета магических искусств, – поведал мужчина. – В ваши непосредственные обязанности будет входить организация учебы и свободного времени адептов, ведение одного из факультативов (можете выбрать самостоятельно из перечня предложенных), ведение полевого дневника с заметками обо всем, что касается адептов…
На этих словах я удивленно выгнула брови и, не удержавшись, спросила:
– А дневник-то зачем? Вам нянька что ли нужна?
– Что мне нужно я решу без вас! – рявкнул он и с издевкой добавил. – Вам не придется писать, тем более что делать это доходчиво вы все равно не умеете. Я выдал вам зачарованное перо. Просто надиктуйте ему необходимые замечания и перо запишет все само.
Ругаться в пух и прах в первый же рабочий день мне не хотелось, поэтому я пропустила шпильку мимо ушей и как можно более покладистым тоном уточнила:
– Как скажете. Что-нибудь еще?
– Я жду от вас отчет о проделанной работе ежедневно в своем кабинете, – уже спокойнее сказал декан.
– Во сколько?
– Я здесь с раннего утра и до позднего вечера, – поведал он. – Так что как только закончите, приходите. За нашим факультетом закреплено несколько тренировочных площадок. Я выделяю вам в пользование ту, что на опушке леса возле старого общежития.