Юлия Вознесенская – Юлианна, или Игра в «дочки-мачехи» (страница 8)

– Да-да, идите! Вам следует познакомиться поближе. Жаль, что папа уже уехал в офис. Ну, ничего, я сама ему позвоню… И что же мы скажем вашему папочке, девочки?

– Скажем, что нам нравится наша гувернантка! – заявила Юлька. – Классная гувернантка!

Аннушка вслух ничего не сказала, только улыбнулась застенчиво и кивнула, соглашаясь с Юлькой.

Жанна оставила девочек и Александру на площадке, а сама, щелкая каблучками домашних туфель, прошла в свои апартаменты, бывшие когда-то комнатами Дмитрия Сергеевича. Там она первым делом крутанулась вокруг себя, любимой, и громко сказала:

– Все сработало, Жанчик! Гувернантка матушки Ахинеи уже в доме!

– Гламурненькая? – осведомился Жан.

– Просто класс! Наши дурочки уже растаяли!

– Вот и слава Гаду! – Гадом бесы зовут своего адского владыку, которому служат и поклоняются.

– Слава Гаду! – кивнула Жанна, схватила мобильник, набрала номер и сказала:

– Это я, Жанна Рачок. Гувернантка явилась, спасибо, матушка Ахинея… Да, с паролем все в порядке – и джинсы из-под юбки она показала, и «блин» сказала. Да, ловкая девица, сразу сумела понравиться моим будущим падчерицам… Хорошо-хорошо, я буду крайне осторожна. Я вообще не прочь и вовсе устраниться от воспитания девчонок, чтобы ей случайно не помешать.

Закончив этот разговор, она сразу же набрала другой номер.

– Митенька, а у нас новость! Пришла наниматься гувернантка, и она мне понравилась, а девочкам еще больше: они сразу же увели ее к себе в комнату знакомиться… Нанимать? Так вот с ходу? А ты не хочешь сначала познакомиться с нею, поговорить, посмотреть документы?.. Ну хорошо, Митенька, как скажешь, ты в доме хозяин. В таком случае, я свободна? Сейчас я выпью кофе и, как приличная дама, отправлюсь в салон красоты. До вечера, дорогой!

Сунув мобильник в сумочку, Жанна понеслась по комнате в лихом испанском танце, размахивая полами халата и напевая:

Кофе утром пьют дамы приличные, чтобы был цвет лица симпатичнее! Я могу поутру кофе пить по ведру и по два, если утро отличное![5]

Жан присоединился к ней. Он отбивал чечетку, выплясывая на задних лапах, а передними скреб по чешуе на груди: под длинными бесовскими когтями чешуя пощелкивала, как кастаньеты. Оба они были довольны!

– Останешься за девчонками присматривать или со мной поедешь? – спросила Жанна беса, резко прекращая испанские песни и пляски.

– За девчонками теперь без нас есть кому смотреть, – отмахнулся хвостом Жан. – С тобой отправлюсь! Дома неуютно.

Да, в доме Мишиных Жану с каждым днем становилось все неуютней: дом-то становился постепенно маленькой домашней церковью! Куда-то давно исчез проказливый Юлькин бес Прыгун, домовой Михрютка сидел в подвальном уголке почти безвылазно, а приставленный к Акопу Спартаковичу бес Недокоп ходил за подопечным только на улице да в офисе, в дом уже не рисковал заглядывать. Бесы охранников, минотавры, в подвале в картишки дулись, а наверх не показывались. Вот и крутился бес Жан на одном малом пятачке – в будуаре Жанны. Он и с виду хирел и постепенно становился похож не на дракона, а на большую игрушку-динозавра, вытертую и помятую. А по дому Жан чаще ходил не на своих лапах, а ездил на спине у Жанны, вцепившись в нее когтями. Жанне было тяжело и неудобно, но она терпела.

– Ну что ж, – сказала она, – тогда поехали. На свежий воздух хочется, душно мне здесь.

И опять Жан до самого гаража ехал на спине у Жанны и только там перелез в машину.

Выехав из ворот, Жанна увидела возле них рыжеволосую девушку в черном, стоявшую с газетой в руках

– Вам здесь что-нибудь нужно? – спросила Жанна, приспустив оконное стекло.

– Да, я пришла по объявлению. Я – гувернантка.

– Вы опоздали, моя милая, гувернантку мы уже наняли, – равнодушно сказала Жанна и закрыла окно.

– Во, блин! – выругалась рыжая, но Жанна ее уже не услышала.

«Все, больше я с Ахинеей не работаю, – подумала рыжая девушка. – Совсем из ума выжила старая, все путает! Пора мне открывать свой собственный бизнес».

И она решительно зашагала от дома Мишиных в обратную сторону, к метро.

Девочки и Александра знакомились друг с другом. Для начала Юлька решила показать ей свою фонотеку. Александра перебирала диски, сидя вместе с девочками на ковре. Взяв в руки диск с музыкой Яна Сибелиуса, она спросила:

– А вот скажите мне, Юлианны, что это за фокус такой был с зеркалом? Сначала зеркало как зеркало, и в нем отражается темная кулиса, а потом вдруг в нем оказывается одна из вас…

– Так это ж очень просто! – воскликнула Юлька. – Между зеркальным стеклом и рамой было свободное пространство, а сбоку – проход между кулисами. Совсем незаметный такой проход, потому что черное на черном из зала не различить – мы сто раз проверяли. Сначала грустная девочка танцует перед пустым зеркалом и отражается в нем. А вторая стоит в это время за кулисой рядом с зеркалом. Когда первая девочка подходит к зеркалу, другая тоже выходит из-за кулисы за раму зеркала, а наши помощники в это время убирают зеркальное стекло за кулису. Девочка-отражение оказывается в раме, а зрителям кажется, что это по-прежнему отражение первой девочки! Понятно теперь?

– Поня-ятно! Танец вы сами придумали?

– Ну да!

– И сам танец хорош, и танцевали вы замечательно!

– Это у нас наследственное, у нас папа классно танцует. А кто из нас был кем, вы можете угадать? – спросила Юлька.

– Да запросто! Отражением была ты, Юлия, а грустную девочку танцевала ты, Аннушка.

– Ой, класс! – обрадовалась Юлька. – Вы первая и пока единственная, кто различает нас с первого взгляда. Не считая бабушки, конечно, – та нас вообще никогда не путала.

– Бабушка! – воскликнула Александра. – Так у вас есть бабушка? Познакомьте же меня скорей!

– Сейчас не получится. Она в Пскове живет, – грустно сказала Аннушка.

– Временно, – добавила Юлька. – Но она, может быть, скоро к нам сюда насовсем переедет! Мы уговорим ее!

– Всегда мечтала иметь бабушку! У меня с раннего детства не было ни одной, обе мои бабушки рано умерли, – печально сказала Александра. – Ну, ничего, вот я разбогатею и удочерю себе какую-нибудь бабушку-сироту!

– Это как это – удочерите бабушку да еще сироту? – с удивлением спросила Юлька.

– А очень просто! Все знают про детей-сирот, что им трудно живется без родителей, вот их и усыновляют, и удочеряют. А есть ведь еще и бабушки-сироты, которым тоже очень плохо без детей и внуков. Я бы такую бабушку взяла к себе, заботилась бы о ней.

– А какую бабушку вы хотите удочерить?

– Мудрую и добрую. И еще чтобы она умела рассказывать сказки моим детям.

– А у вас уже дети есть? – удивилась Юлька. – Вы же еще совсем молодая!

– Детей у меня пока нет, но непременно будут.

– Это будет доброе дело – удочерить бабушку-сироту, – сказала Аннушка. – Только непривычное какое-то…

– Никогда о таком даже не слыхала! – сказала Юлька.

– Всякое доброе дело делается когда-нибудь в первый раз, – пожала плечами Александра.

Сестры переглянулись. С каждой минутой гувернантка нравилась им все больше и больше. Это ж надо такое придумать – бабушку удочерить!

– Вы хотите найти мудрую и добрую бабушку, – задумчиво проговорила Аннушка. – А наша бабушка именно такая. Правда, Юля?

– Да, как раз такая!

– Расскажите про нее! – попросила Александра.

– Да пожалуйста! Про нее сто лет можно рассказывать! – воскликнула Юлька. – А хотите послушать историю, как бабушка спасла нас от ведьм и сама спаслась от смертельной болезни, от рака?

– Конечно хочу!

И девочки, перебивая и дополняя друг друга, принялись рассказывать Александре историю, которую мы с вами уже знаем из книги «Юлианна, или Опасные игры».

Ангел Александрос тоже слушал келпинскую историю, а Хранители Иоанн и Юлиус иногда дополняли рассказ девочек, излагая Александросу некоторые события со своей точки зрения – с высоты, так сказать, ангельского полета.

Александра уже давно поняла, что девочки ей с каждой минутой нравятся все больше и для нее будет величайшим бедствием, если их отец и хозяин дома не примет ее на работу. На втором часу знакомства она все поняла и про невесту Жанну и решила, что ей просто НЕОБХОДИМО остаться в этом доме, чтобы защищать сестер от козней красивой, но злой мачехи. В оставшееся до обеда время девочки успели досказать ей всю келпинскую эпопею и заодно совершенно откровенно заявить ей, что она им подходит, и они ни за что на свете и никогда не захотят никакой другой гувернантки!

– Да, кстати, – вдруг встрепенулась Юлька, – вы, наверное, хотите, чтобы мы звали вас по имени-отчеству?

– А нам это разве трудно? – удивилась Аннушка.

Но Александра успокоила обеих девочек.