Юлия Волкодав – Граф советской эстрады (страница 10)

Когда Туманов в очередной раз не вышел к обеду и Саша, ковыряющая котлету, выглядела особенно грустной и подавленной, я спросил:

— Может, всё-таки поискать помощников по хозяйству? Ты совсем замотанная. Не обязательно же нанимать на постоянку человека, можно просто вызывать клининговую службу раз в неделю.

— А? Что? Да нет, дело вообще не в этом. — Саша словно очнулась от своих явно невесёлых мыслей и быстро натянула на лицо нейтральную маску. — Я не устаю.

— Ну конечно. Готовишь, убираешь, обо всех заботишься. О Туманове, обо мне. И дом огромный, целое хозяйство. Вон там теплица, я так понимаю.

Окна кухни выходили на заброшенную часть сада, где среди деревьев просматривалось стеклянное сооружение.

— Да, но это не огород. Там Всеволод Алексеевич выращивает всякие травки для чая. Мяту, мелиссу и даже сам чай. У нас растёт чай, представляешь? Больше нигде в России не растёт, только в наших краях.

— А где-то ещё крольчатник есть, да? Тоже куча возни. У меня один приятель разводил кроликов. Купил двух декоративных и просто выпустил во двор. Потом они расплодились, и по участку бегало с полсотни.

Саша взглянула на меня удивлённо:

— Крольчатник? Нет, никакого крольчатника у нас нет. С чего ты взял?

— Да видел в окно, как ты несколько дней назад кролика несла. Думал, в крольчатник пополнение.

— А… Так это на готовку… Рагу же готовила на следующий день. Из крольчатины. Всеволод Алексеевич любит. Кстати, есть идеи, что готовить на завтра? Я купила три килограмма отличной свинины.

Саша стремительно перевела тему. Я охотно подключился к составлению меню, но меня не покидала мысль, что Саша мне наврала. Потому что рагу действительно было, но я готов спорить, что из говядины, я отлично разбираюсь в мясе. Это во-первых. А во-вторых, зачем покупать живого кролика, если сейчас в любом магазине продаются уже разделанные тушки? Вряд ли Саше доставит удовольствие умерщвлять бедное животное, а потом сдирать с него шкуру.

Мы решили, что вечером надо сделать шашлык. Раз уж заговорили о мясе, а во дворе под навесом стоит роскошный профессиональный мангал. У Тумановых целая летняя кухня сделана, с мангалом, столом и диванчиками вокруг, грех не воспользоваться. Я пообещал немного разгрузить Сашу и заняться приготовлением шашлыка. И сам скуку разгоню, и она хоть немного отдохнёт.

Я замариновал свинину в своём фирменном маринаде, в кефире с чесноком. Как раз успел дочитать книгу, пока мясо настаивалось, и спустя три часа, когда уже начало темнеть, вышел во двор, чтобы разжечь мангал. Дрова были сложены на специальной кованой полочке под мангалом, и вскоре я понял, что это очень плохое решение для Прибрежного с его сыростью. Потому что огонь не желал разжигаться. Я проложил дрова картонками, найденными на кухне, истратил с десяток спичек, но всё бесполезно. Интересно, есть ли у Саши жидкость для розжига? Она явно бы не помешала.

— Давай я, — раздался голос за моей спиной.

Туманов опять возник словно из ниоткуда. Я сегодня не видел его весь день, и, судя по виду, старик провёл этот день в постели. Какой-то он стал совсем измождённый. Не помер бы раньше, чем выполнит, что обещал. Не то чтобы я верил во всемогущество динозавра эстрады, но всё равно будет обидно.

Он забрал у меня спички, чиркнул одной о коробок, поднёс к полену, и пламя мгновенно занялось.

— В пионерлагерях вы не были, что ли? — вздохнул Туманов. — Костры не разводили, картошку не пекли? Безрукое поколение. Мясо где?

— На кухне. Да рано ещё нанизывать, пока дерево прогорит до углей…

— Ты поучи меня давай. Тащи мясо и шампуры. Шампуры спроси у Саши.

Пока я ходил, Туманов обзавёлся банкой пива. Открыл, но пить не стал. Поставил возле мангала.

— Мясо поливать, — сообщил Туманов. — Учись, пока я жив.

На последней фразе Саша, которая пришла со мной — принесла шампуры, отчётливо вздрогнула. Туманов это заметил и помрачнел.

— Так, давай сюда шампур. Показываю один раз, как правильно нанизывать. Берёшь кусок мяса в одну руку…

— Да умею я, — обиделся я. — Ну что уж вы…

Взял второй шампур, взял кусок мяса и от обиды и желания доказать, что не совсем уж мы бездарное поколение, чуть резче, чем следовало, дёрнул рукой. И вспорол кожу на ладони неожиданно острым шампуром. Кровь тут же выступила и закапала на землю — пропорол я руку знатно. И в ту же секунду ко мне бросились оба, и Саша, и Туманов.

— Я перевяжу! — рявкнула Саша. — Всеволод Алексеевич, вы…

Мне показалось или она опять попыталась его оттолкнуть?

— Что ж… ты… так… неаккуратно? — делая вдох через каждое слово прошипел Туманов, буквально нависая надо мной.

Глаза у него горели каким-то нечеловеческим огнём, дыхание сбилось. Мне показалось, он меня готов убить прямо тут. За кусок испорченной свинины? Да что не так с этим стариканом? Он выглядит, будто его сейчас кондратий хватит. Ну порезался, подумаешь…

— Идите к себе, Всеволод Алексеевич! Мы разберёмся, — взмолилась Саша, продолжая стоять между нами.

— Да сколько можно разбираться, Сашенька, — прошипел Туманов обманчиво ласковым голосом. — Всё тянем и тянем, а время-то идёт. А времени-то мало… Вот так вот сдохну, и все старания прахом. И стоило ли тогда начинать?

— Никто не сдохнет. Если, конечно, будет голову включать, — рявкнула Саша. — Замучили, ей-богу. Два суицидника. Идите к себе, Всеволод Алексеевич, пожалуйста! Прямо сейчас! Я поднимусь к вам через полчаса, и мы всё решим.

Что-то странное было в её тоне. Она как будто бы приказывала старику, но я никогда не поверю, что она посмеет ему приказывать, а он будет слушаться. И тем не менее…

— Не устраивает меня твоё решение, Сашенька.

— А другого у нас нет. Ради бога, Всеволод Алексеевич!

Саша повернулась к нему, положила обе руки ему на грудь и так стояла, глядя старику в глаза. Они замерли в столь странной позе на несколько минут. А потом Туманов отступил.

— Ради Бога я ничего делать не собираюсь, — уже спокойнее произнёс он, делая шаг назад. — А вот ради тебя могу попытаться.

Он развернулся и ушёл в дом. А я остался стоять, совершенно ничего не понимая. Кровь продолжала капать с ладони на землю. Дрова прогорали в мангале. Свинина пропитывалась маринадом в тазике. Саша смотрела вслед уходящему Туманову такими глазами, как будто он уходил не в свою спальню, а от неё и навсегда. Что, чёрт возьми, тут происходит?

***

«Два суицидника». Эта фраза Саши особенно сильно врезалась мне в память. Почему два? Почему суицидника? Ну распорол я ладонь, ничего смертельного. А кто второй?

Руку Саша мне обработала и перевязала, но как-то наспех. Чувствовалось, что она хочет как можно быстрее оказаться рядом с Тумановым. Закончив с моей рукой, Саша ушла на третий этаж. Я постоял на кухне, где проходили все медицинские процедуры, чувствуя себя полным идиотом. Что теперь делать с шашлыком? Жалко и мясо, и угли, которые уже, наверное, потухли. Но без посторонней помощи мне мясо не нанизать, а эти двое уединились в спальне и выясняют отношения.

Вот поэтому я не люблю ни у кого гостить. Приходится подстраиваться под других людей, которые ещё могут между собой поссориться. Туманов чудит, Саша впадает в истерики по каким-то идиотским поводам. И оба огрызаются друг на друга. А я тут вообще зачем?

Я вернулся в спальню, сел на кровать. Взгляд наткнулся на телефон, брошенный за ненадобностью на столе. Я встал, взял мобильник. Он опять разрядился, хотя им никто не пользовался. Я воткнул зарядку и зажал кнопку включения. «Поиск сети, — сообщил телефон. — Обнаружено Wi-Fi подключение». Чёрт, я же собирался узнать у Саши пароль. Попробовать подобрать? Если настраивала Саша, то это наверняка день рождения Туманова. Вот только, чтобы узнать дату рождения старика, мне тоже нужен интернет. Я потыкал в телефоне. Домашняя сеть называлась Graf. Ну и какой пароль может быть у «Графа»? Слово «граф» ассоциировалось у меня только с Дракулой. Перед глазами всплыла обложка книги, которую читал Туманов. А чем чёрт не шутит? Я вбил «Dracula». «Соединение установлено», — выплыло сообщение. ЧТО?

Я сам не поверил своей удаче. Но никакой ошибки, интернет заработал. Да ещё и быстрый, так что я без труда вошёл в свой яблочный аккаунт, синхронизировал все данные из старого устройства, открыл поисковик, и тут же телефон начал непрерывно пищать от доставленных сообщений. Из соцсетей повалились уведомления о новых комментариях, и далеко не хвалебных. Я уже неделю ничего не выкладывал, а говно на меня всё продолжало литься, но сейчас это было неважно. Я забил в поисковую строку «Всеволод Туманов» и начал читать первую же открывшуюся статью.

Год рождения… КАКОЙ?! То есть ему… Вы хотите сказать, что ему за девяносто?! Серьёзно?! Да я никогда в это не поверю. Ну шестьдесят пять… Ну семьдесят. Да вы вообще видели людей, которым больше девяноста лет? Они не прыгают с размаха в бассейн и не зажимают девчонок по углам.

Вехи творческой биографии я пролистал, там не было ничего интересного. Конкурсы, звания, полученные награды, спетые песни, записанные альбомы. О личной жизни мало. Официальная жена Зарина Туманова, но в семьдесят восемь лет (господи!) ушёл к Александре Тамариной, бывшей поклоннице. С женой, впрочем, не развёлся и продолжает поддерживать дружеские отношения. Перебрался в Прибрежный, изредка выступал, последний альбом выпустил семь лет назад. На этом записи обрывались.