Юлия Ветрова – Танцующая богиня, или Кастаньеты неудачи (страница 26)

Таким образом стало ясно, что он не только выглядит странным, но богатым и воспитанным юношей, он действительно при деньгах.

Но от подарка всё равно было приятно. Я не любитель брать чужое и те вещи, которые достались мне во дворце Элении, не ощущала до конца своими, а вот когда мы вечером вернулись за этим платьем, долго разглядывала бархатные складочки с умилением думая о том, что оно делалось только для меня. И подарил мне его человек, от которого я была бы рада принять любой подарок.

Однако это всё было несколько позже, потому что сначала, покинув портняжную, мы ненадолго остановились. Орион не высказывал никаких пожеланий относительно маршрута, я же вместо того чтобы думать о покупках осмысливала случившееся.

– Пойдём поедим? – предложил наконец он. Я кивнула, у меня ещё оставались деньги, сумма найденая утром в кошельке по местным меркам оказалась весьма приличной. Мы вернулись на площадь и заняли места за столиками, стоявшими снаружи от вывески «Таверна». Заходить внутрь не хотелось – тут и без того было достаточно мрачно, чтобы не возникало желание прятаться под крышу.

Место где мы оказались по любым человеческим меркам воспринималось экзотично, не в пример той серой деревни, с которой начинались мои приключения. Людям тут не удивлялись, но кроме нас двуногих кругом не было, хорошо ещё стулья одинаково подходили и нам и обладателям хвоста.

При всём при том Орион чувствовал себя в подобной обстановке абсолютно спокойно, заметив моё замешательство, сам выбрал блюда на двоих, среди которых всё-таки нашлась одна жареная змея.

– Попробуешь, – улыбаясь ответил он на мой сомневающийся взгляд. – Они не так уж и плохо.

– Орион… – окликнула я.

– Что? – поинтересовался мой спутник будто и не чувствовал напряжения в моём голосе.

– А кто ты такой?

Орион не меняя выражения лица приподнял бровь. Вид у него был такой, как будто он не видел необходимости отвечать, а я так мало знала об этом мире что и не представляла с чего начать догадки.

– Бродяга, – наконец сказал он. – Немного музыкант. Немного чародей.

В итоге мы поели, так и не разрешив этот вопрос, поднялись и решив срезать дорогу проулками направились обратно в сторону портняжной мастерской.

Вот тут-то и произошло то, что ещё раз надвое разломило мою жизнь. А именно – из подворотни раздался полный боли крик.

Я не раздумывая бросилась на звук и только краем глаза отметила, что Орион с выражением лёгкой досады на лице последовал за мной.

Уже на месте я поняла, как глупо поступила – мне ведь было абсолютно нечем помочь и нечем помешать тому что происходило. Фигура в чёрном плаще о двух ногах держала за горло молого нага, другой рукой придерживая у него на виду нож. Мы пришли слишком поздно, чтобы понять, о чём шёл разговор, да только при нашем появлении двуногий встрепенулся, резко ударил нага ножом под ребро и бросился прочь.

Наг мгновенно стал оседать на землю, я бросилась к нему и попыталась зажать рану рукой.

– Помоги… – прошептал наг.

– Бесполезно, – сухо произнёс Орион, присаживаясь на корточки с другой стороны. – Он вот-вот умрёт.

ГЛАВА 20

Слова Ориона никак не могли меня убедить.

Лежавшее передо мной существо не было человеком и при других обстоятельствах его близость вызвала бы у меня скорее страх, чем жалость.

Но сейчас молодой наг лежал передо мной бессильно открывая и закрывая рот и старательно зажимая рукой кровоточащее горло.

Я в панике посмотрела на Ориона, но тот оставался абсолютно спокоен.

– Надо отнести его в лечебницу! – заявила я.

– Тут нет лечебницы, – пожал плечами Орион. – У нагов не помогают чужакам. Только членам семьи.

– Мы должны отыскать его семью?! – тут же предположила я.

Орион молча приподнял круглый амулет, лежавший у нага на обнажённой груди – как многие мужчины в этом городе, он пренебрегал рубашкой.

– Клан Тарин-Хайн. Они давно перебрались в Гило. Неудивительно что здесь на представителя этого клана осмелились напасть – его некому защитить.

Пока мы разговаривали, рана нага продолжала кровоточить, а он всё пытался что-то сказать. Не выдержав этого зрелища я принялась рвать рукав своей блузы на бинты.

Орион смотрел на происходящее устало и не пытался мне помогать, как будто был уверен, что я делаю какую-то глупость.

– Помоги уложить его на тележку, – потребовала я.

Тележку мы взяли внаём в одной из лавок, где набрали особенно много еды. Было понятно, что всё нести на руках нам было тяжело, и пришлось договориться о таком вот нехитром транспорте. Сейчас она так и стояла в лавке вместе с той частью покупок.

Орион подарил мне короткий осуждающий взгляд и поднявшись отправился за тележкой.

Ума не приложу, чем я собиралась этому нагу помогать. Если бы вернувшийся с тележкой Орион заодно не принёс и ящик с лечебными зельями.

Вместо того чтобы выполнить мою просьбу он сразу присел на корточки и влел первое в рот пострадавшему, другое плеснул на рану снаружи.

Наг захрипел, но видимо ему стало легче, потому что с его губ наконец сорвалось:

– Пожалуйста… Помоги.

– Я помогу, помогу! – поспешно обещала я.

– Отдай… моему отцу…

На этих словах в ладонь мне легли медальон и какой-то свиток, а наг закатил глаза, захрипел и перестал дышать.

– Нет! – только и сумела выпалить я. В ярости повернулась к Ориону. – Твои зелья же должны были помочь!

Орион пожал плечами.

– Я тебе сразу сказал, что он умрёт.

Видимо, отчаянье на моём лице что-то значило для него, потому что он добавил:

– Клинки шайдар всегда смазаны ядом. Даже если залечить рану, процесс не обратить вспять.

Всё случившееся порядком испортило мне настроение, но делать здесь было больше нечего – разве что позвать стражу, чтобы те разобрались с последствиями убийства, что мы и сделали. Но стража не проявила к происходящему особого интереса, не найдя на теле нага семейного знака – ведь свой медальон он отдал мне, а Орион не позволил мне его показать – они лишь сухо поблагодарили нас за бдительность и унесли куда-то тело.

Мы вернулись в мастерскую и забрали платье, и хотя меня всё ещё не оставляли мысли о горестном происшествии, ощущение того, что я несу на теле подарок Ориона на удивление успокаивало.

И всё же я думала о случившемся всю дорогу до своей пещеры. Ориона я решила больше этим вопросом не тревожить, потому что видела, что эта тема ему не нравится. Но когда вечером он взялся выйти на охоту – мяса мы не покупали, его не получилось бы долго хранить в пещере – я устроилась в сторонке от костра и активировала связь с Небесными Холмами.

Сначала я хотела просто поискать в библиотеке информацию о том, кто такие шайнар и что они имеют против нажъево рода Тарин-Хайн.

Но если справку по клану Тарин-Хайн мне удалось найти достаточно легко, то с «шайнар» дело обстояло сложней.

Тарин-Хайн были древним и даже довольно многочисленным кланом, они входили в семёрку великих кланов нажьего города. Однако около сотни лет ГЛАВА клана отказался подчиняться решениям совета севархов и приносить жертвы Шеве. Ах да, Шеве, как следовало из всего сказанно, приносили в жертву растения, живность, змей… и нагов. Раз в год каждый севарх должен был отдать храму десяток юношей и девушек, которые потом в зависимости от решения жрецов либо становились послушниками, либо орошали кровью алтарь богини.

В первом случае отслужив полтора десятка лет – не очень много по меркам нагов – они даже могли вернуться в семью и в последствии их навыки высоко ценились, именно они среди народа нагов были единственными лекарями.

Однако очевидно и настоящие кровавые жертвоприношения роедкостью не были, и севарха Алишена это не устроило.

Он востал против совета и стал изгнанников, а следом за ним город покинул и весь его род.

Говоря об этом стоит вернуться к вопросу о тёмных деньгах, которые откуда-то сыпались мне в кошелёк. Дело в том, что хотя в этом мире не было особых рассово-национальных фобий, политику материка определяли отношения городов и владевших ими кланов. Как правило чтобы удержать власть в одном городе требовался союз кланов, хотя случались и исключения. Но чужой клан пришедший на твою землю мог оказаться как союзником, так и врагом. И вот в этот момент неопределённости всё же играло роль, откуда он пришёл. Города, где властвовали кланы, подчинявшиеся светлым богам, недолюбливали выходцев из Тёмных земель, и наоборот.

Поэтому или ещё по какой-то причине, когда я переключилась на информацию о Гило, не нашла интересовавший меня клан в перечне тех, кто имел влияние в этой привинции. Это, конечно, озадачивало, но пока что след всё равно уводил туда.

Я достала свиток и повертела в руках. С точки зрения разумной теории невмешательство в то, чего не понимаешь, прежде чем выполнять обещание данное умирающему парню надо было хотя бы вскрыть свиток и выяснить, что внутри. Однако честность бунтовала. Мне было стыдно, что я не сумела его спасти и я хотела помочь ему хотя бы тем, чем могла.

Поэтому спрятав свиток обратно за пазуху, я снова забралась в информационную базу – как начинала мысленно называть эту волшебную фиговину с доступом к небесным библиотекам – и попыталась узнать что-нибудь о шайнарах.

Но вот на этом месте меня вытолкнуло из библиотеки таким мощным ударом, что моё сознание, мгновение назад рассматривавшее виртуальные книжки, в мгновение ока оказалось возле фонтана дворца богини искусств. Несколько мгновений я пыталась удержать равновесие и сориентироваться в пространстве, после чего увидела кругом себя десяток вышивальщиц, озадачено таращившихся на меня, и саму Элению, сидевшую на траве с лютней в руках. Мгновение назад она задумчиво перебиала струны, а теперь тоже удивлённо взирала на мой призрак. А я не придумала ничего лучше чем спросить: